КС РФ признал нормы ГК РФ о принудительном лицензировании конституционными

Конституционный Суд РФ 12 марта вынес Постановление № 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 1362 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами акционерного общества "Санофи Россия" и компании "Вертекс Фармасьютикалз Инкорпорейтед". Суд поддержал компанию-производителя более доступного лекарственного препарата, потребовавшего лицензию на использование интеллектуальных прав, зарегистрированных в России другой компанией. Оспариваемые нормы признаны соответствующими Конституции РФ.

Фармацевтическая компания из США "Вертекс" произвела лекарственный препарат "Трикафта", предназначенный для лечения муковисцидоза. В нем используются запатентованные фирмой на территории России изобретения. АО "Санофи" – единственный официальный дистрибьютор лекарства. 

Аргентинская компания произвела эквивалентный, менее дорогостоящий, препарат для лечения этого же заболевания под названием "Трилекса". Дистрибьютор производителя, ООО "МИК", обратился к американской компании "Вертекс" с предложением заключить лицензионный договор на использование ее изобретений, охраняемых в России, однако получил отказ. В связи с этим он подал в суд иск к компании "Вертекс" о предоставлении принудительной лицензии. Свои требования фирма-дистрибьютор мотивировала тем, что ответчик недостаточно использует свои изобретения, в то время как в условиях санкций велика вероятность полного прекращения поставок препарата "Трикафта" в Россию.

Арбитражный суд города Москвы отказал в иске, указав на недоказанность наличия такого обязательного условия для предоставления принудительной лицензии, как недостаточность использования изобретений. Суды вышестоящих инстанций это решение отменили и, руководствуясь п. 1 ст. 1362 ГК РФ, обязали американскую компанию предоставить ООО "МИК" простую (неисключительную) лицензию на использование на территории России изобретений на испрашиваемых в иске условиях. Тогда компания "Вертекс" и ее дистрибьютор обратились в КС РФ с заявлением о признании нормы п. 1 ст. 1362 ГК РФ не соответствующей Конституции РФ. По их мнению, статья позволяет:

• исключать из предмета доказывания обстоятельства, связанные с объемом недостаточного использования изобретения;
• выносить решение о предоставлении лицензии без установления ее объема, соответствующего количеству продукции, в отношении которой спрос не был удовлетворен патентообладателем;
• определять недостаточность предложения лекарственного препарата на рынке исходя из сведений о неучастии правообладателя в некоторых государственных закупках, игнорируя иные обстоятельства, связанные с вводом его в оборот, и исходя из определения спроса в отношении этого препарата путем установления общего числа пациентов с соответствующим диагнозом без учета реальной потребности в этом препарате;
• освобождать истца от обязанности доказывать относимость изобретения к товару, недостаточное предложение которого заявлено им в обоснование предоставления лицензии, и к товару, с которым он связывает свое желание и готовность использовать изобретение.

Конституционный Суд, рассмотрев заявление, пришел к выводу, что оспариваемая норма полностью соответствует Конституции РФ. Перечислим основные выводы судебного органа:

1. Статья 1362 ГК РФ допускает ограничение интеллектуальных прав патентообладателей в интересах государства и общества посредством предоставления судом принудительной лицензии в случае наличия у заинтересованного лица доказательств неиспользования или недостаточного использования патентообладателем изобретения в установленные данной нормой сроки без уважительных на то причин. При этом принудительное лицензирование является исключительной и вынужденной мерой, применение которой может быть обусловлено в том числе злоупотреблениями интеллектуальными правами, и преодолением дефицита на российском рынке определенных товаров, работ или услуг. Норма не допускает использования этого механизма для воспрепятствования надлежащему функционированию системы охраны интеллектуальных прав и доступу на российский рынок качественных инновационных товаров. 
2. При рассмотрении исков о предоставлении принудительных лицензий каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, в установлении которых она заинтересована. При этом не допускается неоправданное истребование у стороны сведений, представляющих собой коммерческую, промышленную или иную тайну, защищенную действующим законодательством, а также закрытой информации, к которой у нее нет доступа. 
3. О недостаточном использовании запатентованного объекта интеллектуальной собственности могут свидетельствовать достоверно подтвержденные факты злоупотребления правообладателем патентными правами, например: прямое или косвенное воспрепятствование научным и промышленным разработкам, исследованиям, тестированиям, процедуре патентования и др. действия, направленное на сохранение доминирующего положения на рынке и недобросовестное предотвращение конкуренции.
4. Ограничения интеллектуальных прав посредством предоставления принудительных лицензий могут применяться как для исправления и предотвращения недобросовестного поведения их обладателя, так и при наличии угрозы интересам охраны жизни и здоровья граждан. 
5. Неиспользование или недостаточное использование патента, приводящие к недостаточному предложению на рынке определенных товаров, могут быть констатированы, в частности, в случаях отказа патентообладателя от их поставок и систематического уклонения от участия в государственных закупках, при готовности патентообладателя поставлять такую продукцию на российский рынок исключительно по чрезвычайно высоким ценам, демонстрации им иных форм неконкурентного поведения на рынке. 
6. Предоставляя принудительную лицензию, суд должен определить объем возможных действий лицензиата с учетом реально существующей потребности российского рынка в соответствующих товарах, а также реальные возможности лицензиата осуществить производство или продажу эквивалентной, качественной и безопасной продукции.
7. Условия предоставления принудительной лицензии, в том числе суммарный размер платежей за такую лицензию, должны быть установлены в решении суда, исходя из рыночных условий ее предоставления. При этом патентообладатель не лишается возможности продолжать самостоятельное использование запатентованного изобретения без каких-либо ограничений и дискриминации.
8. По мере насыщения российского рынка товарами, работами или услугами, производство или продажи которых были позволены лицензиату на основании принудительной лицензии, действие такой лицензии подлежит отмене.

Конституционный Суд подчеркнул, что позиция, изложенная им в постановлении, применима ко всем сферам жизнедеятельности общества.