КС РФ разъяснил нюансы возвращения к прекращенному уголовному делу

Конституционный Суд РФ рассмотрел жалобу на неконституционность ч. 3 ст. 214 и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ: первая норма запрещает возобновлять производство по ранее прекращенному уголовному делу, если истекли сроки давности привлечения лица к уголовной ответственности, вторая требует безусловного прекращения уголовного дела по истечении сроков давности уголовного преследования (Постановление Конституционного Суда РФ от 22 июля 2026 г. № 53-П).

Нормы просили признать не соответствующими Конституции РФ в той мере, в которой они поставили заявителя в тупиковую ситуацию:

• заявитель стал жертвой крупного мошенничества еще в 2012 году. Уголовное дело по данному факту завели в 2014 году, затем оно вяло расследовалось, неоднократно приостанавливалось, потому что причастных к нему следствие так и не установило;
• в 2022 году уголовное дело прекратили – как раз в связи с неустановлением лиц, которых можно было бы привлечь в качестве обвиняемого. Заявитель обжаловал это прекращение по процедуре ст. 125 УПК РФ, и весьма успешно: суды двух инстанций сочли, что прекращать уголовное дело было нельзя, – потому что согласно ч. 2 ст. 27 УПК РФ прекратить дело из-за истечения срока давности можно только с согласия обвиняемого/подозреваемого, а таковой фигуры в деле нет, значит, и согласия на прекращение дела не было получено!
• правоохранители, имея на руках вступившие в законную силу акты о незаконности прекращения уголовного дела, попытались исправить ситуацию, и вышли в суд с ходатайством в порядке ст. 214.1 УПК РФ (ходатайство о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного дела). Но вот тут суды отказали во всех инстанциях, так как согласно ч. 3 ст. 214 Кодекса нельзя возобновить производство по ранее прекращенному уголовному делу, когда сроки давности уже истекли. И даже судебный акт о незаконности прекращения уголовного дела не сможет преодолеть этот процессуальный запрет.

Получив отказы везде, заявитель обратился в Конституционный Суд РФ: оспариваемые нормы, на его взгляд, противоречат друг другу, одновременно запрещая и прекращать уголовное дело без получения согласия обвиняемого, которого еще и нет, и возбуждать прекращенное дело заново, если истек срок давности.

Конституционный Суд РФ отметил следующее:

• конкретно в деле заявителя руководитель следственного органа вообще не должен был выходить с ходатайством по процедуре, предусмотренной ст. 214.1 УПК РФ. Ему было достаточно просто прямо исполнить судебное решение, изданное в порядке ст. 125 УПК РФ, о незаконности постановления о прекращении дела, как это прямо предусмотрено ч. 1.1 ст. 214 УПК РФ, и ничего более от них не требовалось;
• однако в жалобе в КС РФ поднят более глубокий и интересный вопрос о неопределенности норм УПК РФ: если не установлено лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, сам факт истечения сроков давности получает разную оценку у судов по вопросам о том, влечет ли этот факт автоматическое прекращение уголовного дела и препятствует ли он возобновлению ранее прекращенного дела. Поэтому Суд рассмотрит вопрос о конституционности упомянутых норм в той мере, в какой на их основании разрешается вопрос о прекращении уголовного дела, по которому не установлен обвиняемый, и о возобновлении производства по делу в случаях, когда истекли сроки давности уголовного преследования;
• оспариваемые нормы не противоречат Конституции РФ, поскольку должны применяться исключительно в таком истолковании, которое выявлено в данном постановлении, и по своему смыслу они предполагают следующее:
  • потерпевшему обеспечиваются право на эффективное расследование, которое должно быть проведено до истечения сроков давности уголовного преследования, право на возмещение вреда в порядке гражданского судопроизводства, включая доступ к материалам прекращенного уголовного дела для обоснования исковых требований, и право на компенсацию за нарушение разумного срока судопроизводства;
  • производство по прекращенному уголовному делу можно возобновлять, в том числе по жалобе потерпевшего с доводами о том, что срок давности не истек либо не подлежал применению;
  • если уголовное дело прекращено, это обстоятельство само по себе еще не означает невозможность обнаружения новых данных по такому делу, их проверки и фиксации уголовно-процессуальными средствами. Поскольку в такой ситуации производство по уголовному делу не ведется, а обнаруженному лицу не грозит применение мер уголовной ответственности, его причастность к совершению преступления проверяется не путем возобновленного предварительного расследования, а посредством процессуального инструментария, характерного для стадии возбуждения уголовного дела, в порядке, аналогичном предусмотренному статьей 144 УПК РФ. Такой инструментарий как раз и нужен для подобных ситуаций, когда производство по делу не ведется (приостановлено, прекращено или еще не возбуждено), однако юридически значимые факты могут устанавливаться применимыми на этом этапе процессуальными средствами;
  • если по результатам такой проверки – с применением процессуального инструментария в порядке, аналогичном ст. 144 УПК РФ, – будет установлено лицо, причастное к совершению преступления, то ранее вынесенное постановление о прекращении уголовного дела может быть отменено с одновременным вынесением нового – персонифицированного – уголовно-процессуального решения, что, в частности, способствует реализации права потерпевшего на возмещение вреда в порядке гражданского судопроизводства и требует предоставления лицу, в отношении которого имеется подозрение в совершении преступления, права на защиту чести и доброго имени посредством возражения против прекращения уголовного преследования по данному основанию.