Возможно ли признать недействительным кредитный договор, оформленный несовершеннолетним под влиянием мошенников с мобильного телефона родителя?

Ребенок 14 лет взял телефон мамы и под влиянием мошенников оформил кредит на сумму 150 000 руб. Далее деньги были переведены мошенникам разными частями за неизвестные счета. Кредит был выдан через приложение банка по старым паспортным данным мамы, которые были указаны в приложении банка на телефоне. Паспорт мама поменяла в 2023 году. Родителю было предложено обратиться в полицию, чтобы зафиксировать факт мошенничества для дальнейшего обращения в суд.
Возможно ли в суде признать кредитный договор, выданный ребенку под влиянием мошенников, ничтожным? Поможет ли то, что написано заявление в полицию? На что именно стоит обратить внимание при оспаривании такого кредитного договора в рамках гражданского законодательства?

Рассмотрев вопрос, мы пришли к следующему выводу:

Кредитный договор, заключенный под влиянием мошенников, в том числе несовершеннолетним ребенком, может быть признан недействительным, если в ходе судебного разбирательства будут установлены признаки сомнительных операций, в ответ на которые банк не предпринял всех необходимых мер, установленных законом и указаниями ЦБ РФ для предотвращения мошеннических действий.

Обоснование вывода:

Согласно п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ). Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п. 7, п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Статьей 820 ГК РФ предусмотрено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным. Вместе с тем закон допускает заключение кредитного договора в электронном виде посредством использования простой электронной подписи через мобильное приложение банка (п. 14 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", ч. 2 ст. 5, ч. 2 ст. 6 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ "Об электронной подписи"). Отсутствие собственноручной подписи на кредитном договоре не рассматривается судами как признак незаключенного договора (в связи с этим смотрите, например, апелляционное определение СК по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 11 июля 2022 г. по делу N 33-2320/2022, апелляционное определение СК по гражданским делам Нижегородского областного суда от 14 мая 2024 г. по делу N 33-6037/2024).

В судебной практике наиболее распространенным является подход, согласно которому ввод пользователем в онлайн-сервисе при заключении кредитного договора необходимых кодов подтверждения, а также выполнение всех необходимых действий по получению кредита и соблюдение порядка оформления заявки свидетельствует о действительности кредитного договора. Если заявка подтверждена установленным банковскими правилами способом, в отсутствие причин, позволяющих банку усомниться в правомерности поступивших распоряжений и (или) ограничивать клиента в его праве распоряжаться собственными денежными средствами по своему усмотрению, в его волеизъявлении по оформлению кредита, это свидетельствует о правомерности договора, об осведомленности истца о совершаемых операциях, желании получить кредит (в связи с этим смотрите, например, определение СК по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 23 января 2024 г. по делу N 8Г-27441/2023[88-861/2024-(88-27031/2023)], определение СК по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 29 ноября 2022 г. по делу N 8Г-23132/2022[88-22431/2022]).

В большинстве случаев действия клиента по оформлению кредита под руководством мошенников рассматриваются как несоблюдение клиентом требований информационной безопасности. Суды указывают, что клиент, действуя с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств, сообщений в средствах массовой информации может распознать, что общается с мошенниками, и проверить это путем обращения в банк (в связи с этим смотрите, например, определение СК по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 13 декабря 2022 г. по делу N 8Г-11357/2022[88-11370/2022], определение СК по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 18 января 2024 г. по делу N 8Г-36490/2023[88-1750/2024-(88-36037/2023)], апелляционное определение СК по гражданским делам Ярославского областного суда от 31 августа 2023 г. по делу N 33-6316/2023).

Отметим, что само по себе возбуждение уголовного дела по факту мошеннических действий не рассматривается судами как основание признания кредитного договора недействительным и не оценивается как признак совершения сделки под влиянием обмана или заблуждения (в связи с этим смотрите, например, апелляционное определение СК по гражданским делам Кемеровского областного суда от 27 апреля 2023 г. по делу N 33-2501/2023, апелляционное определение СК по гражданским делам Нижегородского областного суда от 02 марта 2021 г. по делу N 33-1594/2021, апелляционное определение СК по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 9 июня 2022 г. по делу N 33-8627/2022).

Случай оформления кредита несовершеннолетним ребенком с телефона родителей, в том числе под влиянием мошенников, рассматривается судами как проявление пренебрежительного отношения родителя к конфиденциальной безопасности своего банковского счета, а вход несовершеннолетнего ребенка в приложение банка на мобильном устройстве родителя рассматривается как пассивное согласие родителей (в связи с этим смотрите, например, апелляционное определение СК по гражданским делам Тульского областного суда от 11 декабря 2024 г. по делу N 33-4138/2024).

Вместе с тем судебной практике известны случаи признания недействительным кредитного договора, заключенного удаленно несовершеннолетним ребенком через личные кабинеты банков родителей под влиянием мошенников. Однако во всех случаях суды усматривали в действиях банка проявление не должной осмотрительности при наличии подозрительных операций (смотрите, например, апелляционное определение СК по гражданским делам Иркутского областного суда от 20 февраля 2025 г. по делу N 33-1339/2025).

Согласно ч. 3.1 ст. 8 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" (далее - Закон N 161-ФЗ) оператор по переводу денежных средств обязан осуществить проверку наличия признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, а именно без согласия клиента или с согласия клиента, полученного под влиянием обмана или при злоупотреблении доверием, до момента списания денежных средств клиента либо при приеме к исполнению распоряжения клиента.

Признаки осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента утверждены приказом Банка России от 27 июня 2024 г. N ОД-1027. С 01.01.2026 вступит в действие приказ Банка России от 5 ноября 2025 г. N ОД-2506, которым уточнены признаки осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента.

Порядок действий банка при выявлении признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента обязан предпринять действия, установленные п. 3.4, п. 3.7, п. 3.9, п. 3.10, п. 3.12 ст. 8 Закона N 161-ФЗ, в частности приостановить операцию по переводу денежных средств и получить от клиента подтверждение совершаемой операции.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Юшковой К.А. указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

То есть банк обязан учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг.

По смыслу положений Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (далее - Закон N 115-ФЗ), Положения Банка России от 18 июня 2025 г. N 860-П "О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации, филиала иностранного банка, через который иностранный банк осуществляет деятельность на территории Российской Федерации, в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и экстремистской деятельности" с учетом положений ст. 8 Закона N 161-ФЗ и письма Банка России от 27.04.2007 N 60-Т если при реализации правил внутреннего контроля банка операция, проводимая по банковскому счету клиента, квалифицируется в качестве подозрительной операции, банк вправе ограничить предоставление клиенту обслуживания с использованием дистанционного доступа к банковскому счету до прекращения действия обстоятельств, вызвавших подозрения в совершении мошеннических действий, либо обстоятельств, свидетельствующих о риске нарушения законодательства Российской Федерации и вовлечения банка в противоправную деятельность, а также отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении операции.

Так, в одном из дел суд указал, что учитывая, что факты мошеннических действий в сфере заключения договоров кредитования и завладения кредитными денежными средствами получили широкое распространение в Российской Федерации вследствие не эффективной системы банковского обслуживания, вследствие чего и сам Банк, и потребитель как менее защищенная сторона становятся жертвами мошеннических действий неизвестных лиц, судебная коллегия полагает, что от Банка, как более профессиональной стороны договора, требуется более тщательная проверка действительной воли и намерения лиц на заключение кредитных договоров в целях исключения мошеннических сфер влияния в кредитном праве. Таким образом, Банк обязан позаботиться не только о соблюдении собственного интереса, но и о соблюдении прав потенциального потребителя, в интересах которого неуполномоченное лицо посредством преступной мошеннической деятельности пытается заключить договор, а для этого требуется соблюдение правил, предусмотренных положениями статьи 10 ГК РФ (смотрите апелляционное определение СК по гражданским делам Иркутского областного суда от 20 февраля 2025 г. по делу N 33-1339/2025).

Кроме того, действия банка по оформлению кредита на основании недействительного паспорта свидетельствует о неправомерных действиях банка.

Статьей 7 Закона N 115-ФЗ, п. 1.1 Положения Банка России от 15 октября 2015 г. N 499-П "Об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (далее - Положение N 499-П) установлена обязанность банка до приема на обслуживание, а также при совершении банковских операций идентифицировать клиента, представителя клиента и (или) выгодоприобретателя.

Физические лица в целях идентификации должны представить банку реквизиты документа, удостоверяющего личность: серия (при наличии) и номер документа, дата выдачи документа, наименование органа, выдавшего документ (при наличии кода подразделения может не устанавливаться), и код подразделения (при наличии) (п. 1.4 Приложение 1 к Положению N 499-П).

При этом банк при идентификации клиента, а также при обновлении сведений, полученных в результате идентификации, должен использовать из открытых источников информацию об утерянных, недействительных паспортах, о паспортах умерших физических лиц, об утерянных бланках паспортов (п. 2.2 Положения N 499-П).

По смыслу положений Закона N 115-ФЗ, Положения N 499-П при наличии информации о недействительности паспорта гражданина и в отсутствие обновленных данных о документе, удостоверяющем личность гражданина, банк должен отказать в совершении операции по причине не пройденной идентификации. Заключение же сделок и совершение операций с клиентом, не прошедшим идентификацию, надлежит рассматривать как нарушение банком положений Закона N 115-ФЗ.

Таким образом, резюмируя все выше сказанное, кредитный договор, заключенный под влиянием мошенников, в том числе несовершеннолетним ребенком, может быть признан недействительным, если в ходе судебного разбирательства будут установлены признаки сомнительных операций, в ответ на которые банк не предпринял всех необходимых мер, установленных законом и указаниями ЦБ РФ для предотвращения мошеннических действий (в связи с этим смотрите также: апелляционное определение СК по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 02 сентября 2025 г. по делу N 33-11403/2025, определение СК по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 11 ноября 2025 г. по делу N 8Г-15141/2025[88-15377/2025]).

Ответ подготовил:
Эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ
Ковалёва Нина

Ответ прошел контроль качества

30 декабря 2025 г.

Материал подготовлен на основе индивидуальной письменной консультации, оказанной в рамках услуги Правовой консалтинг.