Новости и аналитика Правовые консультации Гражданское право Между государственным бюджетным учреждением (ГБУ) и страховым обществом заключен договор страхования работников. 02 ноября был опубликован приказ об отзыве лицензии. Договор страхования был заключен на один год, из которого до отзыва лицензии прошло около 10 месяцев. 06 ноября ГБУ написало уведомление о расторжении договора с 13.11.2018 (по условиям договора уведомление о расторжении - за пять дней до даты расторжения). Неизвестно, в рамках какого закона (Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ или Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ) учреждением был заключен договор страхования. Какая дата считается датой расторжения договора после отзыва лицензии (дата уведомления о расторжении по договору или по истечении 45 дней)? Возможно ли требовать часть страховой премии за счет обеспечительного платежа в ситуации, когда у страховщика отозвана лицензия?

Между государственным бюджетным учреждением (ГБУ) и страховым обществом заключен договор страхования работников. 02 ноября был опубликован приказ об отзыве лицензии. Договор страхования был заключен на один год, из которого до отзыва лицензии прошло около 10 месяцев. 06 ноября ГБУ написало уведомление о расторжении договора с 13.11.2018 (по условиям договора уведомление о расторжении - за пять дней до даты расторжения). Неизвестно, в рамках какого закона (Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ или Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ) учреждением был заключен договор страхования.
Какая дата считается датой расторжения договора после отзыва лицензии (дата уведомления о расторжении по договору или по истечении 45 дней)?
Возможно ли требовать часть страховой премии за счет обеспечительного платежа в ситуации, когда у страховщика отозвана лицензия?

Момент прекращения договора страхования

Прежде всего хотим обратить Ваше внимание на различия, существующие между такими основаниями прекращения договора страхования, как односторонний отказ от него страхователя и истечение определенного срока (45 дней) с момента отзыва у страховщика лицензии.
Первое основание относится к случаям прекращения договора вследствие их расторжения, то есть к тем случаям, когда прекращение договора производится по инициативе (волеизъявлению) одной или обеих сторон договора (ст. 310, ст. 450, ст. 450.1 ГК РФ). Из приведенных норм следует, что односторонний отказ от договора допускается только тогда, когда такая возможность прямо предусмотрена законом или договором.
Право на односторонний добровольный отказ страхователя от договора прямо закреплено п. 2 ст. 958 ГК РФ. Помимо этого согласно информации, изложенной в вопросе, односторонний отказ от договора в рассматриваемом случае допускался условиями самого договора страхования.
Второе основание, по смыслу п. 4.1 ст. 32.8 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-I "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (далее - Закон N 4015-I), не предполагает наличия волеизъявления той или иной стороны договора на его прекращение. Он прекращается автоматически с момента истечения срока, исчисляемого от дня наступления определенного события (отзыва лицензии).
При этом необходимо учитывать, что ни ГК РФ, ни положения Закона N 4015-I, ни нормы Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" не содержат в себе запрета на односторонний отказ страхователя от договора после отзыва лицензии до истечения 45-дневного срока, после которого такой договор был бы прекращен в силу закона.
Таким образом, принимая во внимание, что отказ страхователя от договора страхования и истечение 45-дневного срока с момента отзыва у страховщика лицензии являются самостоятельными, независимыми друг от друга основаниями его прекращения, можно сделать вывод, что данный договор может быть прекращен на основании одностороннего отказа страхователя и до истечения указанного срока. Данный вывод находит свое отражение и в судебной практике*(1).
Тем не менее, принимая во внимание неизвестность закона, в соответствии с которым в рассматриваемом случае заключался договор, а также нечеткость его формулировок о порядке расторжения, сделать однозначный вывод о том, какое из оснований наступило раньше, а также назвать точную дату его прекращения, мы, к сожалению, не можем*(2).

Возврат части страховой премии и возможность удержания ее из суммы обеспечительного платежа

Первоначально хотелось бы отметить, что безусловный возврат страхователю части страховой премии, уплаченной им по договору страхования, заключенному со страховщиком, лицензия которого отозвана, предусмотрен только для того случая, когда договор прекращается по основанию, предусмотренному п. 4.1 ст. 32.8 Закона N 4015-I, то есть по истечении 45-дневного срока.
Односторонний же добровольный отказ страхователя от договора по общему правилу не является основанием для возврата ему части страховой премии (п. 3 ст. 958 ГК РФ). Тем не менее согласно указанной норме возможность возврата страховой премии в этом случае может быть предусмотрена самим договором*(3).
Кроме того, в том случае, если отказ от договора производится страхователем по причине нарушения своих обязательств страховщиком, то, по нашему мнению, последствия расторжения договора в этом случае должны определяться нормами п. 4 ст. 453 ГК РФ о том, что сторона, получившая исполнение и не произведшая равноценное встречное исполнение, должна возвратить полученное от другой стороны пропорционально неисполненному. Данный вывод находит свое отражение и в судебной практике*(4).
Что же касается возможности удержать сумму части страховой премии из суммы обеспечительного платежа в том случае, если возврат премии будет правомерным, то необходимо учитывать, что на договоры, заключенные в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон N 44-ФЗ), распространяются положения ст. 96 указанного Закона, по смыслу которой обеспечительный платеж вносится исполнителем по договору для обеспечения исполнения контракта. При этом законодательство не раскрывает, какие именно обязательства обеспечиваются данным платежом. Однако в правоприменительной практике отмечается, что обеспечительный платеж призван обеспечить обязательства контрагента, вытекающие из контракта, а также обязанности, связанные с нарушением условий контракта, и упростить процедуру удовлетворения за счет суммы обеспечения требований заказчика к контрагенту*(5).
Следовательно, учитывая, что возврат части суммы страховой премии может быть связан либо с исполнением страховщиком условий договора (если такой возврат прямо им предусмотрен), либо являться последствием расторжения договора в результате нарушения его страховщиком, по нашему мнению, обеспечительный платеж, внесенный в рамках Закона N 44-ФЗ, обеспечивает и возврат страхователю части страховой премии, если иное прямо не предусмотрено договором.
В свою очередь, положения Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц" (далее - Закон N 223-ФЗ) не содержат требований к обязательному внесению исполнителем по договору обеспечительного платежа и, соответственно, не регулируют вопросы, связанные с покрытием этим обеспечением обязательств исполнителя*(6). Поэтому вопрос о возможности обеспечения таким платежом возврата части страховой суммы должен решаться согласно нормам положения о закупке (ч. 1 ст. 2, ч. 2 ст. 3 Закона N 223-ФЗ). При отсутствии же там соответствующих норм данный вопрос следует решать с учетом общих положений гражданского законодательства об обеспечительном платеже (ст.ст. 381.1-381.2 ГК РФ), согласно которым обеспечительный платеж может обеспечивать исполнение любых денежных обязательств, вытекающих из договора, в том числе обязательств, связанных с его нарушением.
В связи с этим мы полагаем, что если указанный в вопросе договор заключен в соответствии с Законом N 223-ФЗ и положение о закупке не содержит специальных норм, обеспечительный платеж, внесенный страховщиком, обеспечивает исполнение обязательства последнего по возврату части страховой премии страхователю, если иное не предусмотрено самим договором.
К сожалению, какой либо правоприменительной практики, как подтверждающей, так и опровергающей сделанные нами выводы, нам обнаружить не удалось.
В заключение отметим, что вопрос о возможности удовлетворения требований страхователя о возврате части страховой премии за счет обеспечительного платежа в ситуации, когда у страховщика отозвана лицензия, на наш взгляд, аналогичен уже рассматривавшейся нами по Вашему вопросу возможности зачета требований страхователя об уплате штрафов и пеней. Сделанные в указанной консультации выводы могут быть использованы Вами и в данном случае.

Ответ подготовил:
Эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ
кандидат юридических наук Широков Сергей

Ответ прошел контроль качества

1 февраля 2019 г.

Материал подготовлен на основе индивидуальной письменной консультации, оказанной в рамках услуги Правовой консалтинг. 

------------------------------------------------------------------------
*(1) Смотрите, например, решение Арбитражного суда Новосибирской области от 15.11.2018 по делу N А45-21387/2018.
*(2) Дело в том, что по общему правилу в результате одностороннего отказа, сделанного одной стороной договора, договор считается расторгнутым с момента получения другой стороной соответствующего уведомления (п. 1 ст. 450.1 ГК РФ). Однако иное может быть предусмотрено законом, другими нормативными актами или самим договором.
В частности, в тех случаях, когда договор заключался в соответствии с Законом N 44-ФЗ, порядок его расторжения путем одностороннего отказа императивно (то есть без возможности изменения договором) урегулирован нормами ч.ч. 12-14 ст. 95 Закона N 44-ФЗ указанного Закона, согласно которым контракт признается расторгнутым в течение 10 дней после получения исполнителем уведомления о расторжении, если в течение указанного срока он не устранит нарушение, вызвавшее отказ.
Порядок отказа от договора, заключенного в соответствии с Законом N 223-ФЗ, специально этим законом не урегулирован. Однако определенные нормы на этот счет могут содержаться в положении о закупке заказчика. Если и данный документ не содержит каких-либо указаний на этот счет, то следует руководствоваться общими положениями ст. 450.1 ГК РФ, кроме случаев, когда иной порядок предусмотрен самим договором.
Из информации, изложенной в вопросе, следует, что договор содержит формулировку, согласно которой уведомление о его расторжении должно быть сделано за 5 дней до даты расторжения этого договора. Однако, на наш взгляд, ее буквальное толкование не позволяет совершенно определенно утверждать, что договор должен считаться расторгнутым именно с даты, указанной в уведомлении (то есть с 13.11.2018), отстоящей не ближе чем на 5 дней от даты направления такого уведомления (то есть 06.11.2018). Иными словами, в договоре прямо не указано на то, что дату расторжения выбирает именно отказывающаяся от договора сторона, или на то, что 5-дневный срок должен исчисляться именно с момента направления уведомления.
Исходя из общего смысла института расторжения договора в результате одностороннего отказа, вытекающего из ст. 310 и ст. 450.1 ГК РФ, юридические последствия такого отказа по всей логике должны возникать не ранее того момента, когда такой отказ получен или должен был быть получен другой стороной. Именно поэтому в правоприменительной практике формулировки закона, схожие с формулировкой договора, приведенной в вопросе, толкуются в том смысле, что указанный в них срок предупреждения о расторжении договора должен исчисляться не с момента отправления уведомления, а с момента его получения второй стороной.
Так, например, ст. 610 ГК РФ содержит аналогичное приведенной формулировке договора положение о том, что договор аренды, заключенный на неопределенный срок, может быть расторгнут по требованию любой стороны, сделанному не позднее чем за 1 или 3 месяца до даты его фактического прекращения (в зависимости от вида имущества). И при толковании судами положений этой статьи началом течения соответствующего срока признается именно дата получения уведомления другой стороной (смотрите, например, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.05.2017 N Ф08-2374/17, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 13.08.2018 N Ф09-3598/18).
Принимая во внимание, что по правилам ст. 431 ГК РФ договор при неясности содержащихся в нем буквальных выражений толкуется с учетом всех его условий и смысла договора в целом, а также с учетом преддоговорных споров, поведения сторон и иных обстоятельств, окончательный вывод по вопросу о том, с какого момента в рассматриваемом случае договор может считаться расторгнутым в результате одностороннего отказа, может быть сделан лишь судом. Кроме того, если договор заключен в соответствии с Законом N 223-ФЗ, соответствующий вывод может быть сделан только по итогам изучения положения о закупке заказчика.
*(3) Смотрите также постановление Президиума ВАС РФ от 27.11.2012 N 9021/12.
*(4) Смотрите, например, решение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.04.2012 по делу N А56-50612/2011, а также п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора".
*(5) Смотрите п. 29 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 28 июня 2017 г.
*(6) За исключением случаев, связанных с внесением обеспечения субъектами малого и среднего предпринимательства, если обязанность такого внесения предусмотрена заказчиком в закупочной документации (ч.ч. 12-17 ст. 3.4 Закона N 223-ФЗ).