Новости и аналитика Аналитические статьи Принудительное лицензирование контента: мнение экспертов

Принудительное лицензирование контента: мнение экспертов

Принудительное лицензирование контента: мнение экспертов
© GORLOV / Фотобанк Фотодженика

19 августа 2022 года в Госдуму поступил законопроект № 184016-8 "О внесении изменения в Федеральный закон "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации"1 (далее – законопроект) о расширении механизма принудительной лицензии. На данный момент документ рассмотрен в первом чтении. Авторы законопроекта предлагают использовать принудительное лицензирование зарубежного контента, причем не только ушедших из России зарубежных правообладателей, но и в отношении еще не выпущенного на территории страны фильмов, музыки, софта и т.д. Положения документа относятся к правоотношениям, которые возникли с 24 февраля 2022 года, а также к обязательствам, срок исполнения по которым наступил после 23 февраля 2022 года – даже если договор был заключен до этой даты. В нашем материале разберем мнение экспертов к предлагаемым поправкам в Гражданский кодекс.


Суть законопроекта

Принудительное лицензирование – процедура заключения лицензионного договора с правообладателем через обращение в суд с требованием обязать правообладателя заключить договор с заинтересованным лицом, объяснила управляющий партнер бюро юридических стратегий Legal to Business Светлана Гузь. По требованию такого лица суд может принять решение о предоставлении ему права использования результата интеллектуальной деятельности, исключительное право на который принадлежит другому лицу, – такие условия определяет в решении сам суд (ст. 1239 ГК РФ). Механизм принудительной лицензии не является для российского права чем-то новым, однако его применение ограничивалось объектами патентного права: изобретениями (ст. 1362 ГК РФ), промышленными образцами (ст. 1362 ГК РФ), полезными моделями (ст. 1362 ГК РФ) и селекционными достижениями (ст. 1423 ГК РФ). Законопроект предлагает расширить круг объектов применения данного механизма и распространить их на объекты авторских и смежных прав. В частности, речь идет о произведениях кино, компьютерных программах, музыкальных, литературных и других произведениях.

Приостановление деятельности флагманов киноиндустрии, в числе которых Disney, Warner Bros., Sony, становится благоприятной почвой для пиратства, заметила юрист адвокатского бюро Asterisk Софья Волкова. Именно данной причиной руководствовался законодатель, внедряя нормы о принудительном лицензировании контента, считает эксперт.

Законопроект предусматривает две процедуры для принудительного лицензирования.

  1. В случае необоснованного расторжения лицензионного договора – например, когда иностранный правообладатель уходит с рынка России. Принудительная лицензия будет получена на ранее согласованных с правообладателем условиях. Если договор расторгнут по согласию сторон или правообладатель выводит свой продукт на российский рынок с участием другого лицензиата, механизм принудительной лицензии применяться не будет.
  2. В отношении контента, ранее не использованного на территории России. В данном случае законодатель предлагает получить лицензию в судебном порядке любой организацией по управлению правами на коллективной основе (ст. 1242 ГК РФ), например, "Российское Авторское Общество" (РАО). При данном подходе такая организация будет обязана обращаться в суд для каждого заинтересованного российского лица отдельно – условия для каждого будет определять суд. При этом правами на каждый объект авторских и смежных прав будет управлять только эта организация.

Возможность получения принудительной лицензии предусмотрена только в отношении правообладателей из "недружественных" стран или лиц, находящихся под их влиянием. Напомним, перечень таких стран утвержден Правительством РФ и включает 48 стран, среди них: США, страны ЕС, Великобритания, Япония, Швейцария и другие (Распоряжение Правительства Российской Федерации от 5 марта 2022 № 430-р). Существенным условием для получения принудительной лицензии является то, что соответствующий объект авторских и смежных прав стал полностью недоступен на рынке и правообладатель отказал в предоставлении лицензии лицу, которое выразило желание использовать объект на рыночных условиях.


Отличия пиратства от принудительного лицензирования

Несмотря на то, что часть российских правообладателей назвали принудительное лицензирование легализированным пиратством, эксперты обозначили ряд различий между этими понятиями.

Термин "пиратство" не используется в федеральном законодательстве, принятая формулировка – нарушение авторских прав, отметила Светлана Гузь. С юридической точки зрения под пиратством понимается незаконное использование объекта авторского права без разрешения правообладателя, объяснил старший юрист практики интеллектуальной собственности SEAMLESS Legal Владислав Елтовский. Иными словами, актором является само лицо, которое принимает решение о незаконном использовании того или иного произведения, – за указанные действия это лицо может быть привлечено к ответственности.

Напомним, за нарушение авторских и смежных прав в России предусмотрена ответственность.

  1. Гражданско-правовая (ст. 1301 ГК РФ).
  2. Административная (ст. 7.12 КоАП РФ):
    • незаконное использование экземпляров произведений или фонограмм (ввоз, продажа, сдача в прокат) в целях извлечения дохода в случаях, если они являются контрафактными либо на них указана ложная информация, а также иное нарушение авторских и смежных прав в целях извлечения дохода;
    • присвоение авторства или принуждение к соавторству.
  3. Уголовная (ч. 1 ст. 146 УК РФ):
    • присвоение авторства (плагиат), если это деяние причинило крупный ущерб правообладателю;
    • незаконное использование объектов авторского права или смежных прав (приобретение, хранение, перевозка) в целях сбыта, совершенные в крупном размере, в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, лицом с использованием своего служебного положения.
  4. Как объясняет Светлана Гузь, основные формы пиратства следующие:

    • копирование (скачивание) объектов интеллектуальной собственности без разрешения правообладателя конечными пользователями;
    • установка на электронные устройства копий программ, распространяемых без лицензии;
    • использование объектов интеллектуальной собственности с нарушением условий лицензионного договора.

    Для пиратства характерно отсутствие правового основания для использования тех или иных объектов интеллектуальной собственности, отметила эксперт. Предложенные законопроектом поправки не предоставляют любому лицу право использовать объекты авторских прав от правообладателей из "недружественных" стран, объяснил Владислав Елтовский. Соответственно, по общему правилу пиратство все еще наказуемо, и иностранные правообладатели вправе защищать свои права, подчеркнул эксперт. Государство вводит возможность получить принудительную лицензию, то есть право использовать объекты авторских прав или смежных прав вопреки воли правообладателя по решению суда.

    МНЕНИЕ

    Светлана Гузь, управляющий партнер бюро юридических стратегий Legal to Business:

    "Правообладатель обладает исключительным правом разрешать и запрещать использовать результаты творчества. Однако этим правом, как и любым другим, можно злоупотребить. Так, бывает, что такое право используется для того, чтобы необоснованно ограничить появление определенных видов продуктов и товаров на том или ином рынке, создать дефицит. Для противодействия подобным злоупотреблениям и предусмотрен, в том числе международными конвенциями об интеллектуальном праве, такой механизм, как принудительная лицензия. Однако важно помнить, что в мировой практике он считается, скорее, экстраординарной мерой. В международной доктрине подчеркивается, что такие исключения не должны наносить неоправданный ущерб обычному использованию изобретений, а также необоснованным образом ущемлять законные интересы правообладателя, учитывая законные интересы третьих лиц".


    По аналогии с параллельным импортом в случае с принудительным лицензированием российские пользователи не получают официального согласия правообладателей на использование объектов их авторских прав, смежных прав и прав на средства индивидуализации, объясняет управляющий директор Консультационной группы ТИМ Виктор Миронов. Разница также заключается в том, что пиратство не требует одобрения со стороны государства, отметил эксперт. В случае с принудительным лицензированием необходимо обратиться в суд с исковом заявлением, где будут указаны предлагаемые условия предоставления принудительной лицензии, в том числе пределы использования объекта авторских и смежных прав, размер, порядок и сроки выплаты вознаграждения правообладателю или подконтрольному ему лицу. К иску должно быть приложено заключение Роспатента, которое должно подтверждать недоступность объекта авторских и смежных прав на территории РФ, или Роскомнадзора – в случае, когда таким объектом является ПО или база данных.


    Кому выгодно принятие законопроекта?

    Советник, глава практики защиты интеллектуальной собственности юридической фирмы "Рыбалкин, Горцунян, Дякин и Партнеры" Мария Самарцева отметила, что при обороте объектов интеллектуальной собственности иностранных правообладателей, а также товаров, в которых такие объекты используются, затрагиваются интересы трех различных категорий участников.

    1. Иностранный правообладатель – в его интересы входит извлечение прибыли от коммерциализации своих объектов интеллектуальной собственности, получение надлежащей правовой охраны, включая регистрацию, гарантии защит прав при различных нарушениях наравне с теми, что предоставляются национальным правообладателям.
    2. Физические и юридические лица, имеющие российское гражданство, заинтересованные в использовании объектов интеллектуальной собственности иностранных правообладателей. Например, на доступ к таким объектам интеллектуальной собственности, в том числе предоставляемый по адекватной рыночной цене, желательно в конкурентноспособном рынке – то есть важно не только наличие, но еще и ассортимент предложения, и цена.
    3. Российская Федерация, с одной стороны, как участница международных конвенций и договоров, обязана соблюдать нормы международного права и предоставлять адекватный уровень защиты прав интеллектуальной собственности иностранным правообладателям, с другой – гарант защиты прав и интересов лиц, имеющих российское гражданство и действующих на его территории (юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, граждан, организаций и др.).

    Однозначного ответа на вопрос, кому выгодно принятие законопроекта, нет, считает Светлана Гузь. С одной стороны, законопроект будет полезен компаниям, пользователям, зарубежным авторам, его главная цель – помешать замедлению технологического и культурного развития общества, а также не допустить развития пиратства. Так, например, в случае отсутствия дистрибуции контента на территории России потребитель все равно будет искать и обязательно найдет, как получить к нему доступ. Это сильно повышает риски пиратства, с которым законодатель активно и достаточно успешно боролся последние несколько лет. Что же касается бизнеса, это условная попытка защитить его от убытков и сохранить текущее положение, заключила эксперт. По мнению ведущего юриста компании ООО "ГК Авангард" Владислава Иващенко, основную выгоду получат все лицензиаты, у кого были заключены договоры до 24 февраля 2022 года и которые были незаконно расторгнуты (кинотеатры, цифровые платформы, учреждения культуры и т. д.).

    В пояснительной записке выделяются конкретные представители российского бизнеса, которые несут убытки в связи с уходом иностранных правообладателей с рынка: кинотеатры, цифровые платформы или учреждений культуры, которые создавали новые произведения - например, театральные постановки на основе литературных произведений зарубежных авторов. По мнению законодателя, ограничение доступа к целому ряду объектов авторских и смежных прав на территории страны создает и другие системные риски, например, распространение пиратства. Подобная ситуация создает угрозы для российских компаний, производящих различного рода контент, и всего сегмента национальной креативной экономики, утверждают авторы. Из-за отзывов или непредоставления лицензий на новый контент также терпят ущерб зарубежные авторы – в результате того, что иностранные правообладатели прекратили управлять правами на территории РФ, авторы лишились причитающихся им вознаграждений.

    МНЕНИЕ

    Владислав Елтовский, старший юрист практики интеллектуальной собственности SEAMLESS Legal:

    "В целом, на мой взгляд, текущая версия закона предусматривает слишком широкие возможности по получению принудительной лицензии. Представляется справедливым, если заявитель должен будет также доказать уважительность причины, по которой суд должен поставить интересы лица, требующего принудительную лицензию, выше, чем исключительное право автора/правообладателя.

    Эффективность использования нового механизма в текущих реалиях будет зависеть от подхода судов, в частности насколько легко суды будут выдавать лицензии просто по факту относимости правообладателя к недружественным странам".


    При этом не все эксперты согласны с такой оценкой. Как объясняет Мария Самарцева, государство, выполняя взятые на себя обязательства по международным соглашениям и защищая права и интересы иностранных правообладателей, в некотором смысле вынуждено ущемлять национальные интересы. В первую очередь – это интересы малого и среднего бизнеса, реализуя меры ответственности в отношении нарушителей прав интеллектуальной собственности.

    Как следует из пояснительной записки, введение проектируемых норм не создает рисков ни для одного хозяйствующего субъекта, включая российские онлайн-кинотеатры и цифровые платформы распространения контента. Если они сочтут, что получение принудительной лицензии влечет для них те или иные негативные последствия, они не будут использовать указанный механизм.

    По мнению Светланы Гузь, предложенная законодателем мера действительно может помочь временно удержать надвигающееся "цунами" пиратства, однако вопрос о том, насколько эти нововведения будут полезны компаниям и авторам на самом деле, с учетом возможных рисков, остается открытым.


    Проблема реализации механизма принудительной лицензии

    Важно понимать, что не каждая принудительная лицензия может быть фактически исполнена, обратил внимание Владислав Елтовский. В случае с объектами патентных прав информация о них находится в публичном доступе, что и делает механизм принудительной лицензии реально исполнимым. В случае же с объектами авторских прав судебное решение российского суда не заставит правообладателя раскрыть объект, если он публично недоступен.

    Также эксперты выделили ряд других потенциальных проблем:

    • риски отключения аккаунтов пользователей зарубежного контента;
    • потенциал отсутствия нормальных коммерческих отношений с иностранными правообладателями в будущем;
    • предложенные поправки не решают проблему дальнейшего использования иностранного ПО, которое потенциально несет риски уязвимостей и тормозит процесс импортозамещения в целом;
    • увеличение срока получения лицензии – проблема для кинопрокатчиков;
    • увеличение нагрузки на судебную систему;
    • потенциальная проблема с получением оплаты за использование контента.

    Риски для пользователей

    Ответные меры со стороны "недружественных" государств, если они последуют, затронут и тех участников оборота, которые сами отказались от лицензирования контента, заметила Светлана Гузь. Например, эксперты заявляют, что ответной мерой может быть отключение аккаунтов пользователей из России из магазинов приложений (App store, Google Play). Тем самым законопроект может повлечь за собой еще большие проблемы для российских пользователей.

    Ухудшение инвестиционного климата

    В случае реализации предложенного законопроектом механизма существуют коммерческие риски, считает Владислав Елтовский. Получение принудительной лицензии фактически может отрезать возможность нормальных коммерческих отношений в будущем при изменении санкционного и контрсанкционного режимов, заметил эксперт. С коллегой согласна Софья Волкова: в пояснительной записке к законопроекту указано, что он разработан не только в интересах российских прокатчиков, но и зарубежных авторов. Относительно первых выгода от принудительного лицензирования видится неоднозначной, считает эксперт. С одной стороны, принудительное лицензирование даст возможность прокатывать фильмы, доступ к которым ограничил их правообладатель. С другой стороны, сейчас процедура лицензирования выглядит достаточно сложной и займет минимум несколько месяцев. За это время фильм успеет выйти на пиратских сайтах и будет уже неинтересен зрителям. Относительно выгоды для правообладателя Софья Волкова видит куда более печальные перспективы: принудительное лицензирование как минимум нарушает международные обязательства России в области интеллектуальных прав, например Бернскую конвенцию по охране литературных и художественных произведений. При этом не все зарубежные авторы готовы дать согласие на распространение контента в России, даже если Правительство РФ пообещает выплатить гонорары, заметила адвокат Анна Салютина (Адвокатская Палата Ростовской области, № 7387), член ассоциации юристов России.

    МНЕНИЕ

    Мария Самарцева, советник, глава практики защиты интеллектуальной собственности юридической фирмы "Рыбалкин, Горцунян, Дякин и Партнеры":

    "С учетом масштабности приостановления, прекращения, либо полного ухода с российского рынка иностранных правообладателей и связанного с этим прекращения ранее заключенных ими с российскими компаниями лицензионных соглашений, затронувшим практически каждую российскую компанию, Российская Федерация встала перед сложной дилеммой: чьи интересы защищать. Так, если продолжит применяться традиционный подход по привлечению к ответственности за неавторизованное использование объектов интеллектуальной собственности иностранных правообладателей, например, программного обеспечения, зачастую не имеющего аналогов, то практически каждая национальная компания будет привлечена к ответственности. Решит ли это проблему отсутствия доступа к тем же технологиям и программному обеспечению? Решит ли это проблему поиска альтернатив? Скорее всего нет.

    Более того, зачастую досрочно прекращенные иностранными правообладателями лицензионные соглашения были полностью оплачены, а перерасчеты и возврат при прекращение лицензий не были произведены. Кроме этого, практически перед каждым российским бизнесом встает проблема поиска альтернативных вариантов, влекущая дополнительные затраты, сложности по переходу на альтернативное предложение, если такое вообще существует на рынке".


    Сами компании также не спешат радоваться возможным нововведениям, обратила внимание Светлана Гузь. Так, Ассоциация "Интернет-видео" (АИВ), объединяющая крупные российские видеосервисы (ivi, Okko, Amediateka, Start, viju и "Триколор ТВ"), а также Национальная федерация музыкальной индустрии (российские представительства Sony Music, Universal Music, Warner Music и другие компании) выступили против механизма принудительной лицензии на фильмы, сериалы и музыку. Компании все еще рассчитывают сохранить договорные отношения с большинством зарубежных авторов даже в нынешней ситуации, поэтому опасаются, что такой законодательный акт может крайне негативно сказаться на будущем индустрии, превратив Россию "в страну-изгоя", которая действует не в правовом поле, считает эксперт. Так, например, это может привести к остановке работы российских онлайн-кинотеатров на иностранных устройствах и платформах, включая iOS, Android, Huawei, а также телевизорах со Smart TV. Учитывая, что через них контент видеосервисов смотрят порядка 70–90% зрителей, владельцы сервисов рискуют потерять десятки миллиардов рублей, вложенных в развитие платформ, заключила Светлана Гузь.

    Проблема с зарубежным программным обеспечением

    Принудительное лицензирование в сфере IT сопряжено с большими рисками для пользователей и разработчиков, уверена Софья Волкова. В случае с ПО огромное значение имеет техническая поддержка и сопровождение правообладателя без которых будет невозможно безопасно пользоваться продуктом. В случае софта, особенно невыпущенного в России, принудительная лицензия выглядит как труднореализуемый механизм, поддерживает коллегу Владислав Елтовский. Более того, программное обеспечение не будет добровольно обновляться на основании принудительных лицензий. Таким образом, принудительную лицензию можно будет реализовать только в отношении базовых продуктов, которые не требуют регулярных обновлений и которые уже доступны или копии которых могут быть нелегально получены, заключил эксперт.

    Примечательно, что крупнейшие IT-объединения России также выступили против принудительной легализации зарубежного ПО, например, АПКИТ, НП "Руссофт" и НП ППП. Так, Ассоциация разработчиков программных продуктов "Отечественный софт" направила в Госдуму отрицательный отзыв на законопроект: по их мнению, он не решает проблему дальнейшего использования иностранного ПО, несет риски уязвимостей и тормозит процесс импортозамещения в целом1. По мнению ассоциации, предлагаемый механизм не отвечает принципам состязательности и равноправия сторон. При уходе иностранных правообладателей с российского рынка, неизвестно, кто будет представлять сторону на процессе и каким образом будет осуществлена выплата вознаграждения этим лицам при отсутствии с их стороны желания дальнейшего сотрудничества. Более того, без возможности сопровождения ПО его эксплуатация будет затруднена без соответствующих обновлений и доработок – такое использование может стать неэффективным и даже опасным с точки зрения его уязвимости. АРПП "Отечественный софт" также выделяет потенциальную возможность ответной меры со стороны "недружественных" государств, что может повлечь повторного оттока ИТ-специалистов за границу. И, наконец, в текущей ситуации IT-рынок начал обновляться за счет наращивания отечественных разработок и постепенно освобождается от технологической зависимости, а принудительное лицензирование ПО только затормозит данный процесс, уверены эксперты.

    МНЕНИЕ

    Светлана Гузь, управляющий партнёр бюро юридических стратегий Legal to Business:

    "Есть риск, что разработчики могут заблокировать ПО, выпустив очередное обновление с учетом территориальной локализации софта. Даже если подобного не случится, дальнейшая эксплуатация ПО может быть затруднена из-за отсутствия гарантийной поддержки правообладателя иностранного ПО и сопутствующих обновлений. Так, в проприетарном программном обеспечении [являются частной собственностью авторов или правообладателей, то есть не относятся к свободному ПО – Ред.] только разработчик имеет эксклюзивное право на доработку ПО и внесение изменений в исходный код программы, такие права обычно не передаются конечным пользователям.

    Без обновлений вирусных баз и иных компонентов программное обеспечение очень быстро устареет. Его использование будет малоэффективно и даже опасно, так как технологии злоумышленников постоянно развиваются, и все современные программные решения должны в полной мере соответствовать требованиям и технологиям безопасности. Кроме того, это грозит российским компаниям увеличением совокупной стоимости владения, так как необходимо выстраивать собственные компетенции по поддержке ПО и его доработки под новые задачи. В целом, без актуальных обновлений ПО рискует стать дорогим, неэффективным и небезопасным, то есть, программные продукты перестанут выполнять актуальные функции".


    С другой стороны, ситуация с иностранным ПО сильно перекликается с пиратством в других сферах, заметила Светлана Гузь. Если пользователь хочет использовать зарубежное ПО, он найдет эту возможность, но это будет еще более рискованно, чем использование таких ПО с принудительным лицензированием. Кроме того, в случае расцвета пиратства разработчикам отечественного софта придётся конкурировать с бесплатными "продуктами", что может резко негативно сказаться на дальнейшем развитии.

    Увеличение срока получения лицензии – проблема для кинопроката

    Беспокойство бизнеса в сфере контента вызывает скорость получения принудительной лицензии, отметила Светлана Гузь. По словам кинопрокатчиков, этот вопрос является критичным, так как премьера релиза в России должна быть максимально приближена к дате мировой премьеры. Для сокращения времени на обработку запросов эксперт предлагает предусмотреть законодательное установление максимально сжатых процессуальных сроков рассмотрения исков о получении принудительных лицензий, а также, в случае необходимости, предусмотреть соответствующие изменения в процессуальные кодексы РФ. Также эксперты из индустрии говорят, что сократить сроки для получения лицензии и прокатного разрешения позволит уход от ряда формальных процедур (например, отойти от сдачи обязательного экземпляра киноленты в Госфильмфонд, упростить процедуру предоставления и проверки правоустанавливающих документов). Сделать это можно путем внесения изменений в уже существующие подзаконные акты (например, в Постановление Правительства РФ от 27 февраля 2016 №143 "Об утверждении правил выдачи и отзыва прокатного удостоверения на фильм и правил ведения государственного регистра фильмов").

    В качестве проблемы в индустрии активно обсуждается и тот факт, что законопроект не ориентирован на специфику сферы контента, далек от технической реальности. Некоторые крупные иностранные правообладатели влияют на процессы изнутри, препятствуя показу фильмов через программно-аппаратное оборудование (IMAX), которым оборудованы многие российские кинотеатры, рассказала Светлана Гузь. В этой связи эксперт предлагает расширить предмет регулирования на использование формата и стандарта кинопоказа IMAX, использование технических средств защиты программно-аппаратного оборудования.

    Увеличение нагрузки на суды и ФАС России

    Также эксперты прогнозируют увеличение количества судебных дел в связи с тем, что в проекте предусмотрен только один обладатель авторских прав. В отсутствие правоприменительной практики и подзаконных актов неясно, как и каким образом будет определяться этот субъект, не возникнет ли ситуации недобросовестного поведения и вытеснения "мелких" игроков с рынка контента, заметила Светлана Гузь. Например, крупное издание может выкупить права на книгу, а другие издатели не смогут приобрести права на реализацию этой же книги в печати. Выходом может быть создание специального реестра и внедрение процедуры аукциона, однако и такой вариант решения проблемы нельзя назвать быстрым и удобным, считает эксперт. Кроме того, установление порядка реализации прав по принудительной лицензии на торгах, очевидно, увеличит количество обращений в антимонопольные органы.

    Нагрузка на судебную систему потребует много кадровых и временных ресурсов для выработки эффективной и понятной практики правоприменения, отметила Светлана Гузь. Для распределения нагрузки на судебную систему необходимо задействовать не только судебную ветвь власти, но и исполнительные органы власти. Неопределенности возникают также на этапе исполнения решения суда – вопрос о том, как обязать иностранную компанию соблюдать условия лицензионного договора, пока что остается без ответа.

    Проблема с оплатой – для правообладателей

    В случае реализации механизма принудительной лицензии деньги за показ фильма должны перечисляться правообладателю на рублевый счет. По указу Президента РФ от 27 мая 2022 г. № 322 "О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями", доступ к такому счету будет давать правительственная комиссия, что не будет выгодно правообладателю, считает Софья Волкова. С этим утверждением согласен Виктор Миронов: эксперт отметил, что особый порядок исполнения обязательств заключается в том, что для расчетов, в частности по лицензионным договорам, нужно использовать специальный счет типа "О". В случае принятия законопроекта есть вероятность проведения расчетов именно через данный счет, списание средств с которого допускается только при получения разрешения от Правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в РФ по заявлению о выдаче разрешения на перевод. Однако до конца остается непонятным вопрос, как правообладатели, которых принудили к лицензированию, будут на практике получать разрешение и свои денежные средства, подытожил эксперт.


    ***

    По мнению Владислава Иващенко, злоупотребление правом со стороны правообладателя имеет место – часть иностранных правообладателей безосновательно отозвали ранее выданные лицензии на кино, мультфильмы, компьютерные программы, музыкальные коллекции, литературные и другие произведения. Однако законопроект на сегодня лишь наметил основной вектор деятельности, нормам не хватает фактуры, описания процедурных моментов, сроков, механизма исполнения решения судов, считает Светлана Гузь. По мнению Владислава Елтовского, законодатель не считает, что механизм принудительной лицензии должен занять постоянное место в регулировании интеллектуальной собственности – поправки предлагаются не в ГК РФ, а в Федеральный закон от 18 декабря 2006 г. № 231-ФЗ "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации". По мнению эксперта, это иллюстрирует недостаточную проработанность и готовность механизма принудительной лицензии в отношении объектов авторских прав.

    Принудительное лицензирование вероятно не поможет существенно уменьшить убытки и спасти российских прокатчиков и онлайн-платформы, а также не станет полноценным решением и для разработчиков, предполагает Софья Волкова. Более того лицензирование такого рода существенно уменьшит шансы на дальнейшее сотрудничество с иностранными правообладателями и только увеличит рост нелегального контента. Польза для обычных зрителей и пользователей также останется неоднозначной, вероятно, что они и без принудительных лицензий вернутся к пиратству, заключила эксперт.

    _____________________________

    1 С текстом законопроекта № 184016-8 "О внесении изменения в Федеральный закон "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" и материалами к нему можно ознакомиться на официальном сайте Госдумы (https://sozd.duma.gov.ru/bill/184016-8). 
    2 Информация с сайта АРПП "Отечественный софт".

Источник: ГАРАНТ.РУ

Документы по теме:

Читайте также:

Защита прав потребителей в текущей ситуации

Защита прав потребителей в текущей ситуации

Какая государственная политика проводится в сфере защиты прав потребителей? С какими рисками может столкнуться потребитель при реализации параллельного импорта? Ответ – в нашем материале.

Проблема злоупотребления правом субъектами служебных изобретений, полезных моделей, промышленных образцов

Проблема злоупотребления правом субъектами служебных изобретений, полезных моделей, промышленных образцов

Досрочное прекращение действия патента на изобретение с целью прекращения выплаты вознаграждения работнику (автору) при продолжении использования изобретения в производстве – один из видов злоупотребления правом.

Правовые проблемы использования открытого программного обеспечения (open source)

Правовые проблемы использования открытого программного обеспечения (open source)

Повсеместность использования open source влечет технические риски уязвимости и устаревания ПО и юридические риски, которые выражаются в растущем числе судебных споров, выявлении множества нарушений в ходе предынвестиционных проверок и аудитов для регистрации продукта в реестре российского ПО. Несмотря на это многие организации до сих пор предпочитают игнорировать вопросы, связанные с открытым ПО.

Временный порядок исполнения обязательств с иностранными правообладателями: разъяснения Минэкономразвития России

Временный порядок исполнения обязательств с иностранными правообладателями: разъяснения Минэкономразвития России

Напомним, ранее Президент РФ подписал указ, в соответствии с которым российские компании могут исполнять обязательства перед правообладателями из недружественных государств в рублях при использовании спецсчета.