© wytrazekpiotr / Фотобанк 123RF.com

Районный суд прекратил уголовное дело в отношении подсудимого (начальника участка) по ч. 2 ст. 216 УК РФ (Нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека) на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением с потерпевшим с освобождением начальника участка в соответствии со ст. 76 УК РФ от уголовной ответственности (Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 июня 2024 г. № 78-УДП24-7-К3).

При этом в обоснование примирения суд сослался на следующие обстоятельства:

• подсудимый впервые совершил преступление средней тяжести, ранее не судим и не привлекался к административной ответственности, вину признал и раскаялся в содеянном, в полном объеме загладил причиненный преступлением вред, принес извинения и примирился с потерпевшим;
• подсудимый выплатил потерпевшему (брату погибшего рабочего) 50 000 рублей, на допросе в органе предварительного расследования этот потерпевший показал, что причиненный ему и семье вред полностью возмещен, в том числе выплачена материальная компенсация и оплачена перевозка тела брата в Таджикистан, претензий к обвиняемому он не имеет;
• при помощи переводчика потерпевшим написаны без указания дат и поданы в суд заявление с просьбой о прекращении дела за примирением сторон, и расписка о получении от обвиняемого 50 000 руб.

Вышестоящие суды согласились с законностью прекращения уголовного дела, однако прокурор подал кассационное представление в Верховный Суд РФ, указывая на несоразмерность действий обвиняемого, направленных на заглаживание вреда, причиненного преступлением, на то, что выплата 50 000 рублей не возмещает в полном объеме вред, причиненный гибелью человека, что - помимо брата погибшего, – имеются и другие потерпевшие от преступления, и что компенсация вреда и перевозка тела погибшего в Таджикистан осуществлена не обвиняемым, а работодателем.

Верховный Суд РФ согласился с этими доводами, отменил состоявшиеся судебные акты и отправил дело на новое рассмотрение:

• положения ст. 75 УК РФ и ст. 25 УПК РФ в их взаимосвязи не обязывают суд в любых случаях при наличии предусмотренных этими нормами оснований прекращать уголовное дело за примирением сторон, а лишь предоставляют такую возможность, давая тем самым суду право принять иное решение, причем решение в любом случае необходимо принимать с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния;
• последствиями предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ деяния является причинение по неосторожности смерти. Поскольку гибель человека придает преступлению, совершенному по неосторожности, наибольшую общественную опасность, суду в случае прекращения дела надлежало установить веские обстоятельства, существенно уменьшающие ее степень, однако в судебных постановлениях по делу таких обстоятельств не содержится;
• причиненный вред - гибель человека при производстве работ из-за нарушения правил безопасности, по итогам уголовного судопроизводства оценен лишь в размере 50 000 руб. При этом надлежащая оценка соразмерности действий виновного по заглаживанию причиненного им вреда судами первой и апелляционной инстанций не дана. Мнение суда кассационной инстанции о том, что соразмерность суммы, выплаченной потерпевшему, характеру причиненного вреда, определяется именно потерпевшим, является ошибочным и не соответствует позиции Конституционного Суда РФ, выраженной, в частности, в определении от 4 июня 2007 г. № 519-О-О;
• согласно протоколу судебного заседания, предварительное слушание по делу, по итогам которого принято решение о прекращении уголовного дела и освобождении подсудимого от уголовной ответственности, проведено в отсутствии брата погибшего, признанного потерпевшим, поэтому добровольность его волеизъявления, как и то, что подсудимый при личной встрече или иным способом принес ему извинения, судом остались не проверены;
• в настоящем судебном заседании данный потерпевший заявил, что он не давал согласия на примирение, поскольку ему ничего не объясняли, а лишь вручили 50 тысяч рублей, что не равноценно жизни его брата;
• кроме того, ни органы предварительного следствия, ни суд не выяснили по существу семейное положение погибшего, тогда как в районном суде зарегистрирован гражданский иск вдовы погибшего к строительной организации с требованием о компенсации морального вреда, причиненного ей и трем малолетним детям гибелью мужа и отца, мотивированный наступлением вреда в связи с потерей ею мужа, а также отца - кормильца, дети которого будут испытывать моральные страдания на протяжении всей жизни, поскольку вырастут в неполной семье. Рассмотрение гражданского дела находится на стадии судебного рассмотрения;
• таким образом, требования ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ о том, что прекращение уголовного дела возможно только в случае, если обвиняемый примирился с потерпевшим и загладил причиненный ему вред, судом не соблюдены даже формально.