© georgejmclittle / Фотобанк 123RF.com

Тройка судей Верховного Суда РФ отменила состоявшиеся судебные акты и отправила на пересмотр дело по иску потребителя к недобросовестной ремонтной мастерской: дама нашла в Интернете сервисный центр, который чинит моноблоки, позвонила по представленному на сайте телефону, договорилась о ремонте своей техники, сдала моноблок приехавшему курьеру и получила от него взамен договор об оказании услуг по ремонту (Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 июня 2025 г. № 5-КГ25-30-К2). Только вот никакого ремонта не было – сначала по телефону девушке сообщали о переносе срока ремонта и удорожании услуг, а потом и вовсе сказали, что моноблок утилизирован и предложили компенсацию в размере в несколько раз меньше его стоимости.

Шокированная хозяйка моноблока даже написала заявление в полицию, но там посоветовали обращаться в суд.

В суде ответчик заявил, что в глаза не видел ни спорного моноблока, ни истицу, а предъявленный договор назвал фальшивкой. Более того, ответчик сам обратился в суд со встречным иском о признании указанного договора оказания услуг недействительным (ничтожным), поскольку он сфальсифицирован неустановленными лицами:

• спорный договор оказания услуг уполномоченными лицами ответчика не подписывался,
• курьер, принявший у истца моноблок и выдавший этот договор, у ответчика никогда не работал, договоры на оказание агентских услуг с ним не заключались,
• реквизиты договора не соответствуют собственным действительным реквизитам ответчика,
• адрес сервисного центра, указанный в договоре, не соответствует действительному адресу ответчика,
• так же как и оттиски печатей в договоре не соответствуют подлинным печатям ответчика.

По делу назначили судебную техническую экспертизу спорного договора, которая подтвердила, что, действительно, оттиски печатей в представленном истцом бумажном договоре на оказание услуг не соответствуют представленному ответчиком образцу своей печати.

Суды отказали в удовлетворении требований по первоначальному иску и удовлетворили встречный, признав спорный договор ничтожной сделкой:

• представленные сторонами доказательства доказывают лишь то, что между сторонами спора отсутствуют какие-либо договорные отношения ,
• потому что спорный договор со стороны ответчика подписан не уполномоченным на это лицом.

Верховный Суд РФ не согласился с состоявшимися актами, поскольку суды неправильно толкуют нормы ГК РФ и неправильно распределили бремя доказывания:

• согласно п. 1 ст. 182, п. 1 ст. 183 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного органа, создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.). При отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку;
• при этом в п. 122 постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 разъяснено, что п. 1 ст. 183 ГК РФ не применяется к случаям совершения сделок представителем за пределами ограничений, указанных в договоре или положении о филиале или представительстве юридического лица. Такие сделки могут быть оспорены на основании п.1 ст.174 ГК РФ;
• по общему правилу, когда сделка от имени организации совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, а контрагент организации добросовестно полагался на сведения о его полномочиях, содержащиеся в ЕГРЮЛ, то сделка, совершенная таким лицом с этим контрагентом, создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности для организации с момента ее совершения (статьи 51 и 53 ГК РФ), если только соответствующие данные не были включены в ЕГРЮЛ в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (абз. 2 п. 2 ст. 51 ГК РФ). В иных случаях, когда сделка от имени организации совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, подлежат применению положения ст.183 ГК РФ;
• из приведенных выше норм права и разъяснения их Пленумом ВС РФ следует, что установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с их превышением само по себе не влечет ничтожность такой сделки, но может служить основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку;
• с учетом вышеизложенного вывод суда первой инстанции о ничтожности спорного договора является ошибочным;
• кроме того, на основании ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. В силу ч.1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению. В п. 3 постановления Конституционного Суда РФ от 27 ноября 2024 г. № 55-П указано, что оценка доказательств по делу предполагает недопустимость формального подхода при принятии решения судом общей юрисдикции, который должен учитывать весь комплекс имеющихся доказательств, подтверждающих или, напротив, опровергающих обоснованность заявленных требований;
• обращаясь в суд с иском, истец указывала, что она нашла сервисный центр по ремонту принадлежащего ей моноблока посредством сети "Интернет", где был размещен сайт ответчика, содержащий данные об этом юридическом лице, рекламу сервисных услуг и контактную информацию. Впоследствии она передала лицу, представившемуся курьером этого сервисного центра, принадлежащий ей моноблок для ремонта, получив от него копию договора на оказание услуг, чему предшествовало согласование по телефону суммы сервисных работ с ответчиком, даты и времени прибытия курьера названного сервисного центра. Договор содержал наименование ответчика, его адрес, ИНН и ОГРН, оттиск печати, в связи с чем у истицы не имелось оснований сомневаться в том, что она через курьера передает в ремонт моноблок именно ответчику, поскольку полномочия курьера как его представителя явствовали из сложившей обстановки;
• суды не дали оценки указанным обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора, а именно не исследовали вопрос принадлежности ответчику интернет-сайта, на который ссылалась истец, переговорам и переписке истицы с указанным сервисным центром, так же как не исследовали реквизиты спорного договора, в частности адрес, ОГРН и ИНН сервисного центра, на предмет их соответствия реквизитам ответчика, содержащимся в ЕГРЮЛ. Вместо этого суды ограничились лишь тем, что указали на недоказанность принадлежности ответчику номера телефона, указанного в спорном договоре;
• однако, поскольку предложение услуг производилось от имени ответчика, то обязанность опровергнуть принадлежность сайта, номера телефона, а также доказать несоответствие адреса, ОГРН и ИНН сервисного центра реквизитам ответчика, также подлежала возложению на ответчика, который как участник профессионального рынка обязан следить за предложением в сети "Интернет" услуг от его имени,
• суды же переложили обязанность доказывания указанных обстоятельств на истицу, не располагающую соответствующими сведениями и средствами для выявления ложного предложения услуг от имени ответчика.