motorolka / Depositphotos.com

Петербургская аптека безуспешно оспаривала аптечный "ценз", – 10 мест осуществления деятельности в течение не менее чем 1 года – установленный Правительством РФ в качестве обязательного условия для выдачи разрешения на дистанционную розничную торговлю лекарственными препаратами (Решение Верховного Суда РФ от 2 декабря 2020 г. № АКПИ20-604).

Истец сформулировал следующие претензии к оспариваемому цензу:

• он противоречит ч. 1.1. ст. 55 Закона об обращении лекарств (в законе нет требования к онлайн-аптекам о наличии у них реальных аптечных пунктов);
• он противоречит Указу Президента РФ от 17 марта 2020 г. № 187 об интернет-торговле лекарствами (то же самое - указ ничего не говорит об офлайн точках);
• он противоречит ч. 1 ст. 15 Закона о защите конкуренции" (ограничивает конкуренцию – затрудняет доступ на аптечный онлайн-рынок и создает на нем же необоснованные преимущества аптечным организациям, имеющим развитую аптечную сеть);
• никогда – до появления спорного правила в 2020 году – количество мест осуществления фармдеятельности не имело никакого правового значения, поскольку само понятие "место осуществления фармацевтической деятельности" употреблялось лишь в контексте адреса осуществления лицензируемого вида деятельности и не имело количественного значения. А следовательно, при утверждении спорного ценза у Правительства РФ не было никаких критериев, которые позволяли бы обоснованно установить количество мест фармдеятельности, достаточное для получения разрешения на деятельность интернет - аптеки;
• при этом данное требование само по себе носит дискриминационный характер и никак не связано с регулированием онлайн-торговли торговли, и уже только поэтому не может быть критерием выдачи упомянутого разрешения.

 Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

Возражения Правительства РФ свелись исключительно к тому, что оно за пределы своих полномочий не вышло, а спорное требование защищает права граждан, у которых нет возможности купить лекарства офф-лайн.

Тем не менее суд принял сторону Кабмина, указав на следующее:

• Закон об обращении лекарств устанавливает приоритет госрегулирования безопасности, качества и эффективности лекарственных средств при их обращении (ст. 1). Ввиду такой благой цели спорный ценз нельзя рассматривать как создающий препятствия в осуществлении розничной интернет-торговли лекарствами;
• спорное требование о наличии не менее 10 мест осуществления фармдеятельности адресовано всем хозяйствующим субъектам фармбизнеса, желающим открыть интернет-аптеку, а значит, не может быть признано дискриминационным в рамках антимонопольного законодательства;
• наконец, в законодательстве нет НПА, имеющего большую юридическую силу, и который бы устанавливал иные требования к онлайн-аптекам;
• доводы истца, по сути, сводятся к расширению круга лиц, которые вправе осуществлять дистанционную торговлю лекарствами, т.е. к вопросу о целесообразности существующего правового регулирования. А суд не вправе обсуждать целесообразность – это исключительная компетенция органов государственной власти.

Отметим, что истец не смирился с поражением и подал апелляционную жалобу (ее рассмотрение назначено на начало марта).