Продукты и услуги Информационно-правовое обеспечение ПРАЙМ Документы ленты ПРАЙМ Постановление Суда по интеллектуальным правам от 22 ноября 2019 г. N С01-1163/2019 по делу N А56-147172/2018 Суд отменил вынесенные ранее судебные решения и направил дело взыскании неосновательного обогащения на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку судами нижестоящих инстанций не было исследовано содержание условий спорного договора. а также существенные обстоятельства по делу, связанные с наличием (отсутствием) неосновательного обогащения на стороне ответчика

Обзор документа

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 22 ноября 2019 г. N С01-1163/2019 по делу N А56-147172/2018 Суд отменил вынесенные ранее судебные решения и направил дело взыскании неосновательного обогащения на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку судами нижестоящих инстанций не было исследовано содержание условий спорного договора. а также существенные обстоятельства по делу, связанные с наличием (отсутствием) неосновательного обогащения на стороне ответчика

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 ноября 2019 года.

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего судьи Рогожина С.П.

судей Голофаева В.В., Лапшиной И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Жегаловой А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Смоленской области кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Лащенкова Дмитрия Юрьевича (г. Смоленск, ОГРНИП 315673300017920) на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.04.2019 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2019 по делу N А56-147172/2018 по иску индивидуального предпринимателя Лащенкова Дмитрия Юрьевича к обществу с ограниченной ответственностью "МАГАЗИН ВИЗ" (переулок Гривцова, д. 20, лит. А, пом. 7-Н, Санкт-Петербург, 190031, ОГРН 1167847169874) о взыскании неосновательного обогащения;

при участии в судебном заседании Арбитражного суда Смоленской области представителя индивидуального предпринимателя Лащенкова Дмитрия Юрьевича - Битюкова Павла Анатольевича (по доверенности от 20.09.2018),

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель Лащенков Дмитрий Юрьевич (далее - предприниматель) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "МАГАЗИН ВИЗ" (далее - общество) о взыскании неосновательного обогащения в размере 275 000 рублей.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.04.2019, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе, поданной в Суд по интеллектуальным правам, предприниматель, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, не правильного установления фактических обстоятельств по делу, просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований полностью.

В обоснование кассационной жалобы предприниматель указывает на то, что судами неправильно в нарушение статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) классифицирован лицензионный договор о передаче секрета производства (ноу-хау) N 157-М от 20.06.2018 как договор об оказании услуг.

Предприниматель полагает, что суды необоснованно отказали во взыскании неосновательного обогащения, указав, что у истца есть иные способы защиты своих нарушенных прав в случае надлежащем либо ненадлежащем исполнении ответчиком данных услуг, данный вывод противоречит сложившейся судебной практики и положениям статьи 453 ГК РФ.

Кроме того, предприниматель обращает внимание на то, что при принятии судебных актов судами не была учтена сложившиеся судебная практика, приведя постановление Суда по интеллектуальным правам от 21.12.2017 по делу N А41-13834/2017.

Общество представило отзыв на кассационную жалобу, в котором возражало против ее удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца просил удовлетворить кассационную жалобу.

Явившаяся в судебное заседание представитель общества Локтева В.С. не была допущена Судом по интеллектуальным правам к участию в судебном заседании в качестве представителя общества вследствие того, что ею не было подтверждено наличие высшего юридического образования, либо ученой степень по юридической специальности или статуса патентного поверенного (часть 3 статьи 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ранее в рассмотрении настоящего дела Локтева В.С. участия не принимала.

Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие его представителей.

Законность обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Как следует из материалов дел и установлено судами первой и апелляционной инстанций, 20.06.2018 между предпринимателем и обществом был заключен лицензионный договор о передаче секрета производства (ноу-хау) N 157-М (далее - договор).

Предпринимателем 26.06.2018 была произведена оплата паушального взноса на основании счета, выставленного ООО "Франчайзинг в регионах", действующего на основании агентского договора N АД-0808 от 01.12.2017.

По условию пункта 2.1 договора, лицензиар обязуется передать лицензиату за вознаграждение право на использование принадлежащего лицензиару секрета производства, при помощи которого лицензиат намерен извлекать прибыль из оказания визовых услуг.

Пунктом 2.2 договора предусмотрен состав передаваемого лицензиату ноу-хау.

Условием пункта 5.1.1 договора установлен размер паушального взноса в размере 275 000,00 руб., а условием пункта 5.1.2 договора установлен размер роялти в сумме 8 500,00 руб. в месяц.

Условием пункта 10.5 договора лицензиату предоставлено право одностороннего внесудебного отказа от исполнения договора в случае нарушения лицензиаром требований пунктом 2.2.1 - 2.2.14 договора, т.е. условий о передаче секрета производства.

Также, пунктом 10.6 договора, лицензиату предоставлено право одностороннего отказа от исполнения договора в любой момент без объяснения причин отказа, о чем лицензиат обязан уведомить лицензиара за 30 дней до предполагаемой даты расторжения договора. В таком случае, все взаимные обязательства сторон прекращаются, а лицензиат не вправе требовать компенсации каких-либо убытков, в том числе возврата уплаченного паушального взноса и ежемесячных роялти-платежей. Также лицензиат в таком случае обязан прекратить использование секрета производства и гарантировать сохранение его конфиденциальности.

В связи с неисполнением ответчиком условий договора, истцом 27.09.2018 в адрес общества была направлена претензия с требованием о расторжении договора и возврате денежных средств в размере 275 000 руб.

Ответом на претензию от 22.10.2018 ответчик отказался возвращать неосновательно полученные денежные средства, считая обязательства выполненными.

Указывая, что в досудебном порядке ответчик отказался возвратить уплаченную денежную сумму, истец обратился с настоящим иском с требованием о ее взыскании.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 421, 431, 432, 1235 ГК РФ, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований предпринимателя.

Как указано в решении суда первой инстанции содержание пункта 2.2 договора позволяет установить перечень услуг, оказываемых ответчиком истцу: образовательные услуги в сфере работы с клиентами и с персоналом, предоставление образцов документов (инструкций), создание сайта, консультации относительно оформления офиса, настройка контекстной рекламы и так далее. Данные услуги имеют коммерческую ценность, и подлежат оплате на согласованных сторонами условиях. Вопрос о надлежащем либо ненадлежащем исполнении ответчиком данных услуг, а также об адекватности их стоимости не влияет на вывод о незаключенности договора: в случае неудовлетворенности качеством услуг истец имеет возможность воспользоваться соответствующими способами защиты своих прав.

При этом суд первой инстанции установил, что договор, названный как лицензионный договор о передаче секрета производства, является по своему содержанию договором на оказание услуг, поскольку определить, в чем именно состоит ноу-хау, и какое материальное выражение ему придано ответчиком, не представляется возможным.

На основании изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве нее, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" (далее - постановление N 49), при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

На основании статьи 1465 ГК РФ секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны.

В соответствии со статьей 1466 ГК РФ обладателю секрета производства принадлежит исключительное право использования его в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на секрет производства), в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. Обладатель секрета производства может распоряжаться указанным исключительным правом.

В силу пункта 1 статьи 1469 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на секрет производства (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования соответствующего секрета производства в установленных договором пределах.

Как установлено судами предпринимателем и обществом заключен договор об оказании услуг.

Вместе с тем, как видно из материалов дела и установлено судами, предприниматель, обращаясь в суд с иском по настоящему делу, ссылался на то, что, по его мнению, договор является не заключенным, а ответчиком не был исполнен договор в части передачи ему секрета производства. При этом истец не указывал, что договор не является лицензионным.

Общество также не отрицало факта заключения между сторонами именно лицензионного договора о передаче секрета производства (ноу-хау), напротив, настаивало на том, что договором предусмотрено именно передача секрета производства.

С учетом изложенного судам следовало установить его действительное содержание, исходя как из буквального значения содержащихся в нем слов и выражений, так и из существа сделки с учетом действительной общей воли сторон, цели договора и фактически сложившихся отношений сторон и пояснений сторон.

Как разъяснено в пункте 43 постановления N 49, условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В соответствии с содержащимися в пункте 45 постановления N 49 разъяснениями по смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

Суд кассационной инстанции соглашается с содержащимися в кассационной жалобе доводами предпринимателя о том, что обжалуемые судебные акты, учитывая содержащие договора и пояснения сторон, не содержат какого-либо обоснования выводов о том, что предметом спорного договора является исключительно оказание услуг, при отсутствии спора между сторонами о правовой природе указанного договора.

При этом суд кассационной инстанции отмечает, что стороны в судах первой и апелляционной инстанций ссылались на наличие особенностей предмета договора как лицензионного.

Между тем, доводы сторон соответствующей оценки в судебных актах не получили.

Также суд кассационной инстанции соглашается с доводами кассационной жалобы о том, что суды не установили существенные обстоятельства по делу, связанные с наличием (отсутствием) неосновательного обогащения на стороне ответчика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Как предусмотрено пунктом 2 названной статьи, по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или договором. При этом существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Сторона, которой ГК РФ, другими законами или договором предоставлено право на одностороннее изменение договора, должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или договором (пункт 4 статьи 450 ГК РФ).

Также в соответствии с пунктом 1 статьи 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Абзацем 1 пункта 4 статьи 453 ГК РФ предусмотрено, что стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

Вместе с тем, в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства (абзац 2 пункта 4 статьи 453 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого Кодекса.

Лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения. На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств (статья 1107 ГК РФ).

Как следует из материалов дела истцом в связи с неисполнением ответчиком условий договора 27.09.2018 в адрес общества "Магазин виз" была направлена претензия с требованием о расторжении договора и возврате денежных средств в размере 275 000 руб. При этом ответом на претензию от 22.10.2018 ответчик согласился с расторжением договора с 27.10.2018.

Из обжалуемых судебных актов не усматривается, что судами устанавливались указанные обстоятельства, а также факт исполнения ответчиком условий договора, их объем и стоимость, мотивов отказа предпринимателя от подписания акта от 11.10.2018 до расторжения договора.

В силу части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения должны быть указаны: 1) фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом; 2) доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле; 3) законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Согласно пункту 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции должны быть указаны обстоятельства дела, установленные арбитражным судом апелляционной инстанции; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии постановления; мотивы, по которым суд отклонил те или иные доказательства и не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Суд по интеллектуальным правам приходит к выводу, что в нарушение указанных выше норм материального права судами не было исследовано содержание условий спорного договора (в том числе его текста и иных документов, определяющих существо договорных правоотношений истца и ответчика), которое в случае его неясности должно было быть установлено путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом, действительной общей воли сторон с учетом цели договора и всех соответствующих обстоятельств (статья 431 ГК РФ), а также существенные обстоятельства по делу, связанные с наличием (отсутствием) неосновательного обогащения на стороне ответчика.

Вопреки приведенным выше положениям процессуального права, обжалуемые судебные акты не содержат выводов судов по вышеуказанным вопросам, в них также отсутствуют мотивы, по которым были отклонены доводы одной стороны спора и приняты доводы другой.

Выводы судов по существу спора не основаны на полной и всесторонней оценке доказательств по делу и установлении имеющих значение для дела обстоятельств.

Нарушение процессуального закона в части требований, предъявляемых к мотивировочной части решения и постановления суда апелляционной инстанции, в данном случае препятствует надлежащей проверке обжалуемых актов в суде кассационной инстанции и не позволяет суду кассационной инстанции прийти к выводу о том, законны ли итоговые выводы судов по результатам рассмотрения настоящего спора.

Согласно пунктам 2 и 3 части 1 статьи 287 и частей 1 и 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и процессуального права, приведшее к принятию неправильных решения и постановления, а также несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела является основанием для удовлетворения кассационной жалобы и отмены состоявшихся по делу судебных актов с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду необходимо устранить указанные недостатки, установить и исследовать все существенные для правильного рассмотрения дела обстоятельства с учетом бремени доказывания по данной категории споров, дать всестороннюю оценку доводам лиц, участвующих в деле, с учетом правовых позиций высших судебных инстанций, и, правильно применив нормы материального и процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт.

Согласно части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.04.2019 по делу N А56-147172/2018 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2019 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий
судья
С.П. Рогожин
Судья И.В. Лапшина
Судья В.В. Голофаев

Обзор документа


Предприниматель расторг с компанией лицензионный договор о передаче ноу-хау и потребовал взыскания неосновательного обогащения в размере паушального взноса. Он считал, что ответчик не выполнил своих обязательств. Суды отказали ему, посчитав сделку договором об оказании услуг, поскольку не смогли определить, в чем именно состоит ноу-хау. Суд по интеллектуальным правам не согласился с ними и направил дело на пересмотр.

Суды нарушили правило, согласно которому при неясности договора его условия толкуют в пользу контрагента стороны, предложившей формулировку спорного условия, то есть в пользу истца. Кроме того, стороны вообще не оспаривали правовую природу договора как лицензионного. В связи с этим суды не установили обстоятельства, связанные с неосновательным обогащением на стороне ответчика.