©  liudmilachernetska / Фотобанк 123RF.com

Девушка сделала риносептопластику в частной клинике в 2020 году. В 2022 году – уже в другой медицинской организации – ей провели повторную пластическую операцию для улучшения формы носа (Определение СК по гражданским делам Седьмого КСОЮ от 26 июня 2025 г. по делу № 8Г-7812/2025).

Сочтя, что факт повторной хирургической коррекции уже сам по себе доказывает неудачный исход первой операции, пациентка обратилась в суд к первой клинике с требованием о взыскании убытков (в стоимости повторной операции) и компенсации морального вреда в связи с тем, что вид собственного носа после первой операции девушку не удовлетворил.

Однако суды трех инстанций отказали в удовлетворении иска:

• спорная пластическая операция была проведена по жалобам истца на неудовлетворенность внешней конфигурацией носа, которые она предъявляла ответчику: горбинка, искривление спинки носа, широкий объемный кончик носа, нависание колумеллы носа, затруднение носового дыхания. Истцу ответчиком было проведено оперативное вмешательство: "риносептопластика". И лишь в отсроченном послеоперационном периоде пациентку не удовлетворил вид наружного носа;
• комиссионная судебно-медицинская экспертиза, назначенная по делу с целью проверки качества оказанных услуг, пришла к выводу, что на основании данных локального статуса, фотоснимков, 3-D реконструкций компьютерных томограмм ответчиком установлен правильный диагноз, и затем правильно, по эстетическим медицинским показаниям, учитывая жалобы пациентки, выполнено спорное оперативное вмешательство;
• объем спорной операции соответствовал установленному диагнозу, локальному статусу, эстетическим пожеланиям пациентки по поводу устранения беспокоящих ее недостатков. Во время операции каких-либо осложнений, нетипичных клинических ситуаций, особенностей не имелось. В раннем послеоперационном периоде во время пребывания истца в стационаре осложнений, особенностей не имелось;
• таким образом, каких-либо недостатков оказания спорной медицинской помощи ответчиком (диагностических, лечебных, тактических, организационных) комиссией экспертов не установлено, как не установлено и никаких осложнений;
• при этом те послеоперационные изменения (эстетическая неудовлетворенность результатом), указанные истцом в исковом заявлении, объективно не подтверждены. Во время оперативного вмешательства – вторичной ринопластики, выполненного истцу, каких-либо хирургических манипуляций, направленных на устранение указанных в исковом заявлении изменений, не проводилось;
• более того, указание в договоре оказания платных медуслуг (со второй клиникой пластической хирургии) на выполнение риносептопластики 2 категории не соответствует действительности, не подтверждается данными медицинской карты стационарного больного и находящимся в ней протоколом оперативного вмешательства, а также не подтверждается результатами КТ, в котором нет КТ-признаков повторной риносептопластики. Таким образом, во время повторного оперативного вмешательства не проводилось каких-либо хирургических манипуляций, направленных на устранение предполагаемых истцом и указанных в исковом заявлении изменений, что не позволяет сделать вывод о наличии таких изменений. В частности, в протоколе повторной операции не указано о каких-либо интраоперационных находках (особенностях, изменениях), которые могли бы свидетельствовать о ненадлежащем выполнении предыдущей операции;
• руководствуясь статьями 15, 15, 151, 199, 779, 1064, 1095, 1096 ГК РФ, положениями Закона об основах охраны здоровья граждан, Закона о защите прав потребителей, установив факт оказания медицинских услуг ответчиком в полном объеме, отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что медицинские услуги оказаны некачественно, а также доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца расходами, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания медицинских услуг ненадлежащими и, как следствие, для взыскания расходов на устранение недостатков оказанной услуги, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа.