© yourapechkin / Фотобанк 123RF.com

В 1951 году две новорожденные девочки были перепутаны в роддоме и воспитывались в неродных (с биологической точки зрения) семьях. В 2022 году эти уже почтенные дамы познакомились, провели молекулярно-генетические экспертизы и выяснили, что фактически воспитавшие каждую из женщин родители являются же биологическими отцом и матерью второй женщины. Полагая, что неправомерными действиями сотрудников роддома, которые перепутали младенцев, им причинены глубокие нравственные страдания, выразившиеся, в том числе, в непрерывных замечаниях, что они непохожи на свою семью, две дамы обратились с иском о возмещении моральных страданий к роддому и Министерству финансов РФ. Свои моральные страдания они "оценили" в 10 млн руб., суды удовлетворили иск частично, на 1 млн руб. каждой, исходя из следующего (Определение СКГД Верховного Суда РФ от 25 июня 2024 г. № 48-КГ24-10-К7):

• по халатности сотрудников роддома (нарушение алгоритмов ведения родов и наблюдения новорождённых в блоке, что привело к подмене детей) истцы были лишены возможности воспитания и поддержания родственных отношений с родителями, в связи со смертью родителей истцов отсутствует возможность общения со своими биологическими родителями, нарушено право на имя и фамилию биологических родителей, право на неприкосновенность частной жизни, что свидетельствует о причинении истцам морального вреда и о наличии у них права на его компенсацию;
• нарушение личных неимущественных прав истцов в результате противоправных действий начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда, однако продолжились после его введения, а согласно абз. 2 п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 № 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", если противоправные действия (бездействие) ответчика, причиняющие истцу нравственные или физические страдания, начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда, и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред в указанном случае подлежит компенсации;
• при этом ныне существующий роддом города рождения истцов (один из ответчиков) не является правопреемником того роддома, в котором перепутали новорожденных (это муниципальное учреждение, которое было создано позже), прежний роддом не имеет правопреемника. Поэтому ныне существующий роддом за ошибки того, прежнего, роддома не отвечает,
• а вот зато поскольку тот роддом представлял собой государственное учреждение, субсидиарная ответственность за вред, причиненный истцу действиями работников данного юридического лица, подлежит возложению на Российскую Федерацию. От имени казны Российской Федерации должен выступать Минфин РФ, привлеченный к участию в деле в качестве надлежащего ответчика.

С этим согласились апелляционная и кассационная инстанция, однако Верховный Суд РФ вернул дело на пересмотр:

1. Разрешая спор, суд сделал вывод, что надлежащим ответчиком по данному делу является Российская Федерация, поскольку ответственность за вред, причинённый действиями работника роддома, являющейся государственным учреждением, несла РСФСР, а не Челябинская область. При рассмотрении дела Минфин РФ оспаривал данный вывод, указывая, что в соответствии со ст. 1071 ГК РФ на него возлагается обязанность по возмещению причинённого вреда за счёт казны РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ или другими законами. А по смыслу действующего законодательства возмещение вреда за счёт средств казны РФ возможно лишь в случае его причинения федеральными органами государственной власти (ст. 16, 1069, 1070 ГК РФ), иных случаев не предусмотрено. Упомянутый же роддом в период своего существования не являлся государственным органом или государственным органом, находящимся в ведомственной подчиненности Минфина РФ, а его сотрудники не являлись должностными лицами государственных органов по действовавшему на тот период времени законодательству. Данные возражения суд не проверил и не оценил.

2. Кроме того, в исковых заявлениях истцы связывали причинение им нравственных и физических страданий с действиями лиц, указанных в качестве их родителей, а также родственников, знакомых и соседей (шептались, шутили, что "цыгане подбросили" и т.п.). В чём конкретно при таких обстоятельствах заключается вина Российской Федерации, суд при разрешении спора не указал.

3. Судом при рассмотрении дела установлено, что в книгах ЗАГС и в свидетельствах о рождении истцов содержатся записи об их происхождении от небиологических родителей. Несмотря на то, что истцы ссылались на причинение им физических и нравственных страданий их воспитанием не в родных семьях, исковые заявления не содержат указания на то, что истцами оспаривались вышеуказанные записи, и нет сведений о том, что в настоящее время в предусмотренном законом порядке установлены факты происхождения истцов от их биологических родителей и внесения изменений в акты гражданского состояния, характеризующие правовое состояние граждан.

4. Наконец, судом допущено неправильное применение норм права о действии закона во времени. Впервые на территории РФ закон, предусматривающий возможность возмещения морального вреда, причинённого неправомерными виновными действиями причинителя вреда, присуждением в его возмещение денежной компенсации, принят 31 мая 1991 г. Согласно ст. 5 Федерального закона от 30 ноября 1994 г. № 52-ФЗ "О введении в действие части первой ГК РФ" часть первая кодекса, регулирующая и устанавливающая возможность компенсации морального вреда, применяется к гражданским правоотношениям, возникшим после введения её в действие. По гражданским правоотношениям, возникшим до введения её в действие, часть первая кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения её в действие. Из разъяснений, содержащихся в п. 7 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что если моральный вред причинён до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (ч. 1 ст. 54 Конституции РФ). Моральный вред подлежит компенсации, если противоправные действия (бездействие) ответчика, причиняющие истцу нравственные или физические страдания, начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда, и продолжаются после введения этого закона в действие;

• таким образом, действующий правопорядок устанавливает, что, если действия, в результате которых гражданину был причинён моральный вред, совершены до вступления в силу ГК РФ, нормами которого урегулированы основания и порядок возмещения морального вреда, применению подлежат нормы законодательства, действовавшего на момент причинения такого вреда;
• при рассмотрении дела судом установлено, что предполагаемая подмена детей произошла в 1951 году. Действующим на тот период времени законодательством – постановлением ВЦИК от 11.11.1922 "О введении в действие Гражданского кодекса РСФСР" – компенсация морального вреда не была предусмотрена. То есть обстоятельства, послужившие основанием для обращения истцов с настоящими исковыми заявлениями, возникли до введения в действие закона, предусматривающего возможность возмещения морального вреда, соответственно, закон о компенсации морального вреда не распространяется на данные правоотношения. Но возможно ли признать длящимися отношения по причинению вреда, вытекающего из предполагаемой подмены детей, как одномоментно совершённого действия в 1951 году, с учётом того, что истцы узнали об этом лишь после проведения экспертизы 25 мая 2022 г., суд не выяснял.