© Koldunova_Anna / Фотобанк Фотодженика

В новости от 29 мая мы рассказывали о случаях, когда возникшее в рамках контракта денежное обязательство может быть исполнено не только путем перечисления средств по реквизитам контрагента, указанным в контракте, но и на депозитный счет подразделения службы судебных приставов. Но даже если контрагент заключил договор уступки права требования, перечисление денежных средств третьему лицу противоречит законодательству РФ.(Постановление АС Восточно-Сибирского округа от 27 апреля 2024 г. № Ф02-1454/24)

Но может ли получатель бюджетных средств стать цессионарием? То есть вправе ли он принять на себя обязательства, возникшее перед должником у третьего лица? Ведь в этом случае речь будет идти не перечислении денежных средств третьему лицу, а о возникновении бюджетного и денежного обязательства у государственного / муниципального заказчика.

В новом примере судебной практики подобный договор, заключенный местной администрацией, признан ничтожной сделкой на основании п. 2 ст. 168 ГК РФ (решение Арбитражного суда Республики Саха от 19 декабря 2023 г. по делу № А58-7883/2023). Дело в том, что долговые обязательства муниципального образования не могут существовать в иных видах, кроме определенных п. 2 ст. 100 БК РФ. Положениями бюджетного законодательства РФ не предусмотрена возможность принятия обязательств, возникших их договоров перевода долга с коммерческими организациями. Принимая на себя долговые обязательства коммерческой организации, местная администрация обусловила возникновение муниципального долга, подлежащего включению в расходную часть бюджета муниципального образования.

Судьи нескольких инстанций подтвердили, что местная администрация при заключении договора перевода долга приняла на себя не предусмотренное бюджетом расходное обязательство, чем нарушила публичные интересы. А это, по мнению судебных инстанций, является нецелевым расходованием денежных средств муниципального бюджета (постановление Четвертого ААС от 09.02.2024 № 04АП-5446/23).