Кассационное определение Пермского краевого суда от 10 октября 2011 г. по делу N 33-10257 (ключевые темы: увольнение - детский сад - сокращение численности - больничный лист - штат работников)

Кассационное определение Пермского краевого суда
от 10 октября 2011 г. по делу N 33-10257

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда

в составе: Председательствующего Бузмаковой О.В. и судей Ворониной Е.И., Петуховой Е.В.

при секретаре Торсуковой Т.Ф. с участием прокурора Пермской краевой прокуратуры Кузнецовой С.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Перми 10 октября 2011 года дело по кассационной жалобе Муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения "Центр развития ребенка - детский сад N ..." на решение Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 13 июля 2011 г., которым постановлено:

Признать увольнение Сушиной З.И. из МДОУ "Центр развития ребенка-детский сад N ..." г. Перми в связи с сокращением численности работников, пункт 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ, незаконным и отменить Приказ N 63 - к от 31.08.2010 г. об увольнении Сушиной З.И. Восстановить Сушину З.И. на работе в должности ... в Муниципальном автономном дошкольном образовательном учреждении "Центр развития ребенка - детский сад N ...".

Взыскать с Муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения "Центр развития ребенка - детский сад N ..." в пользу Сушиной З.И. заработную плату за время вынужденного прогула в размере 30 033 рубля 30 копеек, а также в счет компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей 00 копеек, всего в общей сумме 35 033 (тридцать пять тысяч тридцать три рубля 30 копеек).

В удовлетворении остальной части исковых требований о возмещении компенсации морального вреда Сушиной З.И. отказать.

Взыскать с Муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения "Центр развития ребенка - детский сад N ..." государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования "Город Пермь" в размере 1 300 рублей 99 копеек.

Ознакомившись с материалами дела, заслушав доклад судьи Петуховой Е.В., пояснения представителя МАДОУ "Центр развития ребенка - детский сад N ..." М., заключение прокурора Пермской краевой прокуратуры Кузнецовой С.Н. об отмене решения суда, судебная коллегия установила:

Сушина З.И. обратилась в суд с иском к МДОУ "Центр развития ребенка - детский сад N ..." г. Перми о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, возмещении компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала на то, что с 15.04.1985 года до момента увольнения она работала в детском саду N ....

С 02.12.2009 года детский сад был реорганизован, в должности ... она работала с 01.07.1998 года.

Приказом N 63-к от 31.08.2010 года она была уволена по сокращению численности работников.

Увольнение считала незаконным, так как при увольнении была нарушена ст. 179 Трудового кодекса РФ, поскольку не было учтено ее преимущественное право на оставление на работе.

Она имеет высшее дефектологическое образование, является квалифицированным работником, за заслуги в области образования награждена нагрудным знаком. Кроме этого, она была уволена 31.08.2010 года, находясь на больничном листе с 29.08.2010 года по 07.09.2010 года, с нарушением ч. 6 ст. 81 Трудового кодекса РФ.

С 01.09.2010 года она не работает, поскольку уволена без законного основания, считала, что ей причинен моральный вред, который она оценила в сумме 20 000 рублей.

Просила восстановить ее на работе в прежней должности, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула в размере 18 000 рублей, а также в счет компенсации морального вреда - 20 000 рублей.

Истица Сушина З.И. в судебном заседании предъявленные исковые требования поддержала, суду дала пояснения, аналогичные изложенным в заявлении, представила расчет заработной платы за время вынужденного прогула за период с 01.12.2010 года по 30.06.2011 года в размере 24 993 рубля 03 копейки, указав, что за период с сентября по ноябрь 2010 года заработная плата ей была выплачена полностью.

Дополнительно суду пояснила, что у нее имелось преимущественное право на оставление на работе перед Ч., так как у нее имеется высшее дефектологическое образование и она имеет более высокую квалификацию, а у Ч. педагогическое образование. Пройденные Ч. курсы не дают ей преимущества перед ней (истицей), так как она (истец) также проходила все эти курсы, на некоторых они обучались совместно. Представленные Ч. справки о прохождении стажировки не являются документами, подтверждающими повышение квалификации. Справки не имеют юридической силы, а удостоверения имеют юридическую силу только в течение пяти лет, то есть не подтвержден факт прохождения Ч. специальных курсов. Кроме этого, все удостоверения, выданные Ч., не соответствуют ее паспортным данным. При увольнении ей предлагали первый раз должность воспитателя, но она отказалась, так как не может работать по состоянию здоровья, ей запретил врач ЛОР в связи с тем, что у нее заболевание ....

Второй раз ей предлагали должности воспитателя, психолога и инструктора по физической культуре, от которых она также отказалась. Считала, что Ч. могла бы работать воспитателем, ей позволяет квалификация. Довод ответчика о том, что она уже на пенсии, а Ч. осталось 2 года до пенсии, считала несостоятельным, так как этого основания в качестве дающего преимущество в Законе не предусмотрено, а общего собрания по утверждению коллективного договора не было.

29.08.2010 года у нее поднялась высокая температура и она вызвала "Скорую помощь", в период с 29.08.2010 года по 03.09.2010 года она не звонила на работу, так как лежала с высокой температурой, говорить не могла и у нее было высокое давление, телефон был отключен.

03.09.2010 года к ней домой пришла комиссия с работы, она начала говорить, голос был хриплый.

07.09.2010 года ее списали с больничного листка, она пошла на работу и сдала больничный лист, на столе уже лежала ее трудовая книжка и приказ об увольнении от 31.08.2010 года. Трудовую книжку она забрала только 14.09.2010 года.

Представители ответчика в судебном заседании предъявленные исковые требования не признали.

Представитель З-го лица - Департамента образования администрации г. Перми в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, указал, что исковые требования считает необоснованными.

Судом постановлено приведенное выше решение, об отмене которого просит в кассационной жалобе ответчик, ссылаясь на то, что решение суда является незаконным.

Приводит довод о том, что истцом не заявлялось ходатайство, а судом не выяснялись ни обстоятельства, ни мнение участников о замене ненадлежащего ответчика в порядке ст. 41 ГК РФ.

Суд не дал надлежащей правовой оценки приказу N 122 от 10.06.2010 г. об изменении и утверждении штатного расписания. Суд не учел, что названный приказ издан в связи с сокращением численности штата по объективным причинам, связанным с решением учредителя, в соответствии с нормами комплектования и финансирования МДОУ "ЦРР-детский сад N ...".

Суд не дал правовой оценки тому обстоятельству, что процедура увольнения истицы была соблюдена, а также некорректному поведению истца по отношению к работодателю, недобросовестном использовании Сушиной З.И. предоставленных ей прав.

Суд не учел, что истица не имеет высшего дефектологического образования, в том числе в области тифлопедагогики. До момента увольнения истица работала в должности .... Между тем, Ч. принята на работу .... Сушина З.И. и Ч. имеют равную высшую квалификационную категорию и 14 разряд ETC. Диплом истицы о высшем логопедическом образовании не дает ей преимущества перед Ч., как необоснованно указал суд.

Суд не учел при вынесении решения положения Коллективного договора от 23.06.2010 г., согласно которым преимущественным правом оставления на работе обладают лица предпенсионного возраста, к которым относится именно Ч., а также мнение трудового коллектива, который высказался в поддержку кандидатуры Ч.

Суд необоснованно отверг документы Ч., подтверждающие ее образование и квалификацию.

Суд необоснованно сделал вывод о том, что была сокращена группа с нарушением зрения, а не с нарушением речи. Суд не учел, что в МДОУ "ЦРР-детский сад N ..." не существовало групп с нарушением речи (логопедических групп).

Суд не проверил возможность занятия Сушиной З.И. предлагаемых ей вакантных должностей. Истец не представляла заключение КЭК о невозможности по состоянию здоровья занимать предложенные ей вакантные должности. В медицинской книжке Сушиной З.И. никаких отметок по ограничению выполняемой работы в связи с состоянием здоровья до момента увольнения не было.

Суд не дал надлежащей правовой оценки поведению Сушиной З.И. в период ее нахождения на больничном листе, а именно несообщению работодателю о факте болезни при наличии объективной возможности (через совместно проживающих родственников, по телефону, который был включен именно 31.08.2010 г., при встрече с коллегами, сообщение соседке, работающей вместе с истицей).

Суд не учел, что обращений истицы к работодателю об изменении даты увольнения не поступало. Данный факт истица не оспаривала. Доказательств обратного не представила.

Заявитель также приводит довод о неправильном исчислении судом средней заработной платы для оплаты вынужденного прогула. Суд при подсчете не исключил период нахождения истцы в отпуске, а также неправильно определил период, за который исчисляется среднемесячный заработок (не за 12 месяцев перед увольнением с сентября 2009 г. по август 2010 г., а с января по декабрь 2010 г.).

Судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; неправильным применением норм материального права (п. 1, 3, 4 ст. 362 ГПК РФ).

Восстанавливая Сушину З.И. на работе в должности ... в муниципальном автономном дошкольном образовательном учреждении "Центр развития ребенка - детский сад N ..." (далее по тексту МАДОУ "Центр развития ребенка - детский сад N ..."), суд исходил из того обстоятельства, что в рассматриваемом случае необходимости сокращения численности или штата сотрудников и, соответственно, увольнения Сушиной З.И. не имелось.

По мнению суда, истица имела преимущественное право на оставление на работе по сравнению с Ч., поскольку у истицы 2 высших образования: высшее педагогическое образование по специальности педагогика и психология (дошкольная), а также высшее образование по специальности логопедия; она обучалась на краткосрочных курсах повышения квалификации в области тифлопедагогики. Ч. имеет 1 высшее образование, также обучалась на курсах повышения квалификации, но подтверждающие это обстоятельство документы, выданы на имя другого лица, факт принадлежности этих документов Ч. не установлен, поэтому эти документы не могут подтверждать наличие более высокой квалификации при решении вопроса о преимущественном праве на оставление на работе. Суд также учитывал, что стаж работы у Сушиной З.И. больше чем у Ч.

Кроме того, суд принимал во внимание, что Сушина З.И. уволена в период временной нетрудоспособности. В материалах дела имеются документы, подтверждающие, что Сушина З.И. действительно была больна, у нее имелась повышенная температура и повышенное давление, проблемы с голосом, которые, как указала истец, лишали ее возможности передвигаться и сообщить на работу о своей болезни. По мнению суда, доказательств, подтверждающих доводы представителя ответчика о злоупотреблении правом со стороны истицы, представлено не было.

Эти выводы суда не могут быть признаны правильными.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 81, ч. 3 ст. 81, ч. 6 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя;

Увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или ниже оплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Согласно ст. 179 ТК РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией.

При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Коллективным договором могут предусматриваться другие категории работников, пользующиеся преимущественным правом на оставление на работе при равной производительности труда и квалификации.

В силу ч. 1, 2 ст. 180 Трудового кодекса РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса.

О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

Согласно ст. 25 Закона РФ от 19.04.1991 г. N 1032-1 "О занятости населения" при принятии решения о ликвидации организации либо прекращении деятельности индивидуальным предпринимателем, сокращении численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя и возможном расторжении трудовых договоров работодатель-организация не позднее чем за два месяца, а работодатель - индивидуальный предприниматель не позднее чем за две недели до начала проведения соответствующих мероприятий обязаны в письменной форме сообщить об этом в органы службы занятости, указав должность, профессию, специальность и квалификационные требования к ним, условия оплаты труда каждого конкретного работника, а в случае, если решение о сокращении численности или штата работников организации может привести к массовому увольнению работников, - не позднее чем за три месяца до начала проведения соответствующих мероприятий.

Согласно ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения ниже оплачиваемой работы.

Делая вывод об отсутствии необходимости сокращения численности или штата сотрудников МДОУ "ЦРР- детский сад N ... г. Перми" суд основывался только на том факте, что приказ учредителя - департамента образования администрации г. Перми N СЭД-08-01-09-603 издан 27.10.2010 г. и в силу этого не мог являться основанием для решения работодателя о сокращении численности сотрудников. Между тем, суд не учел, что вопросы установления структуры управления деятельностью образовательного учреждения, штатного расписания, распределения должностных обязанностей отнесены законом к компетенции самого образовательного учреждения (п.п.9 п. 2 ст. 32 Закона РФ от 10.07.1992 N 3266-1 "Об образовании").

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в Определении Конституционного Суда РФ от 17.12.2008 N 1087-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Ж. на нарушение ее конституционных прав положениями статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации", прекращение трудового договора на основании пункта 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации признается правомерным при условии, что сокращение численности или штата работников в действительности имело место. мушиной З.И. не заявлялось, а судом не установлено, что сокращение численности сотрудников не происходило. Количество групп детей в МДОУ "ЦРР - детский сад N ... г. Перми" в 2010 - 2011 г., после увольнения мушиной З.И. не увеличилось. Должность педагога-дефектолога не восстановлена.

Нарушения процедуры уведомления мушиной З.И. о предстоящем увольнении в соответствии с ч. 3 ст. 81 ТК РФ, а также извещения работодателем об имеющихся вакансиях и предложения их мушиной З.И. (л.д.22-25, т.1) судом не установлено.

Выводы о более высокой квалификации мушиной З.И. и, соответственно, о наличии у нее преимущественного права на оставление на работе (ст. 179 ТК РФ), сделаны судом исключительно на основании отказа в принятии во внимание документов, подтверждающих квалификацию Ч.

Судом установлено, что по результатам аттестации Ч. и мушиной З.И. присвоен 14 разряд по ETC и высшая квалификационная категория (соответственно л.д.61, 64 т.1). Вместе с тем, судом не учтены доводы ответчика о том, что решение о сокращении должности мушиной З.И. было основано на том, что специализации работы в группах для детей с нарушением зрения более соответствовала профессиональная подготовка именно Ч., как тифлопедагога дошкольного образовательного учреждения. При этом вывод суда о недостоверности представленных документов о квалификации Ч. в связи с их возможной принадлежностью другому лицу не мотивирован. Данные документы в установленном законом порядке недействительными не признаны, факт прохождения Ч. соответствующей профессиональной подготовки сторонами не оспаривался.

Документов, подтверждающих прохождение мушиной З.И. помимо краткосрочных курсов повышения квалификации (72 часа) по теме "Проблемы интеграции слабовидящих детей в общеобразовательных учреждениях" (л.д.198 т.1), специальной подготовки как тифлопедагога суду представлено не было. Тогда как Ч. неоднократно проходила курсы повышения квалификации по специализации "..." (удостоверение N 3059 о прохождении Ч. курса отделения тифлопедагогики "Содержание и методика коррекционной работы в детском саду для детей с нарушением зрения" в объеме 80 часов в период с 18.01.1995 г. по 28.01.1995 г. - л.д.63 т.1; справка о принятии участия Ч. в период с 21.04.1997 г. по 26.04.1997 г. в работе семинара по теме "Работа в дошкольных учреждениях для детей с заболеваниями органов зрения" в объеме 42 часа - л.д.63 т.1; справка о прохождении Ч. на базе специализированного детского сада N ... Индустриального района курса тифлопедагогики по теме "Роль коррекционной работы в группах детей с нарушением зрения" с 20.03.1995 г. по 20.04.1995 г. - л.д.62 т.1; удостоверение о краткосрочном повышении квалификации N 3080 от 2001 г., согласно которого Ч. в период с 17.12.2001 г. по 23.12.2001 г. прошла краткосрочное обучение на факультете переподготовки и повышения квалификации ИНО ПГПУ по теме "Проблемы интеграции слабовидящих детей в общеобразовательных учреждениях" - л.д.164 т.1; удостоверение N 3324 от 2000 г., согласно которого Ч. в период с 13.06.2000 г. по 18.06.2000 г. прошла обучение на тематических курсах по программе "Специфика работы педагога с детьми с нарушением зрения" - 48 часов - л.д.165 т.1).

На основании вышеизложенного, судебная коллегия считает, что квалификация мушиной З.И. и Ч. является равной. Иного из материалов дела, доводов и пояснений истицы не следует.

В соответствии с ч. 2 ст. 179 ТК РФ при равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Доказательств наличия таких обстоятельств истицей представлено не было.

Также вышеуказанной нормой трудового законодательства предусмотрено, что коллективным договором могут предусматриваться другие категории работников, пользующиеся преимущественным правом на оставление на работе при равной производительности труда и квалификации.

Представленным в материалы дело коллективным трудовым договором МДОУ "ЦРР-детский сад N ... г. Перми" на 2010 - 2013 г.г. (л.д.9-17 т.2) установлено, что преимущественное право на оставление на работе имеют лица предпенсионного возраста (за 3 и менее года до пенсии). Согласно данным паспорта гражданки РФ Ч. дата рождения. (л.д.210 т.1) она соответствует указанным положениям коллективного трудового договора, тогда как факт назначения пенсии по старости мушиной З.И. дата рождения сторонами не оспаривается.

Коллективный договор зарегистрирован Министерством промышленности, инноваций и науки Пермского края, недействительным полностью или в части не признан.

Судебная коллегия считает, что материалами дела также подтверждается обоснованность довода кассационной жалобы о наличии злоупотребления предоставленными работнику правами со стороны мушиной З.И.

С момента принятия решения о сокращении численности сотрудников работодателем Сушина З.И. намеренно уклонялась от участия в оформлении документов, предусмотренных действующим законодательством. Сушина З.И. отказалась от подписания уведомления о сокращении (л.д.73 т.1), первоначально подписав извещение о вакантной должности воспитателя от 10.06.2010 г., самовольно уничтожила подписанный ей документ (л.д.72 т.1.). отказалась от подписания извещения о вакантных должностях воспитателя, инструктора по физкультуре, педагога-психолога (л.д.79 т.1).

Ни в рабочие дни 30 и 31 августа 2010 г. до указанного в уведомлении дня увольнения (01.09.2010 г.-л.д. 22 т.1), ни в период с 01 по 03 сентября 2010 г. сама Сушина З.И., совместно проживающие с нею лица (Я., Сушин В.Н. - л.д.202 т.1) не приняли каких-либо мер для сообщения работодателю сведений о состоянии здоровья, препятствующего исполнению трудовых обязанностей. Ссылка Сушиной З.И. на отсутствие у нее обязанности уведомлять о данном факте работодателя судебной коллегией не может быть принята во внимание, поскольку в силу ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину. Исходя из вышеизложенного, Сушиной З.И. допущено нарушение дисциплины труда - обязательного для всех работников подчинения правилам поведения, определенным в соответствии с ТК РФ, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ст. 189 ТК РФ).

Несмотря на то, что по факту вышеуказанных нарушений Сушина З.И. к дисциплинарной ответственности не привлекалась, указанные обстоятельства ею не оспаривались, коллегия усматривает признаки злоупотребления Сушиной З.И. правами, предоставленными работнику, при прекращении трудового договора на основании пункта 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Также судебная коллегия принимает во внимание то обстоятельство, что, несмотря на окончание периода временной нетрудоспособности 07.09.2010 г., за получением трудовой книжки Сушина З.И. обратилась к работодателю только 14 сентября 2010 г.

В соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17.03.2004 г. "О применении судами РФ Трудового кодекса РФ" при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы...

При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения).

Принимая во внимание отсутствие оснований для восстановления Сушиной З.И. на работе, а также установленный судебной коллегией факт злоупотребления правом со стороны Сушиной З.И., оснований для удовлетворения иска Сушиной З.И. судебная коллегия не усматривает.

Поскольку обстоятельства спора установлены в полном объеме, судебная коллегия считает возможным вынести новое решение об отказе Сушиной З.И. в иске.

Принимая во внимание положения указанного выше п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17.03.2004 г., а также отсутствие просьбы истицы об изменении даты увольнения после 07.09.2010 г., судебная коллегия не находит оснований для изменения даты увольнения Сушиной З.И. При этом Сушина З.И. не лишена права обратиться с указанным требованием в суд в установленном законом порядке.

Руководствуясь ст.ст.193, 361 ГПК РФ, судебная коллегия определила:

Решение Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 13 июля 2011 г. отменить. Сушиной З.И. отказать в удовлетворении иска о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.