Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Р.Р. Гужаева к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. Гражданин Р.Р. Гужаев оспаривает конституционность следующих норм Гражданского кодекса Российской Федерации:

абзаца третьего пункта 4 статьи 339.1, устанавливающего, что залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога ранее этого; отсутствие записи об учете не затрагивает отношения залогодателя с залогодержателем;

абзаца второго пункта 2 статьи 346, согласно которому в случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351, подпунктом 2 пункта 1 статьи 352, статьей 353 данного Кодекса; залогодатель также обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения заложенного имущества;

подпункта 2 пункта 1 статьи 352, предусматривающего, что залог прекращается, если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога;

абзаца первого пункта 1 статьи 353, в соответствии с которым в случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу в результате возмездного или безвозмездного отчуждения этого имущества (за исключением случаев, указанных в подпункте 2 пункта 1 статьи 352 и статье 357 данного Кодекса) либо в порядке универсального правопреемства залог сохраняется.

Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения определением суда апелляционной инстанции, с гражданина С. взыскана задолженность по кредитному договору, обращено взыскание на предмет залога - транспортное средство, приобретенное Р.Р. Гужаевым у гражданина Х. Суд первой инстанции указал, что заявитель мог и должен был знать о том, что транспортное средство является предметом залога. Суд апелляционной инстанции отметил, что право собственности на спорное транспортное средство перешло к Р.Р. Гужаеву после внесения сведений о залоге в реестр уведомлений о залоге движимого имущества, и отклонил его довод о прекращении залога в момент приобретения транспортного средства одним из предыдущих собственников - гражданином Ш. При этом суд апелляционной инстанции подчеркнул, что подпункт 2 пункта 1 статьи 352 ГК Российской Федерации распространяется на спорные правоотношения с учетом даты заключения договора между Р.Р. Гужаевым и Х. В передаче кассационной жалобы на данные судебные постановления и определение суда кассационной инстанции, которым они оставлены без изменения, для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации было отказано.

По мнению заявителя, оспариваемые положения противоречат статьям 1 (часть 1), 4 (часть 2), 8, 15 (части 1 и 2), 17, 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 и 2), 46 (часть 1), 55 (часть 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они не влекут безусловного прекращения залога, если до регистрации соответствующего уведомления в реестре уведомлений о залоге движимого имущества заложенное имущество было возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, обеспечение интересов залогодержателя при переходе права на заложенное имущество к другому лицу составляет конституирующий элемент этого института, без которого залог не может выполнять функции обеспечения кредита, в том числе публично значимые (определения от 28 июня 2012 года N 1247-О, от 20 декабря 2016 года N 2620-О, от 28 февраля 2017 года N 423-О и др.).

Подпункт 2 пункта 1 статьи 352 ГК Российской Федерации по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой в системе действующего правового регулирования, предполагает, что при переходе по возмездной сделке права собственности на заложенное имущество от залогодателя к добросовестному приобретателю, совершенной после 1 июля 2014 года, залог прекращается в силу закона. В силу указанных обстоятельств имущество лишается признаков предмета залога, в том числе и в случае внесения его в дальнейшем в реестр уведомлений о залоге движимого имущества, а последующие приобретатели такого имущества не несут обязанностей залогодателя независимо от их осведомленности о том, что ранее в момент отчуждения имущества добросовестному приобретателю оно было заложено (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 4 мая 2021 года N 53-КГ21-1-К8, 2-2569/2020).

Таким образом, оспариваемые нормы сами по себе не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в обозначенном в жалобе аспекте.

Определение же обстоятельств, имеющих значение для разрешения в конкретном деле вопроса о прекращении залога, их установление и исследование, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем тех или иных норм права и обращения взыскания на заложенное имущество, на что, по существу, направлены доводы заявителя, не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гужаева Рамзана Ризвановича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.