Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2026 г. № 1560-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Дарькина Ивана Николаевича на нарушение его конституционных прав пунктом 3 части 1, частью 3 статьи 3 Федерального закона "О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства", пунктом 18 статьи 4 Федерального закона "О защите конкуренции"

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина И.Н. Дарькина к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. Решением и дополнительным решением арбитражного суда, оставленными без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, были удовлетворены требования заместителя Генерального прокурора Российской Федерации к ряду физических и юридических лиц, в том числе гражданину И.Н. Дарькину, о признании сделок недействительными и взыскании ущерба. При этом суды исходили, в частности, из того, что ответчики находились под непосредственным контролем иностранных инвесторов и осуществляли деятельность, представляющую стратегическое значение для обеспечения экономической безопасности государства, с совместным умыслом на нарушение законодательства, а также причинение водным биологическим ресурсам существенного ущерба. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче кассационной жалобы заявителя на данные судебные акты для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда.

И.Н. Дарькин оспаривает конституционность пункта 3 части 1, части 3 статьи 3 Федерального закона от 29 апреля 2008 года № 57-ФЗ "О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства", а также пункта 18 статьи 4 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ "О защите конкуренции".

По мнению заявителя, данные законоположения противоречат статьям 8 (часть 2), 34 (часть 1), 35 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, создают неопределенность действующего правового регулирования в связи с тем, что:

используют неопределенные правовые понятия и предоставляют правоприменительным органам дискреционные полномочия для расширительного и произвольного толкования установления фактов наличия иностранного контроля над российскими хозяйственными обществами, имеющими стратегическое значение;

позволяют включать в исчерпывающий перечень оснований возникновения иностранного контроля неопределенное и ничем не ограниченное понятие ("иное соглашение"), что предоставляет правоприменительным органам полномочия для расширительного толкования данного понятия и позволяет произвольно относить к контролю любые правоотношения с участием иностранного лица, формально не подпадающие под прямо указанные в законе случаи;

приравнивают договоренность в устной форме к юридически значимому факту, не определяют правовых границ и объективных способов ее установления, создавая тем самым условия для расширительного и основанного на субъективном усмотрении толкования понятий "договоренность", "соглашение", "договор".

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (определения от 5 июля 2011 года № 924-О-О, от 29 сентября 2011 года № 1109-О-О и др.), Федеральный закон от 29 апреля 2008 года № 57-ФЗ принят для устранения условий и факторов, создающих опасность жизненно важным интересам личности, общества и (или) государства, в связи с чем он устанавливает изъятия ограничительного характера для иностранных инвесторов и для группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, при их участии в уставных капиталах хозяйственных обществ, имеющих стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства, и (или) совершении ими сделок, влекущих за собой установление контроля над такими хозяйственными обществами (статьи 1-3). Соответственно, основная цель данного Федерального закона - ограничение участия иностранного капитала в хозяйственных обществах, имеющих стратегическое значение, недопущение безнадзорного совершения сделок, в результате которых иностранный инвестор получил бы контроль над таким хозяйственным обществом; механизмом реализации этой цели служит установление разрешительного правового режима для совершения указанных сделок, предполагающего получение решения об их предварительном согласовании, оформляемого федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на выполнение функций по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в Российской Федерации.

Само по себе такое законодательное регулирование, как направленное на достижение конституционно значимых целей и учитывающее необходимость организации функционирования экономической системы Российской Федерации для максимально эффективного обеспечения общих интересов ее многонационального народа, не расходится с требованиями Конституции Российской Федерации.

Особенностью предусмотренного названным Федеральным законом ограничительного правового режима является введение полного контроля над иностранными инвестициями в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение. Это выражается в установлении соответствующих изъятий для случаев участия в таких хозяйственных обществах иностранных инвесторов как напрямую, так и опосредованно - через группу лиц, в которую они входят (статья 1, часть 1 статьи 2), а также в широком понимании контроля, который охватывает корпоративное влияние, оказываемое иностранными инвесторами на хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение, не только непосредственно, но и через третьих лиц (пункт 3 части 1 статьи 3).

Оспариваемые положения Федерального закона от 29 апреля 2008 года № 57-ФЗ определяют понятие контроля иностранного инвестора или группы лиц над хозяйственным обществом, имеющим стратегическое значение, а также устанавливают, что понятия "группа лиц", "соглашение" используются соответственно в значениях, указанных в Федеральном законе от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ. В целях Федерального закона от 29 апреля 2008 года № 57-ФЗ под соглашением понимаются также договоренности в письменной или устной форме, направленные на осуществление права голоса в отношении хозяйственного общества, имеющего стратегическое значение, на общем собрании акционеров (участников) такого хозяйственного общества, совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления такого хозяйственного общества, а также на получение иной возможности определять решения органов управления такого хозяйственного общества, в том числе условия осуществления им предпринимательской деятельности.

Данные положения, рассматриваемые в том числе во взаимосвязи с пунктом 18 статьи 4 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ, определяющим соглашение как договоренность в письменной форме, содержащуюся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме, не содержат какой-либо неопределенности, в том числе в части используемых в них понятий, не предполагают их произвольного толкования и применения и не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в аспекте, указанном в жалобе.

Установление же и оценка фактических обстоятельств конкретного дела к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относятся.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Дарькина Ивана Николаевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.