Постановление Суда по интеллектуальным правам от 26 февраля 2026 г. N С01-81/2026 по делу N А40-314301/2024 Суд оставил без изменения судебные акты об отказе в иске об обязании заключить лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков, поскольку истечение срока охраны товарных знаков повлекло за собой окончание срока действия лицензионного договора

Резолютивная часть решения объявлена 25 февраля 2026 года.

Полный текст решения изготовлен 26 февраля 2026 года.

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего судьи - Лапшиной И.В.,

судей - Щербатых Е.Ю., Деменьковой Е.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "МедБизнесКонсалтинг" (ул. Годовикова, д. 9, стр. 9, этаж 4, пом. I, 129085, ОГРН 1077762132282) на решение Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2025 по делу N А40-314301/2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2025 по тому же делу,

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "МедБизнесКонсалтинг" к Федеральному бюджетному учреждению науки "Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии" Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (ул. Новогиреевская, д. 3А, Москва, 111123, ОГРН 1027700046615) об обязании заключить лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 710333, N 831771, N 818403, N 905127, N 945630, N 878476, N 780260, N 780258 на указанных в нем условиях.

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью "МедБизнесКонсалтинг" - Лялин П.Ю. (по доверенности от 26.12.2025) и Дикий А.А. (по доверенности от 26.12.2025);

от Федерального бюджетного учреждения науки "Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии" Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека - Туманова Ж.А. (по доверенности от 06.11.2025 N 125/25) и Ревинская М.А. (по доверенности от 25.01.2024).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "МедБизнесКонсалтинг" (далее - общество "МедБизнесКонсалтинг") обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Федеральному бюджетному учреждению науки "Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии" Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (далее - ФБУН ЦНИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора) об обязании заключить лицензионный договор с истцом о предоставлении права использования товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 710333, N 831771, N 818403, N 905127, N 945630, N 878476, N 780260, N 780258 на указанных в нем условиях.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2025, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2025, в удовлетворении исковых требований отказано.

Общество "МедБизнесКонсалтинг" обратилось с кассационной жалобой в Суд по интеллектуальным правам на названные судебные акты, в которой просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам.

В представленном в материалы дела отзыве на кассационную жалобу, ответчик возражает против удовлетворения кассационной жалобы по изложенным в ней доводам, указывая на правомерность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

Общество "МедБизнесКонсалтинг" в судебном заседании поддержало доводы кассационной жалобы.

ФБУН ЦНИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора в судебном заседании возражало против удовлетворения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и отзывах на нее.

Как следует из материалов дела, и установили суды первой и апелляционной инстанций, ответчик является обладателем товарных знаков с обозначением "CMD", расшифровываемого как "центр молекулярной диагностики".

Данное обозначение используется ответчиком для продвижения своих платных медицинских услуг по выполнению медицинских анализов (клинических лабораторных исследований биологического материала пациентов, далее - "Услуги").

Товарные знаки ответчика со спорным обозначением были зарегистрированы по свидетельствам Российской Федерации N 395104 " ", N 491874 " ".

Также ответчику принадлежит веб-сайт в сети интернет, находящийся по адресу https://www.cmd-online.ru, который рекламирует услуги ответчика с использованием обозначения "CMD".

Между истцом (лицензиат) и ответчиком (правообладатель) были заключены:

1. Лицензионный договор от 24.02.2010 N РД0067050 о предоставлении права использования товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 395104 (далее - лицензионный договор);

2. Дополнительное соглашение N 2 от 26.07.2013 к лицензионному договору о предоставлении права использования товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 491874;

3. Соглашение о сотрудничестве в области продвижения медицинских услуг под товарным знаком "CMD".

Согласно вышеуказанным договорам ответчик предоставил истцу права использования спорных товарных знаков для маркировки всех услуг 42-го и 44-го классов МКТУ на территории Российской Федерации, в т.ч. платных медицинских услуг по отбору, подготовке, регистрации хранению и перевозке клинического материала пациентов в целях дальнейшей лабораторной диагностики, а также услуг по интерпретации результатов проведенных лабораторных исследований.

Согласно пункту 2 вышеуказанного лицензионного договора (в редакции дополнительного соглашения от 26.07.2013 N 2 к лицензионному договору) правообладатель предоставил лицензиату исключительные права на товарные знаки на весь срок действия исключительного права на товарные знаки с учетом последующего продления.

В свою очередь, лицензиат, начиная с 2010 года, за свой счет по "модели франчайзинга" развивал сеть CMD путем поиска, отбора и подготовки соответствующих "офисов-партнеров" (независимых юридических лиц, намеренных участвовать в развитии бизнеса по модели франчайзинга на необходимых условиях) и предоставления офисам-партнерам (сублицензиатам) прав на использование товарных знаков в сублицензию по сублицензионным договорам.

Сублицензиаты по соответствующим сублицензионным договорам организовывали под товарным знаком работу "офисов CMD" - медицинских организаций, которые имея необходимые лицензии на осуществление медицинской деятельности (в части забора биологического материала пациентов) продавали пациентам (физическим лицам) услуги ответчика путем осуществления сублицензиатами отбора (забора) биологического материала пациентов и направлению такого материала в адрес ответчика для дальнейшего выполнения медицинских анализов, что подтверждается сведениями с официального сайта Роспатента, содержащей информацию о заключении лицензиатом сублицензионных договоров в целях предоставления третьим лицам прав на использование товарных знаков.

ФБУН ЦНИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора был проведен "ребрендинг" спорных товарных знаков, путем внесения изменений в свою маркетинговую стратегию и изменению некоторых элементов фирменного стиля без какого-либо существенного изменения семантических и изобразительных элементов, который ответчик продолжает продвигать.

Ответчиком были зарегистрированы товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации N 878476 " ", N 818403 " ", N 831771 " ", N 710333 " ", N 905127 " ".

Одновременно с регистрацией вышеуказанных новых товарных знаков ответчиком были совершены действия по прекращению правовой охраны действующих товарных знаков, права на которые были предоставлены истцу по лицензионным договорам, а именно - товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 491874 и товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 395104.

Так, в отношении товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 491874 ответчик не продлил срок правовой охраны данного товарного знака, в отношении товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 395104 ответчик совершил действия по подаче в Роспатент заявления о прекращении правовой охраны данного товарного знака.

В связи с изложенным, 13.05.2022 общество "МедБизнесКонсалтинг" направило в адрес ФБУН ЦНИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора письмо от 29.04.2022 N 792/1 с требованием о продлении срока действия исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 491874 CMD, поскольку срок действия исключительного права на товарный знак подходил к концу.

Кроме того, в связи с тем, что ответчик осуществил регистрацию новых товарных знаков, сходных до степени смешения с товарными знаками по свидетельствам Российской Федерации N 491874 и N 395104, истец в указанном письме потребовал от ответчика заключить дополнительное соглашение к лицензионным договорам с целью включения в лицензионные договоры всех вышеуказанных товарных знаков, которые являются сходными до степени смешения с товарными знаками по свидетельствам Российской Федерации N 491874 и N 395104.

В ответ ответчик письмом от 17.06.2022 N 77-51-125/19-4556-2022 сообщил о том, что "разрабатывается новая концепция развития бренда CMD" и для заключения новых лицензионных договоров ответчик предоставит истцу комфортный период, и предоставит истцу необходимые документы, для перезаключения лицензионных договоров на вышеуказанные вновь зарегистрированные товарные знаки.

В дальнейшем никаких действий со стороны ответчика по исполнению взятых на себя обязательств по заключению (перезаключению) договора о предоставлении истцу права использования товарного знака CMD совершено не было.

Кроме того, общество "МедБизнесКонсалтинг" отмечает, что ответчик подал заявление правообладателя о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 395104.

При этом в Роспатент от имени истца было направлено обращение с информацией о наличии гражданско-правового спора по делу N А40-102379/19, Роспатент, изложенную в вышеназванном обращении информацию, принял к сведению и учел в качестве оснований, препятствующих осуществлению регистрационных действий в отношении товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 395104.

В дальнейшем ответчик обжаловал действия Роспатента по отказу в прекращении правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 395104 в Суд по интеллектуальным правам по делу СИП-119/2022 без привлечения истца в качестве заинтересованного лица.

Решением Суда по интеллектуальным правам от 31.05.2022 заявленные требования ФБУН ЦНИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора удовлетворены.

Постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 30.09.2022 производство по кассационной жалобе общество "Медбизнесконсалтинг" прекращено, поскольку данный судебный акт не затрагивает права истца и у последнего имеются иные способы защиты своего права.

После чего общество "МедБизнесКонсалтинг" направило ФБУН ЦНИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора письмо от 15.07.2024 N 6/24, в котором истец потребовал от ответчика заключить лицензионное соглашение о предоставлении истцу исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации N 710333, N 831771, N 818403, N 905127, N 878476, N 945630 " ", N 780260 " ", N 780258 " " на условиях полностью аналогичных условиям лицензионного договора.

Отказ от заключения указанных договоров послужил основанием для обращения в суд с настоящими исковыми требованиями.

Разрешая спор по существу, суды руководствовались положениями статей 421, 432, 435, 438, 1229, 1233, 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Суд первой инстанции исходил из предоставленной законодательством свободы распоряжения исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, согласно которому правообладатель вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

При этом суд первой инстанции сослался на пункт 2 лицензионного договора, в котором указано, что право на товарные знаки было предоставлено на весь срок действия исключительного права на товарные знаки с учетом возможного его продления.

В связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу, что договором не была предусмотрена обязанность ответчика продлевать срок правовой охраны товарных знаков сколь угодно долго, как это утверждает истец.

Договор также не содержал условия о том, что истцу будут предоставлены права на все регистрируемые ответчиком товарные знаки в течение всего времени его существования.

Судом первой инстанции было указано, что в рамках лицензионного договора истцу было предоставлено право использования лишь двух товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 491874 и N 395104, в то время как ответчиком в период действия лицензионного договора были также зарегистрированы товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации N 818403, N 831771, N 710333.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истечение срока охраны товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 491874 и N 395104 в силу пункта 4 статьи 1235 ГК РФ повлекло за собой окончание срока действия лицензионного договора.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и возражении на нее, выслушав мнение представителей лиц, участвующих в деле, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

К существенным условиям лицензионного договора относятся предмет договора, территория, на которой допускается использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, срок действия договора, способы использования результата интеллектуальной деятельности и размер вознаграждения (статья 1235 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 435 ГК РФ оферта должна содержать существенные условия договора.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 438 ГК РФ акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии.

Акцепт должен быть полным и безоговорочным. Молчание не является акцептом.

В пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" отмечено, что требование о понуждении к заключению договора может быть удовлетворено судом при наличии у ответчика обязанности заключить такой договор.

Названная обязанность и право требовать понуждения к заключению договора могут быть предусмотрены лишь ГК РФ либо иным Федеральным законом или добровольно принятым обязательством (пункт 2 статьи 3, пункт статьи 421, абзац первый пункта 1 статьи 445 ГК РФ).

Равным образом на рассмотрение суда могут быть переданы разногласия, возникшие в ходе заключения договора, при наличии обязанности заключить договор или соглашения сторон о передаче разногласий на рассмотрение суда.

Такой спор подлежит рассмотрению в том же порядке, что и спор о понуждении к заключению договора (пункт 1 статьи 446 ГК РФ).

По смыслу пункта 1 статьи 421 ГК РФ добровольно принятое стороной обязательство заключить договор или заранее заключенное соглашение сторон о передаче на рассмотрение суда возникших при заключении договора разногласий должны быть явно выраженными.

Если при предъявлении истцом требования о понуждении ответчика заключить договор или об определении условий договора в отсутствие у последнего такой обязанности или в отсутствие такого соглашения ответчик выразил согласие на рассмотрение спора, считается, что стороны согласовали передачу на рассмотрение суда разногласий, возникших при заключении договора (пункт 1 статьи 446 ГК РФ).

В случае отсутствия у ответчика обязанности заключить договор или отсутствия соглашения о передаче разногласий на рассмотрение суда в принятии искового заявления о понуждении заключить договор (об урегулировании разногласий) не может быть отказано.

В этом случае суд рассматривает дело по существу и отказывает в иске, если в ходе процесса стороны не выразили согласия на передачу разногласий на рассмотрение суда.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что в настоящем случае стороны не обменивались офертой и акцептом, ответчик не принимал на себя обязательство заключить договор и не направлял истцу каких-либо документов, подтверждающих добровольное принятие обязательства заключить договор, следовательно, обязанность заключить договор у ответчика отсутствует, в связи с чем, суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении исковых требований.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами судов в силу следующего.

Так, пунктом 2 дополнительного соглашения N 2 право на использование товарных знаков было предоставлено истцу на весь срок действия исключительного права на товарные знаки с учетом возможного его продления. Поскольку в дополнительном соглашении срок действия договора определен ясно, то отсутствуют основания для его расширительного толкования.

Кроме того, судебная коллегия не усмотрела в лицензионном договоре или дополнительных соглашениях пунктов, предусматривающих обязанность ответчика продлевать срок правовой охраны товарных знаков.

Таким образом, в лицензионном договоре отсутствуют положения, предусматривающие возможность принудить ответчика продлить срок действия правовой охраны товарных знаков ответчика.

Суды установили, что срок правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 491874 истек 05.06.2022, а срок правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 395104 был прекращен 20.06.2022 по заявлению ответчика ввиду его неиспользования (последний сублицензионный договор был расторгнут в мае 2015 года, что подтверждается информацией с официального сайта Федерального государственного бюджетного учреждения "Федеральный институт промышленной собственности").

Истечение срока правовой охраны товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 491874 и N 395104 в силу прямого указания пункта 4 статьи 1235 ГК РФ повлекло за собой прекращение лицензионного договора.

Доводы истца о том, что письмом от 17.06.2022 N 77-51-125/19-4556-2022 "ответчик принял на себя обязательство предоставить истцу необходимые документы для перезаключения договоров о предоставлении права использования товарного знака CMD в целях дальнейшего исполнения сторонами своих договорных обязательств по лицензионному договору" получил надлежащую правовую оценку судов первой и апелляционной инстанций и правомерно отклонен.

Суды обосновано указали, что данное письмо носит информационный характер, рассылалось партнерам ответчика и не содержит каких-либо обязательств по заключению договора для предоставления истцу права использования какого-либо товарного знака. Нигде в письме не указано, что ответчик обязуется заключить с истцом договор, как на прежних, так и на новых условиях.

Кроме того, суды правомерно установили, что в письме от 17.06.2022 N 77-51-125/19-4556-2022, на которое ссылается истец, не указано ни одного из существенных условий, следовательно, данное письмо не является офертой.

Письмо также не является акцептом, так как согласно пункту 1 статьи 438 ГК РФ акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии.

Акцепт должен быть полным и безоговорочным, добровольно принятое стороной обязательство заключить договор должно быть явно выраженными.

Обязанность заключить договор возникает лишь если либо закон, либо стороны прямо и недвусмысленно указывают на это.

Волеизъявление на заключение договора не может быть неявным (конклюдентные действия или молчание не являются волеизъявлением на заключение договора).

Принимая во внимание указанные нормы права и разъяснения высшей судебной инстанции, суды пришли к правомерному выводу о том, у ответчика отсутствует добровольно взятое на себя обязательство заключить с истцом лицензионный договор, доказательств обратного истцом не представлено, утверждения об обратном не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Довод истца о злоупотреблении правом ответчиком также был предметом рассмотрения судов и получил надлежащую правовую оценку.

Гражданское законодательство указывает на обязанность участников правоотношений действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК РФ). В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ, пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 154 Постановления N 10, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из этой презумпции вытекает, что бремя доказывания неразумности, недобросовестности, несправедливости поведения возлагается на того, кто с таким поведением связывает правовые последствия.

Злоупотребление правом по смыслу этой же статьи не предполагается, а подлежит доказыванию в каждом конкретном случае.

Злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Довод подателя кассационной жалобы о недобросовестности действий ответчика получил надлежащую правовую оценку судов первой и апелляционной инстанций, обоснованно отклонен.

В кассационной жалобе отсутствуют аргументы, опровергающие названный вывод судов.

Суды исследовали все представленные в материалы дела доказательства, проанализировали доводы истца и ответчика пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с этим у суда кассационной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены либо изменения обжалуемых судебных актов.

Доводы ответчика, изложенные в кассационной жалобе, по существу сводятся к несогласию с выводами судов первой и апелляционной инстанций относительно установленных обстоятельств спора, в том числе обстоятельств заключения, подлежат отклонению судом кассационной инстанции, поскольку заявлены без учета определенных законом пределов рассмотрения дела судом кассационной инстанции, и направлены на переоценку выводов судов.

В соответствии с положениями статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не вправе пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции", с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не допускается.

Статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующим и производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют представленным доказательствам и основаны на правильном применении норм материального права и соблюдении норм процессуального права, у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения принятых по делу судебных актов, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Суд кассационной инстанции не находит и безусловных оснований для отмены обжалуемых судебных актов, перечисленных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2025 по делу N А40-314301/2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "МедБизнесКонсалтинг" (ОГРН 1077762132282) - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.