Решение Суда по интеллектуальным правам от 19 февраля 2026 г. по делу N СИП-951/2025 Суд отказал в признании недействительным решения Роспатента, принятого по результатам рассмотрения возражения на решение об отказе в государственной регистрации обозначения в качестве товарного знака, поскольку административный орган сделал верный вывод о том, что заявленное обозначение и противопоставленные знаки, несмотря на отдельные отличия, ассоциируются друг с другом в целом, предназначены для индивидуализации однородных товаров и услуг, и, как следствие, маркируемые ими товары могут смешиваться в гражданском обороте

Именем Российской Федерации

Резолютивная часть решения объявлена 10 февраля 2026 года.

Полный текст решения изготовлен 19 февраля 2026 года.

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего судьи Щербатых Е.Ю.,

судей Лапшиной И.В., Чесноковой Е.Н.;

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Яковлевым М.А. -

рассмотрел в открытом судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью "АйТи-Таблетка" (пер. 3-й Крутицкий, д. 13, подв. 3, 4, Москва, 109044, ОГРН 1217700527131) о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 121059, ОГРН 1047730015200) от 19.09.2025, принятого по результатам рассмотрения возражения от 11.04.2025 на решение от 27.03.2025 об отказе в государственной регистрации обозначения по заявке N 2024777838 в качестве товарного знака.

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью "АйТи-Таблетка" - Оськин П.П. (по доверенности от 10.04.2025);

от Федеральной службы по интеллектуальной собственности - Халявин С.Л. (по доверенности от 25.12.2025 N 01/4-32-1551/41и).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "АйТи-Таблетка" (далее - общество) обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 19.09.2025, принятого по результатам рассмотрения возражения от 11.04.2025 на решение от 27.03.2025 об отказе в государственной регистрации обозначения по заявке N 2024777838 в качестве товарного знака.

Роспатент представил отзыв на заявление, в котором возражал против удовлетворения заявленных требований, полагая оспариваемый ненормативный правовой акт законным и обоснованным.

В судебное заседание 10.02.2026 явился представитель общества.

Представитель Роспатента принял участие в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы "Картотека арбитражных дел" (онлайн-заседания).

Представитель общества настаивал на удовлетворении заявления.

Представитель Роспатента возражал против его удовлетворения.

Как следует из материалов дела, общество 15.07.2024 обратилось в Роспатент с заявкой N 2024777838 на регистрацию обозначения " " в качестве товарного знака в отношении товаров 9-го класса "программы для компьютеров записанные; программы для компьютеров загружаемые", услуг 42-го класса "составление программ для компьютеров; разработка программного обеспечения; исследования медицинские", 44-го класса "услуги по оценке состояния здоровья; советы по вопросам здоровья" Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ).

По результатам проведения экспертизы Роспатент 27.03.2025 принял решение об отказе в государственной регистрации обозначения в качестве товарного знака ввиду его несоответствия требованиям пунктов 1 и 6 статьи 1483 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В отношении перечня товаров и услуг, для которых испрашивается правовая охрана, словесный элемент "IT" признан экспертизой неохраняемым на основании нормы пункта 1 статьи 1483 ГК РФ.

При этом административный орган исходил из того, что обществом не представлены документы, подтверждающие приобретение заявленным обозначением различительной способности, как следствие, обозначение может быть зарегистрировано только с дискламацией словесного элемента "IT".

Решение Роспатента по пункту 6 статьи 1483 ГК РФ мотивировано тем, что заявленное обозначение сходно со следующими средствами индивидуализации:

товарным знаком " " по свидетельству Российской Федерации N 549467с приоритетом от 18.02.2014, зарегистрированным в отношении товаров 9-го, 16-го классов и услуг 35, 36, 37, 38, 42-го классов МКТУ (далее - противопоставленный знак 1);

знаком обслуживания " " по свидетельству Российской Федерации N 375304 с приоритетом от 15.02.2008, зарегистрированным в отношении товаров 44-го класса МКТУ "консультации по вопросам фармацевтики; услуги фармацевтов [приготовление лекарств по рецептам]; аптечные службы" (далее - противопоставленный знак 2).

В ходе экспертизы заявленного обозначения при сопоставительном анализе сравниваемых обозначений Роспатент установил фонетическое и семантическое сходство, в том числе по характеру совпадающих частей обозначений, которое с учетом высокой степени однородности товаров и услуг усиливает вероятность их смешения в гражданском обороте.

Общество 11.04.2025 обратилось в Роспатент с возражением против указанного решения, доводы которого сводились к следующему:

вывод об описательности словесного элемента "IT" сделан без анализа заявленного перечня товаров и услуг в нарушение методологии определения описательного характера обозначения;

заявленное обозначение не является описательным по отношению к товарам и услугам, для которых испрашивается правовая охрана, так как включает в себя словесные элементы фантазийного характера, следовательно, способно их индивидуализировать;

экспертизой был нарушен методологический подход определения сходства обозначений: заявленное обозначение не может быть сходным с противопоставленными знаками 1 и 2, в которых отсутствует совокупность словесных элементов "IT ТАБЛЕТКА", а изобразительные элементы различны;

административный орган ранее предоставил правовую охрану товарным знакам по свидетельствам Российской Федерации N 532552, N 549467, N 920996, включающим словесный элемент "IT" без его дискламации, в отношении товаров и услуг 9-го и 42-го классов МКТУ, что нарушает принцип правовой определенности.

В дополнениях к возражению от 14.07.2025 общество указало на приобретение спорным обозначением различительной способности. Так, общество с 01.11.2021 использует фирменное наименование, включающее в себя словесные элементы "АйТи-Таблетка", с 2022 года входит в реестр аккредитованных IT-компанией, использует обозначение в одноименной программе для ЭВМ, представляющей собой систему статистической обработки введенных медицинских данных.

Общество привело аргумент о том, что использует заявленное обозначение при осуществлении основного вида деятельности в области информационных технологий: при предложении к продаже программы для ЭВМ через интернет-сайт с доменным именем https:/app.it-tabletka.ru/login, при предложении к продаже мобильного приложения, при разработке версии мобильного приложения для OIS, а также использует в социальных сетях dzen.ru, vk.com, ok.ru, t.me, rutube.ru. Причем количество потребителей, которые постоянно следят за продуктами общества, превышает 10 000 человек, а аудитория, которой известна продукция, составляет более 300 000 человек.

С учетом данных доводов податель возражения просил Роспатент отменить решение от 27.03.2025 и принять решение о государственной регистрации спорного обозначения в качестве товарного знака в отношении заявленных товаров 9-го класса и услуг 42-го, 44-го классов МКТУ.

Изучив приведенные в возражении доводы, административный орган установил, что в состав заявленного обозначения входит словесный элемент "IT", являющийся общепринятым сокращением от английского словосочетания "Information Technology" - информационные технологии (см. https://translate.academic.ru/Information%20Technology/en/ru/).

Роспатент отметил, что в отношении товаров 9-го класса МКТУ элемент "IT" непосредственно характеризует вид, назначение и сферу применения товаров, указывая на их принадлежность к сфере информационных технологий.

Административный орган пришел к тому выводу, что в отношении услуг 42-го класса МКТУ элемент "IT" непосредственно описывает род деятельности, связанный с оказанием услуг в области информационных технологий, а в отношении услуг 44-го класса МКТУ данный элемент указывает на возможный способ оказания услуг (например, с использованием информационных технологий).

На основании изложенного Роспатент счел неохраноспособным словесный элемент "IT" на основании нормы пункта 1 статьи 1483 ГК РФ.

При анализе сходства заявленного обозначения с противопоставленным знаком 1 административный орган исходил из вхождения элемента "IT" противопоставленного знака 1 в заявленное обозначение и установил сходство по фонетическому и семантическому критериям.

Проведя сравнительный анализ спорного обозначения и противопоставленного знака 2, Роспатент отметил, что их сходство обусловлено наличием общей доминирующей фонетической конструкции [таблет-], в то время как различие за счет суффикса [-очка] незначительно на слух, лишь придает уменьшительно-ласкательный оттенок, не меняя основного значения слова.

Роспатент также отметил, что графические отличия сравниваемых обозначений носят второстепенный характер и не влияют на вывод об их сходстве в целом.

Административный орган сделал вывод об однородности товаров 9-го класса МКТУ, в отношении которых испрашивается правовая охрана для спорного обозначения, и указанных в регистрации противопоставленного знака 1, так как они относятся к одной родовой группе товаров "продукты программные", имеют одно назначение, один круг потребителей и условия реализации, характеризуются взаимодополняемостью либо взаимозаменяемостью.

Роспатент исходил из однородности услуг 42-го класса МКТУ, в отношении которых испрашивается правовая охрана для спорного обозначения, и указанных в регистрации противопоставленного знака 1, так как они относятся к одной родовой группе услуг "услуги научно-технические; услуги в области компьютерных технологий", имеют общее назначение, сходные условия реализации.

Административный орган также пришел к выводу об однородности услуг 44-го класса МКТУ, в отношении которых испрашивается правовая охрана для заявленного обозначения, и указанных в регистрации противопоставленного знака 2, поскольку они относятся к одной родовой группе услуг "услуги общемедицинские и лечебно-профилактические", имеют одно назначение, один круг потребителей и каналы реализации.

На основании изложенного Роспатент сделал вывод о возможности смешения в гражданском обороте товаров и услуг как происходящих из одного источника.

Административный орган констатировал: наличие зарегистрированных товарных знаков, содержащих словесный элемент "IT", не может повлиять на вывод о несоответствии заявленного обозначения пункту 6 статьи 1483 ГК РФ, так как делопроизводство по каждой заявке ведется отдельно.

По результатам рассмотрения возражения административный орган признал изложенные в возражении общества доводы неубедительными, в связи с чем принял решение от 19.09.2025 об отказе в удовлетворении поступившего 11.04.2025 возражения.

Не согласившись с указанным ненормативным правовым актом, общество обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением по настоящему делу.

В обоснование требований общество приводит аргументы, аналогичные возражению от 11.04.2025 и дополнению к нему от 14.07.2025.

При этом заявитель не оспаривает выводы административного органа об однородности товаров и услуг 9, 42, 44-го классов МКТУ, в отношении которых испрашивается правовая охрана для спорного обозначения, и указанных в перечнях регистраций противопоставленных знаков 1 и 2.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в заявлении, в отзыве на него, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив имеющиеся в деле доказательства в совокупности в порядке, предусмотренном статьями 71, 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам пришел к следующим выводам.

Согласно статье 13 ГК РФ ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Глава 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает в качестве самостоятельного способа защиты прав и законных интересов в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности обжалование решений и действий (бездействия) государственных органов в суд.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Оспариваемое решение относится к ненормативным правовым актам, поскольку вынесено уполномоченным лицом (Роспатентом), которым было отказано в удовлетворении поданного возражения, в результате чего может затрагивать права и законные интересы заявителя.

Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом (часть 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Установленный законом срок на обращение с заявлением об оспаривании решения административного органа обществом соблюден, что не оспаривается Роспатентом.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Полномочия Роспатента установлены частью 4 ГК РФ и Положением о Федеральной службе по интеллектуальной собственности, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 21.03.2012 N 218, исходя из которых рассмотрение возражения и принятие решения по результатам его рассмотрения входят в компетенцию Роспатента.

Таким образом, оспариваемое решение принято Роспатентом в пределах своей компетенции, что не оспаривается заявителем.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), при оспаривании решений Роспатента и федерального органа исполнительной власти по селекционным достижениям суды должны учитывать: заявки на выдачу патента, заявки на товарный знак, а также заявки на наименование места происхождения товара подлежат рассмотрению в порядке, установленном законодательством, действовавшим на дату подачи заявки, а международные заявки на изобретение, промышленный образец или товарный знак и преобразованные евразийские заявки - на дату поступления заявки в Роспатент.

По возражениям против выдачи патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара основания для признания недействительным патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара определяются исходя из законодательства, действовавшего на дату подачи заявки в Роспатент или в федеральный орган исполнительной власти по селекционным достижениям. Основания для признания недействительным патента на изобретение, выданного по международной заявке на изобретение или по преобразованной евразийской заявке, признания недействительным предоставления правовой охраны промышленному образцу или товарному знаку по международной регистрации определяются исходя из законодательства, действовавшего на дату поступления соответствующей международной или преобразованной евразийской заявки в Роспатент, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации.

Вместе с тем подлежит применению порядок рассмотрения соответствующих возражений, действующий на момент обращения за признанием недействительными патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров.

С учетом даты подачи заявки на регистрацию спорного обозначения в качестве товарного знака (15.07.2024) законодательство, применимое для оценки его охраноспособности, включает в себя ГК РФ, Правила составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденные приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), и пункт 162 Постановления N 10.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 1483 ГК РФ не допускается государственная регистрация в качестве товарных знаков обозначений, характеризующих товары, в том числе указывающих на их вид, качество, количество, свойство, назначение, ценность, а также на время, место и способ их производства или сбыта.

В силу пункта 1.1 статьи 1483 ГК РФ положения пункта 1 этой статьи не применяются в отношении обозначений, которые приобрели различительную способность в результате их использования.

Заявленное обозначение " " представляет собой комбинированное обозначение, включающее словесные элементы "IT ТАБЛЕТКА", выполненные буквами латинского и кириллического алфавитов.

Судебная коллегия соглашается с семантическим значением указанного словесного элемента, определенным административным органом, полагая, что средний российский потребитель ассоциирует его именно с информационными технологиями. Из указанного семантического значения исходила и экспертиза при рассмотрении заявки общества на регистрацию спорного обозначения (абзац 3 страницы 2 заключения по результатам экспертизы). При этом сам заявитель представил доказательства аккредитации его в качестве IT-компании.

Опровергая смысловое значение спорного обозначения, заявитель настаивает на том, что оценку правоспособности необходимо проводить в отношении словосочетания "IT ТАБЛЕТКА", являющегося фантазийным.

Вместе тем словесные элементы "IT ТАБЛЕТКА" не образуют устойчивое словосочетание или иную грамматическую конструкцию, размещены в заявленном обозначении раздельно друг от друга (в две строки) и характеризуются различным графическим исполнением. Включение в состав заявленного обозначения словесного элемента "ТАБЛЕТКА" не придает иной смысловой контекст и не опровергает вывод Роспатента об описательности словесного элемента "IT".

Административный орган правомерно отметил, что в отношении заявленных товаров 9-го класса МКТУ элемент "IT" непосредственно характеризует вид, назначение и сферу применения товаров, однозначно воспринимаясь как указание на их принадлежность к сфере информационных технологий, применительно к услугам 42-го класса МКТУ словесный элемент "IT" непосредственно описывает род деятельности, связанный с оказанием услуг в области информационных технологий, а в отношении заявленных услуг 44-го класса МКТУ данный элемент указывает на возможный способ оказания услуг (с использованием информационных технологий).

Сам по себе факт объединения товаров и услуг в группы для последующего анализа методологическим нарушением не является.

С учетом того, что словесный элемент "IT" спорного обозначения не соответствует требования пункта 1 статьи 1483 ГК РФ, судебная коллегия переходит к оценке довода общества о приобретении указанным элементом различительной способности.

В соответствии с пунктом 1.1 статьи 1483 ГК РФ положения пункта 1 статьи 1483 ГК РФ не применяются в отношении обозначений, которые приобрели различительную способность в результате их использования.

Как следует из пункта 35 Правил N 482, для доказательства приобретения обозначением различительной способности, предусмотренной подпунктом 1 пункта 1.1 статьи 1483 ГК РФ, могут быть представлены содержащиеся в соответствующих документах фактические сведения: о длительности, интенсивности использования обозначения, территории и объемах реализации товаров, маркированных заявленным обозначением, о затратах на рекламу, ее длительности и интенсивности, о степени информированности потребителей о заявленном обозначении и изготовителе товаров, включая результаты социологических опросов; сведения о публикациях в открытой печати информации о товарах, сопровождаемых заявленным обозначением, и иные сведения.

В отношении документов, представленных для доказательства приобретения обозначением различительной способности, проводится проверка, в рамках которой учитывается вся совокупность фактических сведений, содержащихся в соответствующих документах.

Документы, представленные заявителем для доказательства приобретения обозначением различительной способности, учитываются при принятии решения о государственной регистрации товарного знака в том случае, если они подтверждают, что заявленное обозначение до даты подачи заявки воспринималось потребителем как обозначение, предназначенное для индивидуализации товаров / услуг определенного лица.

В обоснование довода о наличии оснований для применения к рассматриваемому случаю положений пункта 1.1 статьи 1483 ГК РФ заявитель ссылался на наличие государственной аккредитации в качестве IT-компании, принадлежность ему фирменного наименования "АйТи-Таблетка", а также исключительного права на программу для ЭВМ с одноименным названием, использование обозначения при осуществлении деятельности в области информационных технологий в сети Интернет. При этом общество привело ссылки на интернет-сайты в сети Интернет, в частности, https://app.it-tabletka.ru/login, https://play.google.com/store/apps/details?id=ru.ittabletka.app, https://dzen.ru/ittub; https://vk.ru/ittub; https://ok.ru/group/70000008205741; https://t.me/ittubl; https://vkvideo.ru/@ittub; https://rutube.ru/channel/410283/.

Что касается приведенных заявителем ссылок на социальные сети, мессенджеры и видеохостинги "Дзен", Вконтакте", "Одноклассники", "Telegram", "RUTUB", Роспатент исходил из отсутствия в материалах дела информации о том, какие сведения были размещены им на упомянутых электронных ресурсах на дату подачи заявки, о количестве потребителей, ознакомившихся с этими сведениями на указанную дату.

Как указывает сам заявитель, домен it-tabletka.ru зарегистрирован 22.09.2023, а сайт начал функционировать 01.02.2024 после редизайна сайта обществом с ограниченной ответственностью "Диджитал Мастерская" во исполнение договора от 18.12.2023.

При этом акт оценки результатов технических испытаний от 25.02.2025, а также акт клинических испытаний от 15.04.2025 составлены после подачи заявки, что следует из позиции общества, представленной на стадии рассмотрения возражения.

Вместе с тем для применения положений подпункта 1 пункта 1.1 статьи 1483 ГК РФ необходимо представить доказательства, свидетельствующие об интенсивности использовании обозначения в отношении испрашиваемых товаров и услуг, указанных в перечне, на дату подачи заявки.

Суд приходит к выводу о том, что с учетом очевидной описательности заявленного обозначения, а также характера испрашиваемых товаров и услуг не может свидетельствовать о том, что спорное обозначение само по себе стало восприниматься адресной группой потребителей в целом как указание на товары и услуги, источником которых является лишь общество.

Вопреки мнению заявителя, имеющихся в материалах настоящего дела доказательств недостаточно для подтверждения прекращения восприятия адресной группой потребителей словесного элемента "IT" в качестве описательного, характеризующего испрашиваемые товары и услуги.

При изложенных обстоятельствах суд признает обоснованной позицию Роспатента о неподтвержденности приобретения заявленным обозначением различительной способности и об отсутствии оснований для применения в рассматриваемом случае положения пункта 1.1 статьи 1483 ГК РФ.

На основании изложенного предоставление правовой охраны заявленному обозначению без дискламации словесного элемента "IT" противоречит норме подпункта 3 пункта 1 статьи 1483 ГК РФ.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 6 статьи 1483 ГК РФ не могут быть зарегистрированы в качестве товарных знаков обозначения, тождественные или сходные до степени смешения с товарными знаками других лиц, охраняемыми в Российской Федерации, в том числе в соответствии с международным договором Российской Федерации, в отношении однородных товаров и имеющими более ранний приоритет.

Методология определения сходства сравниваемых обозначений, однородности товаров и услуг, а также вероятности смешения таких обозначений в гражданском обороте определена Правилами N 482.

Согласно пункту 41 Правил N 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Исходя из положений пункта 42 Правил N 482 сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в пунктах 42 и 43 Правил N 482, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В соответствии с пунктом 44 Правил N 482 комбинированные обозначения, в том числе представленные в виде трехмерных моделей в электронной форме, сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 настоящих Правил, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

В пункте 162 Постановления N 10 разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения могут также учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Заявитель выражает несогласие с выводами Роспатента в отношении сходства заявленного обозначения и противопоставленных знаков 1 и 2.

Суд по интеллектуальным правам считает доводы, приведенные в заявлении общества по этому вопросу, подлежащими отклонению.

При анализе обозначений Роспатент исходил из того, что при исследовании значимости того или иного элемента комбинированного обозначения необходимо учитывать его визуальное доминирование, которое может быть вызвано как более крупными размерами элемента, так и его более удобным для восприятия расположением в композиции (например, элемент может занимать центральное место, с которого начинается осмотр обозначения).

Значимость элемента в комбинированном обозначении зависит также от того, в какой степени этот элемент способствует осуществлению обозначением его основной функции, т.е. способности отличать товары и услуги одних производителей от товаров и услуг других производителей.

В комбинированном обозначении, состоящем из изобразительного и словесного элементов, основным элементом, как правило, является словесный, так как он запоминается легче изобразительного и именно на нем акцентируется внимание потребителя при восприятии обозначения. Степень важности изобразительного элемента в комбинированном обозначении зависит от того, насколько этот элемент оригинален, какова его роль в композиционном решении заявленного обозначения, а также степень связанности его с общей композицией всего обозначения.

Несмотря на то, что словесный элемент "IT" в составе заявленного обозначения является неохраняемым, за счет выделения жирным шрифтом он занимает значительный объем в композиции обозначения. В таком случае, будучи неохраняемым, данный элемент вносит весомый вклад в общее восприятие заявленного обозначения и не может быть исключен из анализа обозначения.

Вывод о сходстве обозначения по спорной заявке и противопоставленного знака 1 основан на полном вхождении сильного элемента "IT" противопоставленного знака 1 в заявленное обозначение, что свидетельствует о фонетическом и семантическом тождестве элементов "IT" / "IT", как следствие, ассоциировании обозначений в целом, несмотря на отдельные отличия.

Судебная коллегия соглашается с выводом Роспатента о сходстве спорного обозначения и противопоставленного знака 2 по критерию фонетического и семантического сходства за счет словесных элементов "ТАБЛЕТКА" / "ТАБЛЕТОЧКА", являющихся однокоренными словами и отличающимися наличием суффикса [-очка], придающего уменьшительно-ласкательный оттенок без изменения значения слова.

Вопреки доводу заявителя, графические отличия заявленного обозначения и противопоставленных знаков 1 и 2 не являются определяющими для вывода о возможности отнесения потребителями товаров и услуг, индивидуализируемых сравниваемыми обозначениями, к одному источнику происхождения.

Признание неохраняемым словесного элемента "IT" спорного обозначения не может порочить вывод Роспатента о сходстве обозначения с противопоставленным знаком 1 с учетом значимости входящих в их состав элементов.

Судебная коллегия полагает, что эти выводы административного органа мотивированы, методология определения сходства соблюдена.

Заявитель не оспаривает выводы административного органа об однородности товаров и услуг 9, 42, 44-го классов МКТУ, в отношении которых испрашивается правовая охрана для спорного обозначения, и указанных в регистрации противопоставленных знаков 1 и 2, поэтому судебная коллегия их не анализирует.

Таким образом, административный орган сделал верный вывод о том, что заявленное обозначение и противопоставленные знаки 1 и 2, несмотря на отдельные отличия, ассоциируются друг с другом в целом, предназначены для индивидуализации однородных товаров и услуг, как следствие, маркируемые ими товары могут смешиваться в гражданском обороте.

На основании изложенного заявленное обозначение является сходным с противопоставленными знаками 1 и 2 с более ранними приоритетами, как следствие, предоставление правовой охраны противоречит норме пункта 6 статьи 1483 ГК РФ.

В отношении довода заявителя о нарушении принципа законных ожиданий при принятии оспариваемого ненормативного правового акта судебная коллегия отмечает следующее.

В постановлении от 28.12.2022 N 59-П "По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 19, статьи 21 Федерального закона "О почтовой связи" и пункта 2 статьи 62 Федерального закона "О связи" в связи с жалобой гражданина М.Д. Малинина" Конституционный Суд Российской Федерации указал: "принципы правовой определенности и поддержания доверия к закону и к действиям государства гарантируют гражданам, что решения принимаются уполномоченными государством органами на основе строгого исполнения законодательных предписаний, а также внимательной и ответственной оценки фактических обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение, изменение, прекращение прав (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.01.2016 N 1-П). При этом по смыслу правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 22.06.2017 N 16-П, в правовом демократическом государстве, каковым является Российская Федерация, пренебрежение требованиями разумности и осмотрительности со стороны публично-правового образования в лице компетентных органов не должно влиять на имущественные и неимущественные права граждан".

Таким образом, органы, наделенные публичными полномочиями, обязаны осуществлять возложенные на них функции с учетом принципа законных ожиданий.

Под принципом законных ожиданий следует понимать предсказуемость решений правоприменительного органа в отношении одних и тех же фактических обстоятельств. Решения органа, наделенного публичными полномочиями, должны быть предсказуемыми, иначе они не обеспечивают государственную защиту прав и свобод человека и гражданина Российской Федерации, гарантированную частью 1 статьи 45 Конституции Российской Федерации.

Предсказуемость поведения органа, осуществляющего публичные полномочия, и мотивированность его актов являются одними из факторов, сдерживающих произвол власти, создающих условия для реализации принципа законных ожиданий и способствующих формированию у невластных субъектов доверия к закону и действиям государства.

Суд по интеллектуальным правам отклоняет довод заявителя о нарушении Роспатентом принципа законных ожиданий, поскольку содержанием этого принципа является не идентичное поведение административного органа в отношении разных хозяйствующих субъектов применительно к схожим фактическим обстоятельствам, а именно идентичное поведение применительно к одним и тем же лицам при идентичных фактических обстоятельствах.

Принцип законных ожиданий, на который ссылается заявитель, в настоящем деле неприменим, поскольку заявитель не привел ни одного товарного знака, зарегистрированного на его имя, и не представил сведений о наличии идентичных фактических обстоятельств. Между тем вопрос о законности предоставления правовой охраны иным средствам индивидуализации, правообладателями которых являются иные лица, не входит в предмет спора в рамках данного дела.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения заявления общества о признании недействительным решения Роспатента от 19.09.2025 отсутствуют.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные в связи с подачей заявления, в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом результата рассмотрения дела следует отнести на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176, 180, 197 - 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

РЕШИЛ:

заявление общества с ограниченной ответственностью "АйТи-Таблетка" (ОГРН 1217700527131) оставить без удовлетворения.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в президиум Суда по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.