Продукты и услуги Информационно-правовое обеспечение ПРАЙМ Документы ленты ПРАЙМ Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 2024 г. N 3-О “По жалобе гражданки Корнеевой Елены Анатольевны на нарушение ее конституционных прав статьей 22, частью первой статьи 129, статьей 132, частями первой и второй статьи 135, частями первой и четвертой статьи 153 и статьей 191 Трудового кодекса Российской Федерации”

Обзор документа

Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 2024 г. N 3-О “По жалобе гражданки Корнеевой Елены Анатольевны на нарушение ее конституционных прав статьей 22, частью первой статьи 129, статьей 132, частями первой и второй статьи 135, частями первой и четвертой статьи 153 и статьей 191 Трудового кодекса Российской Федерации”

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

заслушав заключение судьи С.П. Маврина, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданки Е.А. Корнеевой,

установил:

1. Гражданка Е.А. Корнеева оспаривает конституционность следующих положений Трудового кодекса Российской Федерации:

статьи 22, закрепляющей основные права и обязанности работодателя и, в частности, предусматривающей, что работодатель имеет право поощрять работников за добросовестный эффективный труд (абзац четвертый части первой); работодатель обязан обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности и выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (абзацы шестой и седьмой части второй);

части первой статьи 129, определяющей заработную плату (оплату труда работника) как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты);

статьи 132, согласно которой заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом (часть первая); запрещается какая бы то ни было дискриминация при установлении и изменении условий оплаты труда (часть вторая);

частей первой и второй статьи 135, устанавливающих, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть первая); системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть вторая);

частей первой и четвертой (в жалобе также ошибочно именуемой частью второй) статьи 153, в соответствии с которыми работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере: сдельщикам - не менее чем по двойным сдельным расценкам; работникам, труд которых оплачивается по дневным и часовым тарифным ставкам, - в размере не менее двойной дневной или часовой тарифной ставки; работникам, получающим оклад (должностной оклад), - в размере не менее одинарной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа в выходной или нерабочий праздничный день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере не менее двойной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа производилась сверх месячной нормы рабочего времени (часть первая); по желанию работника, работавшего в выходной или нерабочий праздничный день, ему может быть предоставлен другой день отдыха; в этом случае работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается в одинарном размере, а день отдыха оплате не подлежит (часть четвертая);

статьи 191, закрепляющей, что работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии) (часть первая); другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине; за особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники могут быть представлены к государственным наградам (часть вторая).

Как следует из представленных материалов, с 25 июня 2020 года Е.А. Корнеева работала в ООО "ГРК "Быстринское" в должности главного специалиста структурного подразделения бухгалтерии, а затем - в должности руководителя направления того же структурного подразделения. На основании приказов работодателя заявительница, с ее согласия, неоднократно привлекалась к работе в выходные и нерабочие праздничные дни, при этом в качестве компенсации за работу в такие дни она - вместо повышенной оплаты - выбирала предоставление других дней отдыха. Однако фактически за 23 отработанных Е.А. Корнеевой выходных и нерабочих праздничных дня ей был предоставлен лишь один день отдыха, а оплата работы в остальные 22 дня произведена в одинарном размере. 12 марта 2021 года заявительница уволена по собственному желанию (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации). Полагая, что при окончательном расчете, произведенном в день увольнения, работодатель выплатил ей заработную плату не в полном размере, Е.А. Корнеева обратилась в суд с иском о взыскании с работодателя повышенной оплаты работы в выходные и нерабочие праздничные дни, премии за 2020 год, а также процентов за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации морального вреда.

Решением Центрального районного суда города Читы от 25 ноября 2021 года (с учетом определения этого же суда от 15 декабря 2021 года об исправлении описки) исковые требования Е.А. Корнеевой удовлетворены частично: в ее пользу с работодателя взыскана оплата работы в выходные и нерабочие праздничные дни в размере 168 277,34 руб., проценты за задержку выплаты заработной платы в сумме 16 976,38 руб., компенсация морального вреда в размере 12 000 руб. В удовлетворении требований об оплате работы в выходные дни с 12 по 14 февраля 2021 года отказано, поскольку суд посчитал не доказанным факт привлечения заявительницы к работе в указанные дни по распоряжению работодателя. Кроме того, суд отказал во взыскании премии, поскольку на основе действующего у работодателя положения о премировании, предусматривающего выплату премии на основании оценки результативности работника за определенный период, пришел к выводу, что премия по итогам года не является обязательной частью заработной платы, а потому ее выплата является правом, а не обязанностью работодателя.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Забайкальского краевого суда от 8 февраля 2022 года (с учетом дополнительного апелляционного определения этого же суда от 21 февраля 2022 года) решение суда первой инстанции отменено в части удовлетворения требований о взыскании невыплаченной заработной платы, процентов за ее задержку, компенсации морального вреда и вынесено новое решение, которым заявительнице отказано в иске. Суд апелляционной инстанции исходил из того, что Е.А. Корнеева выразила письменное согласие на привлечение ее к работе в выходные и нерабочие праздничные дни с оплатой соответствующей работы в одинарном размере и предоставлением других дней отдыха. В то же время, как было установлено судом, за предоставлением дней отдыха за работу в выходные и нерабочие праздничные дни заявительница обращалась к работодателю только дважды, и эти дни были ей предоставлены соответствующими приказами работодателя (хотя второй приказ - ввиду отзыва Е.А. Корнеевой своего заявления о предоставлении дней отдыха - был впоследствии отменен). При этом работодатель не препятствовал ей в использовании дней отдыха в период действия трудового договора, а непосредственно перед увольнением она также не выразила желания использовать полагающиеся ей дни отдыха. Замена же дней отдыха за работу в выходные и нерабочие праздничные дни денежной компенсацией при увольнении работника законодательством не предусмотрена. В части отказа в удовлетворении требования о выплате премии решение суда первой инстанции не было предметом проверки в суде апелляционной инстанции, поскольку сторонами не обжаловалось.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 13 октября 2022 года указанные судебные акты оставлены без изменения, а кассационная жалоба заявительницы - без удовлетворения. Суд кассационной инстанции, отметив различие между премией, являющейся частью заработной платы, и премией как мерой поощрения, указал на то обстоятельство, что критерии премирования определяются работодателем. Согласно локальным нормативным актам работодателя премия по итогам года выплачивается лишь работникам, работающим на дату издания (дату регистрации) работодателем приказа о премировании. Заявительница же была уволена 12 марта 2021 года, в то время как приказ о премировании был издан 23 апреля 2021 года. При этом промежуточное годовое вознаграждение в размере 93 502,25 руб. она получила.

В передаче кассационной жалобы Е.А. Корнеевой для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отказано определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2023 года, оснований для несогласия с которым не усмотрел и заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации, о чем заявительница была уведомлена письмом от 25 мая 2023 года.

По мнению Е.А. Корнеевой, статья 22, часть первая статьи 129, статья 132, части первая и вторая статьи 135, части первая и четвертая статьи 153 и статья 191 Трудового кодекса Российской Федерации не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 37 (части 1-3) и 55, поскольку по смыслу, придаваемому данным законоположениям правоприменительной практикой, позволяют работодателю:

злоупотреблять правом, привлекая работника к работе в выходные и нерабочие праздничные дни, осуществляя при этом оплату такой работы в одинарном размере, без предоставления ему дней отдыха за работу в указанные дни;

не выплачивать работнику, отработавшему полный календарный год, премию по итогам года в случае его увольнения до издания приказа о премировании, несмотря на надлежащее исполнение этим работником своих трудовых обязанностей и его вклад в достижение совокупного результата труда.

Тем самым, как полагает Е.А. Корнеева, ограничивается свобода труда, нарушаются принципы равенства, защиты правомерных ожиданий работника и уважения труда граждан.

2. В соответствии со статьей 125 (пункт "а" части 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой статьи 3, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" гражданин вправе обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод законом, иным нормативным актом и такая жалоба признается допустимой, если, в частности, имеются признаки нарушения прав и свобод заявителя в результате применения оспариваемого нормативного акта в конкретном деле с его участием.

2.1. Как следует из содержания жалобы, статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации оспаривается Е.А. Корнеевой в полном объеме, хотя доводы заявительницы свидетельствуют о том, что фактически она связывает нарушение своих прав, в частности, с теми ее положениями, которые обязывают работодателя обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности и выплачивать в полном размере причитающуюся им заработную плату в сроки, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (абзацы шестой и седьмой части второй). Данные обязанности работодателя направлены на обеспечение права работника на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы (абзац пятый части первой статьи 21 названного Кодекса).

В силу этого приведенные положения статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации - как сами по себе, так и во взаимосвязи с оспариваемой Е.А. Корнеевой статьей 132 данного Кодекса, закрепляющей требование об установлении оплаты труда в зависимости исключительно от объективных критериев (квалификация работника, сложность выполняемой работы, количество и качество затраченного труда) и без какой-либо дискриминации, - не могут расцениваться как нарушающие права граждан, в том числе заявительницы.

Что же касается иных оспариваемых Е.А. Корнеевой положений статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации, то представленные заявительницей копии судебных решений не подтверждают их применение судом в ее конкретном деле. Само же по себе упоминание данной статьи в целом в тексте судебного акта, с учетом неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позиции, еще не свидетельствует о ее применении судом в полном объеме (определения от 20 июля 2021 года N 1587-О, от 28 апреля 2022 года N 1027-О, от 31 января 2023 года N 11-О и др.).

2.2. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, часть первая статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации относится к нормам, определяющим общие понятия, используемые в разделе VI "Оплата и нормирование труда" названного Кодекса, содержит лишь норму-дефиницию и как таковая права граждан не затрагивает. Вместе с тем, называя в оспариваемой норме премию в качестве составной части заработной платы работника, законодатель закрепляет, что заработная плата конкретного работника устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть первая статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации), которые включают в том числе системы премирования. Это предполагает определение размера, условий и периодичности премирования в коллективных договорах, соглашениях, локальных нормативных актах в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть вторая названной статьи), а также возможность защиты соответствующих прав работника в судебном порядке (определения от 27 июня 2017 года N 1272-О, от 21 июля 2022 года N 2000-О, от 20 июля 2023 года N 1845-О и др.).

Более того, в силу части шестой статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Это означает, что при определении правил предоставления установленных системой оплаты труда стимулирующих выплат вообще и премиальных выплат в частности субъекты коллективно-договорного и локального нормотворчества во всяком случае не могут действовать произвольно; свобода их усмотрения при реализации соответствующих полномочий ограничена прежде всего конституционными предписаниями, возлагающими на них обязанность действовать с соблюдением принципов равенства и справедливости, а также нормами трудового законодательства, чье социальное предназначение заключается, главным образом, в защите прав и интересов работника как слабой стороны трудового правоотношения.

Таким образом, условия начисления и выплаты премий, устанавливаемые в коллективных договорах, соглашениях, локальных нормативных актах, должны соответствовать как общим нормам трудового законодательства об оплате труда, в том числе вытекающему из конституционных принципов равенства и справедливости отраслевому принципу обеспечения равной оплаты за труд равной ценности, так и иным, основывающимся на тех же конституционных предписаниях, принципам правового регулирования трудовых отношений, в частности, таким как запрещение дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, равенство прав и возможностей работников, обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы (статья 2, часть вторая статьи 132 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исходя из этого, а также учитывая природу премиальных выплат и выполняемую ими в системе оплаты труда стимулирующую функцию, всем работникам, полностью отработавшим определенный календарный период и достигшим одинаковых показателей, премиальные выплаты по результатам работы за данный период должны производиться на равных условиях, а размер таких выплат, начисляемых различным работникам, должен быть сопоставимым (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июня 2023 года N 32-П).

С учетом приведенных правовых позиций оспариваемые Е.А. Корнеевой положения частей первой и второй статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе в их взаимосвязи с его статьей 132, также не могут расцениваться как нарушающие права заявительницы в указанном в жалобе аспекте.

2.3. Статья 191 Трудового кодекса Российской Федерации, действуя в нормативной связи, в частности, с положением абзаца четвертого части первой статьи 22 данного Кодекса, предоставляет работодателю право поощрять работников за добросовестный и эффективный труд (в том числе путем выдачи премии) и допускает возможность расширения коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, уставами и положениями о дисциплине установленного законом перечня видов поощрений работников за труд. Причем предусмотренная частью первой статьи 191 названного Кодекса премия как один из видов материального поощрения за добросовестный труд по своей природе не является составной частью заработной платы (не носит регулярного характера), а ее выплата относится к исключительной дискреции работодателя. Тем самым соответствующие законоположения направлены на обеспечение эффективного управления трудовой деятельностью, не затрагивают вопросов, связанных с установлением заработной платы и определением ее составляющих, а потому не могут расцениваться как нарушающие права работников (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2020 года N 2080-О, от 28 апреля 2022 года N 899-О и др.).

Проверка же обоснованности отказа заявительнице в выплате премии по итогам года предполагает не только исследование фактических обстоятельств конкретного дела, но и проверку обоснованности решений судов общей юрисдикции с учетом содержания локального нормативного акта работодателя, а также оценку соответствия положений данного акта отраслевым принципам правового регулирования отношений в сфере оплаты труда, что к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относится.

Таким образом, жалоба Е.А. Корнеевой в части оспаривания конституционности статьи 22, части первой статьи 129, статьи 132, частей первой и второй статьи 135 и статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации не может быть признана допустимой.

3. Что же касается оспариваемых заявительницей положений статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации, то, как следует из содержания жалобы, конституционность части первой данной статьи оспаривается Е.А. Корнеевой в нормативной связи с частью четвертой той же статьи и лишь постольку, поскольку на основании данных законоположений решается вопрос об оплате работы в выходные и нерабочие праздничные дни при увольнении работника, которому - вопреки достигнутому между работником и работодателем соглашению - не были предоставлены полагающиеся за такую работу дни отдыха.

Между тем вопрос о соответствии Конституции Российской Федерации как части первой, так и части четвертой статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации уже был предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации.

3.1. В Постановлении от 28 июня 2018 года N 26-П, вынесенном по жалобам граждан Д.В. Апухтина, К.К. Багирова и других, Конституционный Суд Российской Федерации признал часть первую статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации не противоречащей Конституции Российской Федерации и, выявив конституционно-правовой смысл данного законоположения, указал, что правовое регулирование оплаты труда в выходные и нерабочие праздничные дни, предусмотренное частями первой - третьей названной статьи, призвано не только обеспечить работнику оплату за работу в выходной или нерабочий праздничный день в повышенном размере и компенсировать тем самым отрицательные последствия отклонения условий его работы от нормальных, но и гарантировать эффективное осуществление им права на справедливую заработную плату, что отвечает целям трудового законодательства и согласуется с основными направлениями государственной политики в области охраны труда, одним из которых является приоритет сохранения жизни и здоровья работников (статьи 1 и 2, часть первая статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом из части первой статьи 153 данного Кодекса, предусматривающей в качестве общего правила оплату за работу в выходной или нерабочий праздничный день не менее чем в двойном размере, во взаимосвязи с положениями абзаца второго части второй его статьи 22, а также статей 132 и 149 однозначно следует, что работа в выходной или нерабочий праздничный день должна оплачиваться каждому работнику в большем размере, чем аналогичная работа, произведенная им в обычный рабочий день. Повышение размера оплаты труда в таких случаях призвано компенсировать увеличенные в связи с осуществлением работы в предназначенное для отдыха время трудозатраты работника, а потому, будучи гарантией справедливой оплаты труда в условиях, отклоняющихся от нормальных, должно распространяться на всех лиц, работающих по трудовому договору, независимо от установленного для них режима рабочего времени и системы оплаты труда. Предусмотренные же в рамках конкретной системы оплаты труда компенсационные и стимулирующие выплаты, которые применяются в целях максимального учета разнообразных факторов, характеризующих содержание, характер и условия труда, прочие объективные и субъективные параметры трудовой деятельности, а также начисляются к окладу (должностному окладу) либо тарифной ставке работника и являются неотъемлемой частью оплаты его труда, должны, по смыслу частей первой и второй статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации, учитываться работодателем при определении заработной платы работника и начисляться за все периоды работы, включая и выходные, и нерабочие праздничные дни.

Данное Постановление Конституционного Суда Российской Федерации сохраняет силу, а высказанные в нем правовые позиции носят общий характер и в полной мере применимы к трудовым отношениям с участием любых категорий работников, заработная плата которых помимо оклада (должностного оклада) либо тарифной ставки включает компенсационные и стимулирующие выплаты (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2019 года N 2669-О).

Таким образом, часть первая статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации, применяемая с учетом ее конституционно-правового истолкования, данного в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 июня 2018 года N 26-П, не может расцениваться как нарушающая конституционные права Е.А. Корнеевой в обозначенном ею аспекте, а жалоба заявительницы и в этой части не может быть признана допустимой.

3.2. Основываясь на правовых позициях, высказанных в Постановлении от 28 июня 2018 года N 26-П, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 6 декабря 2023 года N 56-П, вынесенном по жалобам граждан Н.А. Варнаковой, Л.Г. Жуковой, О.А. Котивец и Т.С. Кубряк, указал, что части первая - третья статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации содержат достаточное регулирование оплаты работы в выходные и нерабочие праздничные дни в повышенном размере, а часть первая статьи 127 данного Кодекса свидетельствует о наличии в трудовом законодательстве правового инструментария, позволяющего трансформировать нереализованное право на отдых в денежные выплаты. Соответственно, если работник вместо реализации конституционного права на отдых посредством использования выходных или нерабочих праздничных дней выполнял свои трудовые обязанности и тем самым работал сверх установленной продолжительности рабочего времени в условиях, отклоняющихся от нормальных, однако не получил за это, помимо оплаты такой работы в обычном (одинарном) размере, никакой адекватной компенсации от работодателя, последний обязан при увольнении работника заменить неиспользованные дни отдыха повышенной оплатой работы в выходные и нерабочие праздничные дни, а сам факт выбора ранее работником по согласованию с работодателем предоставления других дней отдыха вместо повышенного размера оплаты не может рассматриваться как препятствие для получения им такой денежной выплаты.

Исходя из этого Постановлением от 6 декабря 2023 года N 56-П Конституционный Суд Российской Федерации признал часть четвертую статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования она предполагает, что в том случае, когда между работником и работодателем по желанию работника достигнуты соглашения о предоставлении дней отдыха за работу в выходные или нерабочие праздничные дни, но на день увольнения они не были предоставлены, работнику в день увольнения выплачивается за весь период трудовой деятельности у данного работодателя разница между оплатой работы в указанные дни по правилам частей первой - третьей статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации и произведенной за эти дни оплатой в одинарном размере; федеральному законодателю поручено внести изменения в действующее правовое регулирование предоставления в соответствии с частью четвертой статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации дней отдыха за работу в выходные и нерабочие праздничные дни.

Таким образом, вопрос, поставленный заявительницей, уже разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в названном Постановлении, сохраняющем силу, что, согласно пункту 3 части первой статьи 43 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", является основанием для отказа в принятии обращения в данной части к рассмотрению Конституционным Судом Российской Федерации.

Между тем, согласно части пятой статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", если до принятия Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению жалобы, по результатам рассмотрения которой Конституционный Суд Российской Федерации принял постановление, предусмотренное пунктами 1.1 или 2 части первой статьи 87 данного Федерального конституционного закона, в Конституционный Суд Российской Федерации была подана по тому же предмету другая жалоба, дело по которой не было принято к рассмотрению или не было соединено в одном производстве с делом, по которому вынесено соответствующее постановление, Конституционный Суд Российской Федерации, отказывая в принятии ее к рассмотрению на основании пункта 3 части первой статьи 43 этого Федерального конституционного закона или прекращая производство по ней, вправе указать в определении на то, что конкретное дело данного заявителя или лица, в интересах которого подана жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации, подлежит пересмотру.

Поскольку первоначальная жалоба Е.А. Корнеевой, в которой нарушение своих прав она связывает с применением в ее деле в том числе положений статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации, получена Конституционным Судом Российской Федерации 19 июля 2023 года, т.е. до принятия к рассмотрению жалоб граждан Н.А. Варнаковой, Л.Г. Жуковой, О.А. Котивец и Т.С. Кубряк на нарушение их конституционных прав частью четвертой указанной статьи, правоприменительные решения по делу заявительницы, основанные на названном законоположении в истолковании, расходящемся с его конституционно-правовым смыслом, выявленным в Постановлении от 6 декабря 2023 года N 56-П, подлежат пересмотру в установленном порядке.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 2 и 3 части первой статьи 43, частью первой статьи 79 и частью пятой статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Признать жалобу гражданки Корнеевой Елены Анатольевны в части оспаривания конституционности части четвертой статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявительницей вопроса не требуется вынесения предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" итогового решения в виде постановления.

2. Правоприменительные решения по делу гражданки Корнеевой Елены Анатольевны, основанные на части четвертой статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации в истолковании, расходящемся с ее конституционно-правовым смыслом, выявленным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 6 декабря 2023 года N 56- П, подлежат пересмотру в установленном порядке.

3. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Корнеевой Елены Анатольевны в части оспаривания конституционности статьи 22, части первой статьи 129, статьи 132, частей первой и второй статьи 135, части первой статьи 153 и статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

4. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д. Зорькин

Обзор документа


Гражданка пыталась оспорить ряд норм, в т. ч. касающихся компенсаций сотрудникам за работу в выходные и праздники.

Работа в такие дни либо оплачивается не менее, чем в двойном размере, либо компенсируется одинарной оплатой и последующим предоставлением отгула.

Как указала заявительница, положения позволяют работодателю не компенсировать упомянутые неиспользованные отгулы при увольнении сотрудника.

КС РФ отметил, что поставленный гражданкой вопрос он уже разрешил в декабре 2023 г.

Было разъяснено, что при увольнении сотрудника упомянутый неиспользованный отгул обязаны заменять повышенной оплатой. Она рассчитывается по общим правилам с вычетом из нее уже полученной одинарной выплаты за работу в выходной или праздничный день. Законодателю было указано на необходимость принять соответствующие поправки.

КС РФ обязал пересмотреть правоприменительные решения по делу заявительницы, основанные на ином толковании норм, т. к. она подала жалобу раньше, чем заявители, по обращению которых и был разрешен рассматриваемый вопрос.

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ: