Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 22 апреля 2026 г. N Ф10-940/26 по делу N А14-5693/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2026 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 апреля 2026 года.

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Смотровой Н.Н.,

судей Копырюлина Ю.В., Радвановской Ю.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ковтуновой И.Б.,

при участии в судебном заседании:

от МИФНС N 17 по Воронежской области - представителей Волчанского А.В. по доверенности N 00-21/052 от 26.12.25, Бровченко Н.В. по доверенности от 12.01.26, Горошко Н.О, по доверенности N 00-00-021/011 от 14.01.26, Орешкиной О.Ю. по доверенности N 00-21/048 от 26.12.25;

от ПАО "Россети Центр" - представителя Уханова А.В. по доверенности N Д-ЦА/18 от 12.02.25;

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием видеоконференцсвязи при содействии при содействии Арбитражного суда Воронежской области кассационную жалобу Межрайонной ИФНС России N 17 по Воронежской области на решение Арбитражного суда Воронежской области от 22.10.2025 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2026 по делу N А14-5693/2025,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество "Россети Центр" (далее - общество) обратилось в Арбитражный суд Воронежской области к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 17 по Воронежской области (далее - инспекция) с заявлением о признании недействительным решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения N 1966 от 09.09.24.

Решением суда первой инстанции от 22.10.25, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.26, требования общества удовлетворены, на налоговый орган возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества.

Не согласившись с принятыми судебными актами, инспекция обратилась в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в связи с нарушением и неправильным применением судами при их принятии норм материального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела, и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В отзыве на кассационную жалобу общество возражает против ее удовлетворения ввиду законности обжалуемых судебных актов.

Кассационная жалоба рассматривается Арбитражным судом Центрального округа в установленном гл. 35 АПК РФ порядке.

Представители инспекции в судебном заседании настаивали на отмене обжалуемых судебных актов, поддержав приведенные в кассационной жалобе доводы.

Представитель общества возражал против отмены обжалуемых судебных актов, поддержав приведенные в отзыве на кассационную жалобу доводы, пояснил, что у общества помимо объектов с номинальным классом напряжения до 10 кВ, имеются и иные объекты, с более высоким классом напряжения, которые подлежат обложению налогом на имущество организации, с чем общество не спорит, и в отношении которых обществом уплачиваются налоги. Также представитель общества пояснил, что у общества постоянно действует инвестпрограмма, которая утверждается сроком на три года и постоянно уточняется.

Проверив в порядке ст. 286 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не нашел оснований для их отмены, исходя из следующего.

ПАО "Россети Центр" является дочерним обществом ПАО "Федеральная сетевая компания - Россети", обеспечивающим передачу и распределение электрической энергии, технологическое присоединение к электрическим сетям.

Указом Президента Российской Федерации от 04.08.2004 N 1009 "Об утверждении Перечня стратегических предприятий и стратегических акционерных обществ" ПАО "Федеральная сетевая компания - Россети" включено в перечень стратегических акционерных обществ (п. 513.2), акции которого находятся в федеральной собственности и участие Российской Федерации в управлении которым обеспечивает стратегические интересы государства, обороноспособность и безопасность государства, прав и законных интересов граждан Российской Федерации.

Судами установлено, что обществом в налоговый орган представлены налоговые декларации:

19.03.21 - первичная налоговая декларация по налогу на имущество организаций за 2020 год, согласно которой сумма налога к уплате составила 225 979 383 руб. (налог оплачен обществом в полном объеме);

28.12.23 - корректирующая (уточненная) налоговая декларация по налогу на имущество организаций за 2020 год, в соответствии с которой сумма налога к уменьшению составила 107 318 366 руб.

Инспекцией инициирована камеральная налоговая проверка (далее - КНП) уточненной налоговой декларации в период с 28.12.23 по 28.03.24, по результатам которой составлен акт налоговой проверки от 11.04.24 N 1377, дополнение к акту налоговой проверки N 5 от 02.08.24 и принято решение от 09.09.24 N 1966 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым обществу начислен налог на имущество организаций в размере 107 318 366 руб. (т. 1 л.д. 24 - 60).

Основанием для принятия оспариваемого решения послужили выводы инспекции о нарушение обществом положений ст.ст. 374, 375 НК РФ, выразившееся в неисчислении суммы налога на имущество организаций в размере 107 318 366 руб. в связи с исключением из объектов налогообложения имущества, являющегося неотъемлемой технологической частью линий энергопередач.

Решением управления от 10.01.25 N 15-07/00248@ жалоба общества на оспариваемое решение инспекции оставлена без удовлетворения (т. 1 л.д. 62 - 70).

Полагая, что решение инспекции не соответствует закону, нарушает права и законные интересы общества, последнее обратилось в суд с рассмотренным заявлением.

Удовлетворяя требования общества, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями ст.ст. 373, 374, 375, 378.2 НК РФ, ст.ст.130, 131, 141.3 ГК РФ, п. 10.1, 10.2 ст. 1, п. 5 ч. 17 ст. 51 ГрК РФ, Федерального закона от 13.07.15 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", Федерального закона от 07.07.2003 N 126-ФЗ "О связи", положениями по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01, утвержденного приказом Минфина России от 30.03.2001 N 26н (действовало в спорном налоговом периоде 2020 года), общероссийским классификатором основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008), принятый и введенный в действие приказом Росстандарта от 12.12.14 N 2018-ст, правилами технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом Минэнерго России от 13.01.2003 N 6 (действовали в спорном налоговом периоде 2020 года), ГОСТ 24291-90 "Межгосударственный стандарт. Электрическая часть электростанции и электрической сети. Термины и определения", утвержденного и введенного в действие постановлением Госстандарта СССР от 27.12.1990 N 3403, ГОСТ 19431-84 "Государственный стандарт Союза ССР. Энергетика и электрификация. Термины и определения", введенного в действие постановлением Госстандарта СССР от 27.03.1984 N 1029 (действовал в спорном налоговом периоде 2020 года), перечнем случаев, при которых для строительства, реконструкции объекта капитального строительства не требуется получение разрешения на строительство, утвержденный постановлением Правительства РФ от 12.11.20 N 1816, Переченем имущества, относящегося к линиям энергопередачи, сооружений, являющихся их неотъемлемой технологической частью, утвержденный постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 N 504, пришли к выводу о том, что у инспекции не имелось оснований для взимания с общества налога на имущество организаций со стоимости спорных объектов, отсутствовали основания для указания в п.п. 3.1 и 3.2 обжалуемого решения недоимки в размере 107 318 366 руб., а также предложения ее уплатить.

Суд кассационной инстанции, с учетом предоставленных ему ч.1 ст. 286 АПК РФ полномочий, не находит оснований для отмены судебных актов, исходя из следующего.

В силу с ч. 1 ст. 198, ч. 4 ст. 200, ч. 3 ст. 201 АПК РФ, исходя из разъяснений п. 6 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением ч. 1 ГК РФ", ненормативный акт, решение и действие (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц могут быть признаны недействительными или незаконными при одновременном несоответствии закону и нарушении прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч. 1 ст. 65 и ч. 5 ст. 200 АПК РФ орган, должностное лицо должны доказать соответствие их решения, действия (бездействия) закону; обязанность по доказыванию нарушения оспариваемым решением, действием (бездействием) прав и законных интересов возлагается на лицо, обратившееся в суд за его оспариванием.

Вместе с тем, указанные нормы не освобождают заявителя от обязанности доказывания обстоятельств, на которые он ссылается как на основании своих требований и возражений.

Согласно п. 1 ст. 373 НК РФ организации, имеющие имущество, признаваемое объектом налогообложения в соответствии со ст. 374 НК РФ, признаются налогоплательщиками налога на имущество организаций.

В силу п. п. 1 п. 1 ст. 374 НК РФ объектом налогообложения признается недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе организации в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета, в случае, если налоговая база в отношении такого имущества определяется в соответствии с п. 1 ст. 375 НК РФ, если иное не предусмотрено ст.ст. 378 и 378.1 НК РФ.

Исходя из п. 1 ст. 375 НК РФ, налоговая база определяется как среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

В соответствии с п. 2 ст. 375 НК РФ налоговая база в отношении отдельных объектов недвижимого имущества определяется как их кадастровая стоимость, внесенная в ЕГРН и подлежащая применению с 1 января года налогового периода, с учетом особенностей, предусмотренных ст. 378.2 НК РФ.

Обязанность по уплате налога на имущество организаций ограничена законодателем теми объектами, которые являются недвижимостью в силу своих природных свойств - объектами, прочно связанными с землей, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе зданиями, сооружениями (абз. 1 п. 1 ст. 130 ГК РФ), либо признаются недвижимостью в силу прямого указания закона о том, что соответствующий объект подчинен режиму недвижимых вещей (абз. 2 п. 1 ст. 130 ГК РФ).

На основании ст.ст. 130 и 131 ГК РФ к недвижимому имуществу относятся земельные участки, здания, сооружения, объекты незавершенного строительства, водные и воздушные суда и иные объекты, подлежащие государственной регистрации или государственному учету.

При этом наличие сведений об имуществе в ЕГРН в силу п. 6 ст. 8.1 ГК РФ имеет доказательное значение для целей налогообложения, но не является безусловным для квалификации имущества в качестве объекта налогообложения.

Определенность налогообложения при взимании налога на имущество организаций обеспечивается за счет использования установленных в бухгалтерском учете критериев признания имущества налогоплательщика (движимого и недвижимого) в качестве соответствующих объектов основных средств.

Согласно п. 5 положения по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01, утвержденного приказом Минфина России от 30.03.2001 N 26н (далее - положение ПБУ 6/01, действовало в спорном налоговом периоде 2020 года), к основным средствам относятся: здания, сооружения, рабочие и силовые машины и оборудование, измерительные и регулирующие приборы и устройства, вычислительная техника, транспортные средства, инструмент, производственный и хозяйственный инвентарь и принадлежности, рабочий, продуктивный и племенной скот, многолетние насаждения, внутрихозяйственные дороги и прочие соответствующие объекты.

Единицей бухгалтерского учета основных средств является инвентарный объект. Инвентарным объектом основных средств признается объект со всеми приспособлениями и принадлежностями или отдельный конструктивно обособленный предмет, предназначенный для выполнения определенных самостоятельных функций, или же обособленный комплекс конструктивно сочлененных предметов, представляющих собой единое целое и предназначенный для выполнения определенной работы (п. 6 положения ПБУ 6/01).

То есть допускается объединение нескольких объектов основных средств в один инвентарный объект (комплекс конструктивно сочлененных предметов), если каждый входящий в комплекс предмет может выполнять свои функции только в составе комплекса, а не самостоятельно. Однако в случае наличия у одного объекта нескольких частей каждая такая часть учитывается как самостоятельный инвентарный объект, если сроки полезного использования частей существенно отличаются.

Основой классификации объектов основных средств в бухгалтерском учете выступает общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008), принятый и введенный в действие приказом Росстандарта от 12.12.14 N 2018-ст (далее - ОК 013-2014 (СНС 2008), ОКОФ).

То есть каждый объект основных средств ставится на учет по правилам бухгалтерского учета на основании кодов и наименований объектов, указанных в общероссийском классификаторе основных фондов в разное время по мере ввода в эксплуатацию.

Из содержания классификатора также следует, что оборудование для осуществления процесса производства путем выполнения тех или иных технических функций, связанных с изменением предмета труда, в том числе, установленное на фундаменте, по общему правилу не классифицируется в качестве сооружений (не отвечает определению понятия "сооружение"), а подлежит классификации в соответствующих группировках машин и оборудования. Учитывая изложенное, если иное не вытекает из содержания Положения ПБУ 6/01 и классификатора основных фондов (основных средств), машины и оборудование, приобретенные как объекты движимого имущества, учитываются в бухгалтерском учете отдельно от зданий и сооружений в качестве самостоятельных инвентарных объектов.

Судами проанализированы представленные в материалы дела письменные доказательства по вопросу устройства, нормативного регулирования и технических характеристик спорных объектов основных средств общества.

В отношении воздушных линий электропередач (далее - ВЛ) напряжением 0,4-10 кВ суды исходили из следующего.

Из правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом Минэнерго России от 13.01.2003 N 6 (действовали в спорном налоговом периоде 2020 года) следует, что воздушная линия электропередач - устройство для передачи электроэнергии по проводам, расположенным на открытом воздухе и прикрепленным с помощью изоляторов и арматуры к опорам или кронштейнам и стойкам на инженерных сооружениях (мостах, путепроводах и т.п.) (причем за начало и конец воздушной линии электропередачи принимаются линейные порталы или линейные вводы распределительного устройства, а для ответвлений - ответвительная опора и линейный портал или линейный ввод распределительного устройства).

Согласно п. 51 ГОСТ 24291-90 "Межгосударственный стандарт. Электрическая часть электростанции и электрической сети. Термины и определения", утвержденного и введенного в действие постановлением Госстандарта СССР от 27.12.1990 N 3403 (далее - ГОСТ 24291-90), воздушная линия электропередачи (ВЛ) - это линия электропередачи, провода которой поддерживаются над землей с помощью опор, изоляторов.

В п. 34 ГОСТ 19431-84 "Государственный стандарт Союза ССР. Энергетика и электрификация. Термины и определения", введенного в действие постановлением Госстандарта СССР от 27.03.1984 N 1029 (действовал в спорном налоговом периоде 2020 года), линия электропередачи определена как электрическая линия, выходящая за пределы электростанции или подстанции и предназначенная для передачи электрической энергии на расстояние.

В отношении линии электропередач нормативно четко определены ее начало и конец, что делает нормативно неправильным включение в ее состав трансформаторных подстанций, распределительных устройств, ВОЛС, иного энергетического оборудования и других линий электропередачи.

Для ВЛ 0,4, 6 и 10 кВ в качестве основных и единственных несущих элементов опоры используются железобетонные стойки, которые крепятся исключительно путем погружения стойки в пробуренный котлован в земле определенного диаметра и глубины, с последующей трамбовкой и присыпкой земли. Для ВЛ 0,4-10 кВ способы крепления опор в земле однотипны, вне зависимости от типа проводов, материала опор (ж/б, дерево, дерево на ж/б приставках). Конструкция опор и их способы крепления в земле не предусматривает фундаментов, данные ВЛ не имеют неразрывной связи с землей, возможен их демонтаж, не нарушающий их свойств и характеристик, и повторное применение после демонтажа. В данном случае необходимости иметь прочную связь с землей, а именно фундамента, не имеется, площадь земельного участка для установки опоры воздушной линии электропередачи напряжением до 10 кВ включительно определяется как площадь контура, равного поперечному сечению опоры на уровне земли; ВЛ закрепляются в грунте путем установки в сверлильный котлован с последующей его засыпкой, без бетонирования. Для воздушных линий электропередачи напряжением 10 кВ и ниже используются унифицированные опоры на базе железобетонных и деревянных стоек различной длины. Данные стойки устанавливаются с помощью бурильно-крановых машин в рассверленные ямы диаметром от 350 до 450 мм и глубиной 1,8 - 2,5 м. Для закрепления стоек в земле используется обратная засыпка с послойным уплотнением. Данная технология не дает неразрывной связи с землей и позволяет демонтировать опоры без повреждений и нанесения несоразмерного ущерба их назначению. Демонтируемые при выполнении работ по техническому перевооружению и реконструкции элементы ВЛ после оценки технического состояния и определения соответствия требованиям НТД используются повторно.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: ВЛ 04 кВ от ТП-3-8 ф2 Н.Ольшан 0,4 км (инвентарный номер 012976/Л) и ВЛ 10 кВ N 2 ПС Урыв (инвентарный номер 502278/Л), указанных в приложении N 2 к решению инспекции от 09.09.24 N 1966 "Перечень объектов движимого имущества, исключенного из налогооблагаемой базы по налогу на имущество за 2020 год (корректировка N 1) по филиалу "Воронежэнерго".

В производственной деятельности общества имеются факты оказания услуг, предметом которых является вынос с земельного участка линий электропередач, что подтверждает возможность перемещения ВЛ.

Разрешение на строительство линий электропередач и объектов электросетевого хозяйства с номинальным классом напряжения до 10 киловольт не требуется (п. 5 ч. 17 ст. 51 ГрК РФ). Перечень случаев, при которых для строительства, реконструкции объекта капитального строительства не требуется получение разрешения на строительство, утвержден постановлением Правительства РФ от 12.11.2020 N 1816 (далее - перечень N 1816)), что подтверждает отсутствие у них признаков недвижимого имущества.

Как правильно указали на то суды, представленные документы показывают, что операции по демонтажу опор ВЛ, вынос линий электропередач являются обычной для деятельности сетевой организации. Перечисленные инспекцией объекты могут быть перемещены без ущерба их назначению, демонтированы и смонтированы вновь, что исключает возможность признания спорных объектов недвижимым имуществом.

В отношении кабельных линий электропередачи суды пришли к следующим выводам.

В соответствии с п. 52 ГОСТ 24291-90 кабельная линия электропередачи (КЛ) - линия электропередачи, выполненная одним или несколькими кабелями, уложенными непосредственно в землю, кабельные каналы, трубы, на кабельные конструкции.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: КЛ 0,4 кВ N 1 КТП 3-8 ПС Шишовка (инвентарный номер 12025685/Л) и КЛ 10 кВ N 08 ПС Воля (инвентарный номер 12020434-00), указанных в приложении N 2 к решению Инспекции от 09.09.24 N 1966 "Перечень объектов движимого имущества, исключенного из налогооблагаемой базы по налогу на имущество за 2020 год (корректировка N 1) по филиалу "Воронежэнерго".

Исходя из технической документации, прокладка кабельной линии напряжением 0,4 - 10 кВ осуществляется в траншею шириной 0,3 м и глубиной 0,7 - 0,9 м. При прокладке кабельной линии применяются следующие работы: рытье траншеи в грунте, обратная засыпка траншеи просеянной землей или песком, укладка кабеля в траншею, обратная засыпка траншеи обычным вынутым при копке траншеи грунтом. Какие-либо работы капитального характера при прокладке кабеля не применяются.

Порядок укладки кабельных линий напряжением 0,4 - 10 кВ свидетельствуют об отсутствии у них капитального характера, поскольку применяемые способы обуславливают возможность их демонтажа, обратного процессу монтажа. При их сооружении не используется цементирование, создание кабельных коллекторов, фундаментов и иных работ капитального характера, а также не возводятся какие-либо объекты недвижимости.

Данная технология не дает неразрывной связи с землей и позволяет демонтировать кабели без повреждений и нанесения несоразмерного ущерба их назначению.

Разрешение на строительство линий электропередачи и объектов электросетевого хозяйства с номинальным классом напряжения до 10 киловольт не требуется (п. 5 ч. 17 ст. 51 ГрК РФ и Перечень N 1816), что, как правильно указали суды, подтверждает отсутствие у них признаков недвижимого имущества.

Спорные объекты КЛ, включенные в раздел "Сооружения", не имеют капитального характера, что делает правомерным их отнесение в состав движимого имущества.

Перечисленные инспекцией объекты могут быть перемещены без ущерба их назначению, демонтированы и смонтированы вновь, что исключают возможность признания спорных объектов недвижимым имуществом.

В отношении электрических машин (трансформаторов) судами установлено следующее.

Функция электрических машин (трансформаторов) - преобразование электрической энергии с одного номинального напряжения до другого для согласованной работы электрической сети и приемников электрической энергии. Данное оборудование представляет собой электроустановки, предназначенные для преобразования (повышения или понижения) напряжения в сети переменного тока. Применяются для предоставления возможности потребителю получать электроэнергию соответствующего класса напряжения (низкого, среднего).

Согласно главе 4.2 "Распределительные устройства и подстанции напряжением выше 1 кВ", утвержденной Приказом N 242, трансформаторная подстанция - электроустановка, предназначенная для приема, преобразования и распределения энергии и состоящая из трансформаторов, РУ, устройств управления, технологических и вспомогательных сооружений (п. 4.2.6); комплектная трансформаторная ПС (КТП) - ПС, состоящая из трансформаторов, блоков (КРУ и КРУН) и других элементов, поставляемых в собранном или полностью подготовленном на заводе-изготовителе к сборке виде (п. 4.2.10); столбовая трансформаторная ПС (СТП) - открытая трансформаторная ПС, все оборудование которой установлено на одностоечной опоре ВЛ на высоте, не требующей ограждения ПС (п. 4.2.11); мачтовая трансформаторная ПС (МТП) - открытая трансформаторная ПС, все оборудование которой установлено на конструкциях (в том числе на двух и более стойках опор ВЛ) с площадкой обслуживания на высоте, не требующей ограждения ПС (п. 4.2.11).

В силу п. 1 ст. 130, п. 1 ст. 141.3 ГК РФ, ч. 6 и 7 ст. 1 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" трансформаторные подстанции, созданные в результате строительства в качестве зданий нежилого назначения или сооружений, которые связаны с землей так, что их перемещение без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, относятся к объектам недвижимости, в отношении которых осуществляется государственный кадастровый учет и права на которые подлежат государственной регистрации.

Трансформаторные подстанции, относящиеся к объектам движимого имущества, например, представляющие собой некапитальные строения, сооружения, не обладающие признаками недвижимости (п. 2 ст. 130 ГК РФ, п. 10.1, 10.2 ст. 1 ГрК РФ), не признаются объектами налогообложения налогом на имущество организаций.

Судами установлено, что спорные виды трансформаторных подстанций изначально поставляются в собранном или полностью подготовленном к сборке виде, установка трансформаторных подстанций шкафного типа осуществляется посредством закрепления рамы ТП на ж/б приставки, которые, в свою очередь, устанавливаются в котлованы в земле без применения капитального фундамента. КТП киоскового типа также могут быть установлены при помощи стоек (УСО), а также ж/б блоков, не заглубляемых в землю.

Приведенные выше типы трансформаторных подстанций, а также их опорные конструкции (ж/б стойки, приставки, блоки) не имеют неразрывной связи с землей, возможен их демонтаж, не нарушающий их свойств и характеристик, перемещение и повторное применение после демонтажа.

Трансформаторные подстанции в соответствии с ОК 013-2014 (СНС 2008) относятся к машинам и оборудованию (код 330 00.00.00.000) и не относятся к зданиям и сооружениям.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: трансформатор силовой 10 кВ; ТМГ-160/10/0,4; КТП 6-18 ПС Шишовка (инвентарный номер 13022724/Л).

При решении вопроса об отнесении волоконно-оптических линий связи (ВОЛС) к объектам налогообложения налогом на имущество организаций судами учитено следующее.

Требования к строительству волоконно-оптических линий связи (ВОЛС) установлены в правилах проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи, утвержденных Минэнерго России 27.12.2002 и Минсвязи России 24.04.2003 (далее - Правила проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи).

Как верно отмечено судами, вопрос об отнесении ВОЛС к объектам движимого или недвижимого имущества должен решаться в соответствии с содержанием правовых норм Федерального закона от 07.07.2003 N 126-ФЗ "О связи" (далее - закон о связи).

Согласно ч. 7 ст. 2 закона о связи к линиям связи относятся как движимое имущество - линии передачи, физические цепи, так и линейно-кабельные сооружения связи, которые в силу п. 1 ст. 8 закона о связи относятся к недвижимому имуществу.

С учетом изложенного, под ВОЛС может пониматься как размещенный в грунте волоконно-оптический кабель, так и линейно-кабельное сооружение связи с размещенным в нем волоконно-оптическим кабелем (либо без такового).

Исходя из норм отраслевого законодательства, к линиям энергопередачи, а также сооружениям, являющимся их неотъемлемой технологической частью, относится имущество, которое с учетом функционального назначения используется для передачи электроэнергии.

При этом ни глава 1.2 "Электроснабжение и электрические сети", ни глава 2.5 "Воздушные линии электропередачи напряжением выше 1 кВ", ни глава 4.2 "Распределительные устройства и подстанции напряжением выше 1 кВ" Правил устройства электроустановок не указывают в качестве элемента электрических сетей ВОЛС, поскольку ВОЛС не предназначен и не может служить средством для передачи и распределения электрической энергии.

Термины "волоконно-оптическая линия связи (ВОЛС)" и "волоконно-оптическая линия передачи (ВОЛП)" согласно сложившейся в отрасли связи практике используются в узком смысле для обозначения волоконно-оптических кабелей, которые не являются сооружениями связи и не относятся к объектам недвижимости.

Исходя из правил проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи, оптический кабель (ОК): кабельное изделие, содержащее оптические волокна, объединенные в единую конструкцию, обеспечивающую передачу световых сигналов в заданных условиях эксплуатации.

Назначение ВОЛС - передача информации. Для подвеса оптического кабеля используются элементы линий энергопередач и трансформаторных подстанций, которые приспособлены для размещения кабеля связи, но функционально и технологически не взаимосвязаны и не образуют единое целое с другими сооружениями связи. При перемещении объекта его назначение не изменяется, объекты также выполняют работу по передаче информации. В результате перемещения и повторного монтажа спорных объектов влияние на назначение объектов (выполнений функций по передачи информации) не происходит. Спорные объекты, смонтированные на новом месте, обеспечивают выполнение своего назначения (передачу информации) в полном объеме.

С учетом изложенного, как верно исходили из того суды, системы связи оптоволоконные (кабель оптический) не могут быть квалифицированы в качестве недвижимого имущества.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: волоконно-оптическая линия связи (ВОЛС) (инвентарный номер 2020225/И).

ВОЛС налогоплательщика состоят из кабеля ВОЛС, шкафов телекоммуникационных, оборудования ВОЛС, муфт, отпаек. Кабели и коммутационное оборудование, которые образуют ВОЛС, не являются объектами недвижимого имущества. Основные средства ВОЛС образованы движимым имуществом - оптическим кабелем и оконечным оборудованием.

Инспекция не представила каких-либо доказательств, что в состав линии связи помимо волоконно-оптической системы входило какое-либо оборудование или иное имущество, которое могло бы быть отнесено к недвижимости. Также налоговым органом не представлены в материалы дела доказательства того, что на возведение спорных объектов общество получало разрешения на строительство и на ввод в эксплуатацию.

Кроме того, право собственности на ВОЛС не может быть зарегистрировано. По смыслу п. п. 1 п. 3 положения об особенностях государственной регистрации права собственности и других вещных прав на линейно-кабельные сооружения связи, утвержденного постановлением Правительства РФ от 11.02.2005 N 68 (действовало до 27.08.21), физические цепи (кабеля) относятся к движимому имуществу.

Обществом получены отказы в государственной регистрации спорного имущества - уведомление Управления Росреестра по Ярославской области от 29.09.17 N 76/024/006/2017-084, уведомление Управления Росреестра по Тверской области от 07.07.16 N 09-08/35288-16, сообщения об отказе в государственной регистрации Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Владимирской области от 27.01.17 N 33/016/030/2016-876, от 27.01.17 N 33/016/030/2016-899, от 27.01.17 N 33/016/030/2016-901 от 27.01.17 N 33/016/030/2016-904, от 27.01.17 N 33/016/030/2016-905 (т. 2 л.д. 140 - 149).

Все спорные объекты ВОЛС приняты на учет обществом в качестве отдельных инвентарных объектов основных средств, что соответствует гл. 30 НК РФ и Положению ПБУ 6/01. Постановка на учет объектов ВОЛС как отдельных инвентарных объектов носит объективный характер и обусловлена наличием раздельного технологического назначения воздушных линий электропередач (ВЛ) и трансформаторных подстанций (ТП), которые приспосабливаются для размещения ВОЛС (передача и трансформация электроэнергии для первых и передача информации для ВОЛС), а также фактическим размещением ВОЛС на уже построенных и ранее функционировавших ВЛ и ТП. Эксплуатация налогоплательщиком ранее ВЛ и ТП без ВОЛС свидетельствует об отсутствии их неразрывной связи.

С учетом изложенного, судами установлено, что в составе ВОЛС обществом объекты недвижимого имущества отсутствуют.

В отношении разъединителей, панелей защиты, реакторов дугогасящих, реакторов управляемых, распределительных устройств, комплектно-распределительных устройств, реклоузеров, вакуумных выключателей, элегазовых и масляных выключателей судами, с учетом их характеристик, установлено, что приведенные объекты представляют собой оборудование или машины в связи с чем, правомерно его отнесение в состав движимого имущества.

Фактических обстоятельств, связанных с искусственным разделением единого объекта недвижимости, предназначения указанного оборудования для обслуживания объекта недвижимости, судами не установлено.

Относя спорные объекты к недвижимому имуществу, налоговый орган фактически обосновывал свои выводы единым функциональным значением всего оборудования в целях реализации предпринимательской деятельности общества - услуг по передаче электрической энергии.

Вместе с тем, как верно исходили из того суды, имеющиеся в НК РФ и бухгалтерском учете критерии признания имущества налогоплательщика (движимого и недвижимого) в качестве соответствующих объектов основных средств не позволяют признать все объекты электросетевого хозяйства как одну (единую) недвижимую вещь.

Общество не может поставить на бухгалтерский учет единый сложный технологический объект (энергетическая система (энергосистема), электроэнергетическая система, электрическая сеть), включающий в себя совокупность различных электроустановок, так как такой объект не содержится в ОК 013-2014 (СНС 2008).

Судами установлено, что общество изначально вело учет имущества, аналогичного спорному, в качестве самостоятельных инвентарных объектов, основываясь на: разнице во времени их ввода в эксплуатацию; различное территориальное расположение; различие выполняемых функций. Указанное подтверждает отсутствие у общества намерения осуществлять "искусственное разделение" некоего единого объекта.

С учетом изложенного, как верно указали суды, предложенный инспекцией учет объектов электросетевого хозяйства в качестве единого неделимого объекта не соответствует положениям главы 30 НК РФ, Положению ПБУ 6/01, ОК 013-2014 (СНС 2008).

Также инспекция полагала, что основанием для объединения объектов электросетевого хозяйства в единый неделимый объект (единый объект недвижимости) является и то, что объекты электросетевого хозяйства представляют собой сложный производственно-технологический комплекс, состоящий из совокупности оборудования, устройств и установок, предназначенных для выполнения определенной работы, объединены единым назначением, между которым присутствует неразрывная технологическая связь.

Вместе с тем, как верно указали на то суды, данные обстоятельства в силу положений п. 1 ст. 374 НК РФ, п.п. 5 и 6 положения ПБУ 6/01 не могут являться основанием для вывода о квалификации всего имущества общества как подлежащего налогообложению. Объединение указанного имущества в единый производственный комплекс осуществлено в целях определения режима оборота имущества и его более выгодной реализации на торгах при банкротстве, что само по себе не может предопределять условия налогообложения имущества.

Судами верно отмечено, что в данном случае налоговым органом не доказано, что воздушные линии электропередач (ВЛ); воздушные линии с самонесущими изолированными проводами (ВЛИ); кабельные линии электропередачи; воздушные линии с защищенными проводами (ВЛЗ); волоконно-оптическая система (ВОЛС); трансформаторы; силовые трансформаторы; устройства защиты линии, дуговой защиты; вакуумные выключатели; шкафы; цифровые каналы связи; ячейки; блоки питания; счетчики; панели релейной защиты; устройства комплектного питания; панели регулирования напряжения; панели защиты минимального напряжения; панели автоматики Т-1, Т-2; оборудование связи мультиплексор, прочие объекты (всего в количестве 26 333 единицы) являлись частью капитальных сооружений и зданий.

Ни факт использования имущества по общему назначению, предопределенному технологией производства, ни объединение имущества обществом в имущественный комплекс для целей совершения сделок с ним (купли-продажи, передачи в залог и т.п.) не являются достаточными основаниями для квалификации всех входящих в такой комплекс вещей, в том числе частей конструктивно-сочлененного объекта, как объектов налогообложения по налогу на имущество организаций.

Налоговым органом не доказано, что имелись основания и возможность учета всего спорного имущества в качестве единого инвентарного объекта, не приведено фактов искусственного разделения налогоплательщиком единого объекта недвижимости на отдельные части с целью уменьшения уплаты налога на имущество организаций.

Распространение правового режима сложной вещи (ст. 134 ГК РФ) или единого недвижимого комплекса (ст. 133.1 ГК РФ) на всю совокупность вещей, включающих в себя как движимое, так и недвижимое имущество, продиктовано целями гражданского оборота, связанными с обеспечением его стабильности (удобство совершения одной сделки в отношении всей совокупности вещей, поддержание ценности лота при продаже на торгах имущественного комплекса и т.п.), что не тождественно целям налогообложения, состоящим в обеспечении равного и экономически обоснованного налогообложения, соблюдении формальной определенности правил налогообложения. Требование экономического основания налога (п. 3 ст. 3 НК РФ) предполагает зависимость расчета налога на имущество организаций от фактических характеристик облагаемого имущества.

Само по себе наличие технологической взаимосвязи спорных объектов электросетевого хозяйства (которые приобретались налогоплательщиком в различный период времени и расположены на отдельных земельных участках), факт использования имущества по общему назначению, предопределенному технологией производства, не является основанием для признания их единым объектом недвижимости в целях налогообложения.

Общество подтвердило правомерность учета спорных объектов как самостоятельных инвентарных объектов основных средств в составе машин и оборудования, а налоговый орган не опроверг правильность учета объектов и не доказал наличие оснований для учета спорных объектов в составе зданий и сооружений.

Как правильно указали на то суды, спорное имущество, правомерно учтенное обществом в качестве самостоятельных инвентарных объектов движимого имущества (машины и оборудование), в том числе объектов, не являющихся частями зданий и сооружений, либо выступающих частями зданий и сооружений, но не подлежащих учету в составе комплекса конструктивно сочлененных предметов (требующие периодического обновления в силу существенно меньшего срока предполагаемой эксплуатации в сравнении со сроком полезного использования всего здания или сооружения и (или) не вносящие существенного вклада в стоимость соответствующего комплекса), не облагающихся налогом на имущество организаций.

Изложенный подход согласуется с правовыми позициями, включенными в обзоры судебной практики ВС РФ: п. 31 обзора N 4 от 25.12.2019 (2019), п. 34 обзора N 3 от 10.11.21 (21), п. 25 обзора N 4 от 16.02.2022 (21).

Судами установлено, что спорное оборудование приобреталось в разное время и располагалось на различных земельных участках. Сами по себе спорные объекты не отвечают признакам недвижимого имущества ввиду отсутствия неразрывной связи с землей и наличия реальной возможности их демонтажа без несоразмерного ущерба для имущества.

Для определения у объекта признака прочной связи с землей, при которой его перемещение без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, нужно установить, что объект имеет связь с заглубленным фундаментом, на котором он расположен, при разрыве которой (в рамках демонтажа) работы по демонтажу объекта представляют собой не только процесс демонтажных работ обратный процессу монтажа объекта, но и требуют проведение иных работ, не имевших место при монтаже объекта. В то же время отсутствие признака прочной связи с землей квалифицирует объект как движимое имущество, в связи с чем, последующий монтаж и эксплуатация повторно монтируемых объектов движимого имущества позволяет использовать объект по тому же назначению, по которому он использовался ранее.

Фактически линии электропередачи, трансформаторные и иные подстанции, распределительные пункты и иное оборудование общества не имеют прочной связи с землей, могут быть демонтированы без нанесения несоразмерного ущерба их назначению, имеют самостоятельное функциональное предназначение и не входят в состав единого производственно-технологического комплекса в соответствии с критериями, установленными в ст. 133.1 ГК РФ.

В решении инспекции N 1966 не приведено доказательств невозможности демонтажа, перемещения спорных объектов без нанесения им несоразмерного ущерба. При этом в оспариваемом решении налогового органа не заявлено возражений относительно правомерности учета обществом спорного имущества в качестве самостоятельных инвентарных объектов движимого имущества (машины и оборудование).

Перечень имущества, относящегося к линиям энергопередачи, сооружений, являющихся их неотъемлемой технологической частью, утвержденный постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 N 504, не содержит перечисление неподвижных объектов, имеющих с землей прочную связь, которые без соответствующего ущерба их назначению переместить невозможно и являются недвижимыми по смыслу ст. 130 ГК РФ, как и критериев отнесения имущества к категории движимого или недвижимого.

Кроме того, по инициативе Минэнерго России постановлением Правительства РФ N 578 от 24.04.2020 имущество, относящееся к линиям энергопередач, а также сооружения, являющиеся их неотъемлемой частью, исключены из Перечня имущества, утвержденного постановлением Правительства РФ N 504 от 30.09.2004. То есть в проверяемом налоговом периоде (2020 год) данный перечень в указанной части не действовал.

В рамках налоговой проверки на основании постановления N 1 от 19.06.24 о назначении технической экспертизы проведена экспертиза, результаты которой оформлены заключением эксперта ООО "Федерация экспертов Саратовской области" Шипитько И.А. N 183/24 от 19.07.24 (т. 1 л.д. 148 - 171).

В свою очередь обществом, проведена самостоятельная экспертиза по вопросам, поставленным налоговым органом в постановлении N 1 от 19.06.24. Заключение эксперта Научно-исследовательским институтом Липецкого государственного технического университета (НИИ ЛГТУ) Зацепина Е.П. N 20-179/20 от 04.09.24 (т. 1 л.д. 172 - 222) представлено обществом в материалы налоговой проверки и рассмотрено налоговым органом в ходе рассмотрения материалов проверки.

Судами исследованы представленные в материалы дела заключения обоих экспертов.

Согласно заключению эксперта Шипитько И.А. N 183/24 линия электропередачи только в совокупности со всеми устройствами, в том числе трансформаторными подстанциями, опорами линий электропередач и т.п., составляющими единый функциональный комплекс, могут являться объектами недвижимости. Однако данное заключение не содержат оснований, которые опровергают доводы налогоплательщика об отнесении линий электропередачи классом напряжения 10 кВ и ниже именно к движимому имуществу, не приведено доводов обосновывающих необходимость учета 23 690 линий электропередачи напряжением до 10 кВ как один (единый) сложный объект. При этом включение в состав линии электропередачи оборудования, на чем настаивает эксперт Шипитько И.А., не может привести к возникновению объекта недвижимости, если сам объект, в которое такое оборудование подлежит включению, таким объектом не является. Эксперт приходит к выводу о том, что исключение одновременно всего указанного в качестве движимого имущества из работы может привести в конечном итоге к нарушению требований к бесперебойному снабжению потребителей электрической энергией. Однако потенциальное нарушение надежности передачи электроэнергии не свидетельствует о том, что все объекты, участвующие в передаче электроэнергии, становятся из-за этого объектами недвижимости.

Судами верно отмечено, что вопреки позиции налогового органа, выводы, к которым пришел эксперт Шипитько И.А. в заключении N 183/24, не доказывают наличие у спорных объектов критериев недвижимости, предусмотренных ст. 130 ГК РФ, и при этом не опровергают избранный обществом порядок бухгалтерского учета спорного имущества. Также данное экспертное заключение не опровергает правомерность классификации спорного имущества в качестве оборудования, подлежащего учету в виде отдельных инвентарных объектов.

В заключении эксперта Зацепина Е.П. N 20-179/20 от 04.09.24 проанализированы случаи отключения различных типов объектов электросетевого хозяйства и сделан вывод о том, что несоразмерного ущерба их назначению и назначению прочих объектов электрической сети во всех случаях не происходит. Исключение отдельных позиций оборудования не может привести к какому-либо нарушению в работе всей электрической сети, так и отдельных линий электропередачи. Само по себе кратковременное нарушение требований к бесперебойному снабжению потребителей электрической энергией с последующим возобновлением их снабжения нельзя признать несоразмерным ущербом их назначению.

Более того, исходя из технического описания назначения и характеристик спорного имущества, в том числе оборудования, приведенного в заключении N 183/24 и в заключении N 20-179/20, суды пришли к верному выводу о его самостоятельном функциональном назначении.

В то же время суд округа отмечает, что в силу ч. 3 ст. 86 АПК РФ заключении эксперта является одним из доказательств, исследуемых наряду с другими доказательствами по делу. Таким образом, процессуальный статус заключения экспертизы определен законом в качестве доказательства, которое не имеется заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит оценке арбитражным судом наравне с другими представленными доказательствами. Заключение эксперта исследуется наряду с другими доказательствами по делу, что в силу ст. 162 АПК РФ означает исследование доказательств с соблюдением принципа непосредственности.

В свою очередь, судами верно указано на то, что инспекцией не представлено достаточных и достоверных доказательств, позволяющих квалифицировать спорные объекты как недвижимые, и как следствие, подлежащих обложению налогом на имущество организаций.

Налоговый орган указывал на то, что суд не применил приказ Минпромэнерго РФ N 295 от 01.08.2007 "О перечнях видов имущества, входящего в состав единого производственно-технологического комплекса организации-должника, являющейся субъектом естественной монополии топливно-энергетического комплекса" (далее - Приказ N 295), который утратил силу лишь 25.01.21, значит, подлежал применению к спорным правоотношениям.

Вместе с тем, приказом Минэнерго России N 1064 от 30.11.20 вышеуказанный приказ признан не подлежащим применению.

Кроме того, как верно исходили из того суды, предметом правового регулирования приказа N 295 являлись правоотношения, возникающие при определении имущества, включаемого в единый производственно-технологический комплекс, в случаях обращения взыскания на такое имущество в рамках проведения процедур банкротства. Соответственно действие приказа N 295 ограничено исключительно рамками указанных правоотношений и не распространяются на иные отношения, связанные с отнесением электросетевого имущества к движимому или недвижимому.

В отзыве на кассационную жалобу общество также указало на то, что в письме Министерства энергетики Российской Федерации от 16.09.20 N ЕГ-11258/09 отражено, что приказ N 295 принят во исполнение ст. 3 Федерального закона от 24.06.1999 N 122-ФЗ "Об особенностях несостоятельности (банкротства) субъектов естественных монополий топливно-энергетического комплекса", который закон утратил силу с 01.07.2009, поскольку в настоящее время вопросы банкротства субъектов естественных монополий регулируются нормами ФЗ от 26.10.2002 N 12-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в связи с чем Приказ Минпромэнерго от 01.08.07 N295 фактически не применяется (с 01.07.2009 данное основание для банкротства субъектов естественных монополий не применяется).

Общество отмечает, что в настоящее время место приказа N 295 в системе правового регулирования отсутствует, поскольку признан утратившим силу законодательный акт, на основании которого был принят приказ N 295. Также Министерством энергетики Российской Федерации в приведенном письме подчеркнуто, что действие приказа N 295 ограничено исключительно рамками правоотношений, возникающих в случаях обращения взыскания в рамках процедуры банкротства, и не распространяется на иные отношения, связанные с отнесением электросетевого имущества к движимому или недвижимому.

Кроме того, обществом отмечено, что в настоящее время приказ N 295 не подлежит применению в силу ч. 8 ст. 3 Федерального закона от 31.07.2020 N 247-ФЗ "Об обязательных требованиях в Российской Федерации", согласно которой при отмене (признании утратившим силу) нормативного правового акта, которым установлено полномочие по принятию нормативного правового акта, содержащего обязательные требования, нормативные правовые акты, ранее изданные на основании отмененного (признанного утратившим силу) нормативного правового акта, не подлежат применению на территории Российской Федерации со дня отмены (признания утратившим силу) нормативного правового акта, которым было установлено полномочие по принятию такого акта, при условии, что полномочие по принятию соответствующего нормативного правового акта не было установлено иным нормативным правовым актом.

Также судами отмечено, что в соответствии с п. 1, подп. 1 п. 4 ст. 374 НК РФ (в редакциях Федеральных законов от 03.08.2018 N 302-ФЗ и от 29.09.2019 N 325-ФЗ) возникновение обязанности по уплате налога на имущество организаций после 01.01.19 по общему правилу связывается с наличием у налогоплательщика недвижимого имущества, за исключением земельных участков, учитываемого на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета.

До 01.01.19 объектом налогообложения по налогу на имущество организаций признавалось движимое и недвижимое имущество, однако движимое имущество, принятое с 01.01.13 на учет в качестве основных средств, законодателем в соответствующие налоговые периоды освобождалось от налогообложения (п. 25 ст. 381 НК РФ, введенный в действие Федеральным законом от 24.11.14 N 366-ФЗ), либо не включалось в объект налогообложения (подп. 8 п. 4 ст. 374 НК РФ, введенный Федеральным законом от 29.11.12 N 202-ФЗ).

Из анализа приведенных положений следует, что воля законодателя последовательно направлена на сокращение бремени налогообложения в отношении той части активов налогоплательщиков, которая представлена движимым имуществом и, соответственно, на стимулирование организаций к инвестированию в средства производства, к их модернизации, приобретению новых и развитию существующих средств производства.

Осуществляя вложения в обновление средств производства, налогоплательщик вправе точно знать, какие налоговые последствия будет иметь процесс инвестирования, и не должен сталкиваться с неопределенностью в сфере налогообложения (п. 6 ст. 3 НК РФ), что имело бы место в ситуации, когда отнесение того или иного имущества к объекту обложения проводится не по ясным формализованным критериям, а в значительной мере зависит от усмотрения налоговых органов относительно наличия или отсутствия различных признаков имущества, требовало бы проведения в каждом случае экспертиз и исследований.

Основываясь на совокупности приведенных нормативных положений и обстоятельств дела, суды пришли к верному выводу о том, что у инспекции не имелось оснований для взимания с общества налога на имущество организаций со стоимости спорных объектов, у инспекции отсутствовали основания для указания в п.п. 3.1 и 3.2 обжалуемого решения недоимки в размере 107 318 366 руб., а также предложения ее уплатить, в связи с чем суды правомерно признали недействительным решение инспекции N 1966 от 09.09.24, возложив на налоговый орган обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества.

В силу положений ст. 286 АПК РФ, кассационная жалоба рассматривается исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражений относительно жалобы. Вместе с тем, доводов, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанции, кассационная жалоба не содержит. По существу доводы кассационной жалобы направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, данных судами, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции в силу положений ст. ст. 286, 287 АПК РФ. Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Воронежской области от 22.10.2025 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2026 по делу N А14-5693/2025 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.