Обзор судебной практики Верховного Суда РТ за третий и четвертый кварталы 2013 г. (по гражданским делам)

1. Требования страхователя о взыскании страховой суммы не могут быть удовлетворены, если условия договора страхования транспортного средства предусматривают восстановительный ремонт транспортного средства на станции технического обслуживания, осуществляемый за счет страховщика, когда страхователь отказался от проведения ремонтных работ.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 3 сентября 2013 года по делу N 33-13645/2013 (изложение)

Е.В. Вишнякова обратилась к ООО "Страховая Компания "Согласие" с иском о взыскании суммы страхового возмещения и компенсации морального вреда.

В обоснование указано, что 19.01.2012 между сторонами заключен договор добровольного страхования автомобиля марки "Мицубиси L200".

17.08.2012 повреждено ветровое стекло данного автомобиля, 05.12.2012 и 11.01.2013 произошли дорожно-транспортные происшествия с участием указанного автомобиля.

Страховая компания отказала в выплате страхового возмещения, Е.В. Вишнякова просила взыскать страховую выплату в общей сумме 308759,34 рубля, расходы на оплату услуг оценки стоимости восстановительного ремонта - 11100 рублей, компенсацию морального вреда 10000 рублей, штраф в размере 164929,67 рубля.

Решением Московского районного суда города Казани Республики Татарстан от 19 июня 2013 года в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе представитель Е.В. Вишняковой просил об отмене решения суда и принятии нового решения об удовлетворении иска.

Судами установлено, что 19.01.2012 между сторонами заключен договор добровольного страхования автомобиля, принадлежащего Е.В. Вишняковой.

Во время действия договора 17.08.2012, 05.12.2012 и 11.01.2013 произошли страховые случаи, что не оспаривается ответчиком, который выдал Е.В. Вишняковой направления на ремонт за N 339, 340, 341 на СТОА к официальному дилеру.

Истица отказалась от восстановления автомобиля путем его ремонта на СТОА официального дилера, настаивала на выплате страхового возмещения в денежной сумме.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении иска, исходил из того, что договором страхования названного автомобиля установлен порядок определения и возмещения ущерба путем проведения ремонтных работ на СТОА официального дилера, от проведения которого истица отказалась.

Суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что решение суда является законным и обоснованным.

Согласно пункту 2 статьи 940 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования может быть заключен путем составления одного документа (пункт 2 статьи 434 ГК Российской Федерации) либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Пунктом 11.8 Правил страхования средств автотранспорта в ООО "Страховая Компания "Согласие", предусмотрено определение размера ущерба на основании счетов за фактически выполненный ремонт на СТОА, на которую страхователь направляется страховщиком.

Исходя из положений закона и Правил страхования, судебная коллегия пришла к выводу, что стороны при заключении договора страхования пришли к соглашению о порядке определения размера страховой выплаты и порядке возмещения ущерба путем выполнения ремонтных работ на СТОА официального дилера за счёт страховой компании, от проведения ремонтных работ истица отказалась, поэтому отсутствуют основания для взыскания страхового возмещения в денежной форме.

Судебной коллегией также учтено, что в заявлении на страхование транспортного средства, подписанного лично Е.В. Вишняковой, предусмотрено определение размера ущерба на основании счетов за фактически выполненный ремонт на СТОА. Аналогичным образом, истица просила возместить ущерб в заявлении о наступлении страхового случая.

Доводы апелляционной жалобы Е.В. Вишняковой о том, что при заключении договора страхования её волеизъявление было направлено на получение страхового возмещения в денежной форме, признаны необоснованными.

Судебная коллегия оставила решение первой инстанции без изменения, апелляционной жалобу без удовлетворения.

2. На отношения между индивидуальным предпринимателем и гражданином по уступке права требования по договору имущественного страхования, законодательство о защите прав потребителей не распространяется.

Постановление президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 18 декабря 2013 года по делу N 44-Г-116 (извлечение)

Р.С. Мухаметшина обратилась к ООО "Росгосстрах" с иском о взыскании страхового возмещения, указывая в обоснование, что 20 сентября 2010 года между ООО "Росгосстрах" и негосударственным благотворительным фондом (далее - НБФ) "Благодарение" заключен договор страхования имущества - товарного запаса (обоев) на общую сумму 6151953,6 рубля.

Выгодоприобретателем указан индивидуальный предприниматель (далее - ИП) А.С. Мухаметшин.

В результате произошедшего 24 сентября 2010 года пожара застрахованный товар уничтожен. В связи с наступлением страхового события страхователь обратился в ООО "Росгосстрах", которое в выплате страхового возмещения отказало.

5 июня 2012 года А.С. Мухаметшин уступил Р.С. Мухаметшиной право требования к страховщику, которая просила взыскать с ООО "Росгосстрах" страховое возмещение в размере 6151953,60 рубля.

Решением Вахитовского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 19 апреля 2013 года в удовлетворении иска отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 12 сентября 2013 года постановление районного суда отменено с принятием нового решения об удовлетворении иска. С ответчика ООО "Росгосстрах" взыскано страховое возмещение в заявленной сумме, а также штраф - 3073476,8 рубля за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

В кассационной жалобе ООО "Росгосстрах" ставится вопрос об отмене апелляционного определения и оставлении в силе решения суда первой инстанции. Указывается, что судом апелляционной инстанции при взыскании штрафа неправомерно применены положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей), поскольку страховые правоотношения возникли между юридическим лицом и ИП, к предпринимательской деятельности нормы Закона о защите прав потребителей не применяются. Истица вступила в отношения с ООО "Росгосстрах" на основании договора уступки права требования.

В силу статьи 387 ГПК Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум пришел к выводу, что при рассмотрении дела такие нарушения судом апелляционной инстанции были допущены.

Из материалов дела следует, что 20 сентября 2010 года между НБФ "Благодарение" и ООО "Росгосстрах" заключен договор имущественного страхования товара, являющегося предметом подписанного между фондом и ИП А.С. Мухаметшиным договора залога, обеспечивающего исполнение принятых фондом обязательств по контракту поставки товара ИП А.С. Мухаметшину. Предметом договора страхования являются оборотные товарные запасы (обои) на указанную сумму, выгодоприобретателем определён ИП А.С. Мухаметшин.

В результате произошедшего 24 сентября 2010 года возгорания застрахованное имущество уничтожено. По факту пожара 29 октября 2010 года возбуждено уголовное дело, которое производством приостановлено до установления лиц, совершивших поджог.

5 июня 2012 года по договору цессии к Р.С. Мухаметшиной от выгодоприобретателя ИП А.С. Мухаметшина перешли права требования по указанному договору имущественного страхования.

Судебная коллегия, оценив исследованные доказательства, пришла к выводу о наличии страхового случая и обязанности ответчика выплатить страховое возмещение, взыскала штраф за невыполнение добровольно требования потребителя о выплате страхового возмещения.

Вместе с тем, исходя из положений преамбулы Закона Российской Федерации 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", таковым является гражданин, заказывающий либо приобретающий товары или услуги исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

По смыслу статьи 384 ГК Российской Федерации по договору цессии право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

То есть кредитор может передать право, которым сам обладает. Предметом уступки права требования может быть только то требование, которое существовало к моменту заключения договора об уступке.

Поскольку страховые отношения возникли между юридическим лицом и ИП, у выгодоприобретателя отсутствовало право на взыскание штрафа в соответствии с Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей", то данное право не могло возникнуть и у Р.С. Мухаметшиной.

При таких обстоятельствах оснований для взыскания с ООО "Росгосстрах" штрафа за неудовлетворение требований потребителя у суда апелляционной инстанции не имелось.

Президиум постановил - апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 12 сентября 2013 года по данному делу в части взыскания штрафа с ООО "Росгосстрах" в пользу Р.С. Мухаметшиной в размере 3073476,8 рубля отменить, в удовлетворении требования отказать.

В остальной части апелляционное определение оставлено в силе.

1. На правоотношения, возникшие в связи с обязанностью выплатить гражданину страховое возмещение на основании ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", распространяется законодательство о защите прав потребителей, неустойка подлежит расчету и взысканию в соответствии с положениями статьи на основании п. 2 статьи 13 ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 9 декабря 2013 года по делу N 33-14881/2013 (изложение)

А.Д. Замалов обратился к ООО "Группа Ренессанс Страхование" с иском о взыскании страхового возмещения.

В обоснование указал, что 29 октября 2012 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей марки "BMW 320D", которым управлял А.Д. Замалов и автомобиля марки "DAEWOO NEX1A", под управлением А.И. Мухаметзянова.

Постановлением по делу об административном правонарушении А.И. Мухаметзянов признан виновным в нарушении пункта 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации и привлечен к административной ответственности.

Для определения стоимости восстановительного ремонта истец обратился к оценщику, согласно отчету которого стоимость восстановительного ремонта его автомобиля с учетом износа составила 543257,19 рубля, величина утраты товарной стоимости - 18649,29 рубля.

Гражданская ответственность владельца транспортного средства, признанного виновным в нарушении ПДД РФ, застрахована ООО "Группа Ренессанс Страхование".

01.11.2012 истец обратился с заявлением о выплате страхового возмещения, которое не выплачено.

А.Д. Замалов просил взыскать страховое возмещение 561906,48 рубля, штраф в размере 280953,24 рубля, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, расходы по проведению оценки - 6500 рублей, расходы по оплате услуг представителя - 20000 рублей, судебные расходы.

Решением Буинского городского суда Республики Татарстан от 1 октября 2013 иск удовлетворен частично, в пользу А.Д. Замалова взыскано в счет страхового возмещения 481376 рублей, компенсацию морального вреда - 5000 рублей, неустойку за просрочку исполнения договора страхования в размере 44000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 240688 рублей, расходы по оплате услуг оценщика в размере 6500 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 рублей, расходы по оплате услуг почтовой связи в размере 436,654 рубля.

В апелляционной жалобе представителя ООО "Группа Ренессанс Страхование" ставился вопрос об отмене решения суда.

Материалами дела подтверждается, что 29 октября 2012 произошло ДТП, в ходе которого по вине водителя А.И. Мухаметзянова причинен ущерб автомашине истца, гражданская ответственность виновного водителя как владельца транспортного средства застрахована в ООО "Группа Ренессанс Страхование".

В соответствии с заключением эксперта Федерального бюджетного учреждения "Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы" Министерства юстиции Российской Федерации стоимость восстановительного ремонта автомашины, принадлежащей А.Д. Замалову, с учётом износа, составляет 481376 рублей.

28 декабря 2012 года А.Д. Замалов обратился к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения, выплату в течение 30 дней со дня получения заявления страховщик не произвел.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что в силу договора страхования и обстоятельств причинения ущерба, у ООО "Группа Ренессанс Страхование" возникла обязанность выплатить страховое возмещение, что в добровольном порядке сделано не было, за нарушение сроков исполнения обязанности по своевременной выплате страхового возмещения истец имеет право на неустойку. Суд пришёл к выводу, что на установленные правоотношения сторон распространяется законодательство о защите прав потребителей, поэтому истец имеет право на компенсацию морального вреда и взыскание штрафа.

В апелляционной жалобе представитель страховой компании указал, что неустойка подлежала определению на основании статьи 395 ГК Российской Федерации, что отсутствовали основания для взыскания штрафа и компенсации морального вреда, что расходы представителя явно завышены.

Судебная коллегия отклонила доводы апелляционной жалобы, как основанные на неправильном толковании норм материального права.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Как следует из данного разъяснения, на правоотношения, возникающие в связи с обязанностью выплаты страхового возмещения по законодательству об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяется законодательство о защите прав потребителей в той части, в которой они не урегулированы специальным законам.

Согласно пункту 2 статьи 13 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" страховщик рассматривает заявление потерпевшего о страховой выплате и предусмотренные правилами обязательного страхования приложенные к нему документы в течение 30 дней со дня их получения. В течение указанного срока страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или направить ему мотивированный отказ в такой выплате.

При неисполнении данной обязанности страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пени) в размере одной семьдесят пятой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день, когда страховщик должен был исполнить эту обязанность, от установленной статьей 7 ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", страховой суммы по виду возмещения вреда каждому потерпевшему.

Из материалов дела видно, что А.Д. Замалов обратился за страховой выплатой 28 декабря 2012 года, которую в течение 30 дней со дня её получения страховщик не произвел, поэтому истец имел право на неустойку, по истечении установленного срока по день рассмотрения дела в суде, рассчитанную в соответствии со специальным законом (пункт 2 статьи 13 ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств").

Суд второй инстанции признал не основанными на законе доводы жалобы о том, что незаконно взысканы компенсация морального вреда и штраф.

Пункт 6 статьи 13 и статья 15 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" предусматривают взыскание штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя и взыскание компенсации морального вреда за нарушение прав потребителя.

Обстоятельства отказа добровольно выполнить требование потребителя о выплате страхового возмещения и нарушения в связи с этим прав потребителя, материалами дела подтверждаются.

Судебная коллегия не нашла оснований для снижения размера неустойки и штрафа в соответствии с положениями статьи 333 ГК Российской Федерации.

При проверке законности решения суда в части взыскания расходов на оплату помощи представителя, судебная коллегия исходила из положений статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

А.Д. Замалов понес данные расходы в размере 20000 рублей, суд первой инстанции постановил о взыскании расходов в размере 10000 рублей.

Суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что отсутствуют обстоятельства, свидетельствующие о неразумности и неоправданности данных расходов.

Решение суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

2. Недостаток услуги (работы) может являться несущественным, если одновременно отсутствуют признаки неустранимости, несоразмерности расходов на устранение недостатков и несоразмерности затрат времени на устранение недостатков.

Постановление президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 23 октября 2013 года по делу N 44-Г-98 (извлечение)

ООО "Нефтепроводстройинвест" обратилось к Р.А. Абдразакову с иском о взыскании стоимости выполненных работ и процентов за нарушение обязательства.

В обоснование указано, что 20 мая 2008 года с Р.А. Абдразаковым заключен договор на строительство жилого дома, работы, предусмотренные договором, выполнены,

30 сентября 2008 года составлен акт приемки работ, стоимость работ составляет 6515569,5 рубля, по условиям договора оплата должна быть произведена до 31 декабря 2010 года, поскольку работы не оплачены, истец просил взыскать стоимость работ и проценты за пользование денежными средствами 391422,83 рубля.

Р.А. Абдразаков иск не признал, предъявил встречный иск о расторжении договора на том основании, что предусмотренные договором работы в полном объеме не выполнены - сдана только коробка дома, часть работ на сумму 367235 рублей выполнены им за свой счет, считает, что работы выполнены некачественно, появились трещины в строительных конструкциях дома, полагает, что данные недостатки являются существенными, поэтому просил расторгнуть договор и взыскать убытки.

Решением Приволжского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 18 марта 2013 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 3 июня 2013 г., первоначальный иск удовлетворён, с Р.А. Абдразакова взыскано 5037624,6 рубля в счет оплаты работ и 302635,3 рубля проценты, в удовлетворении встречного иска отказано.

В кассационной жалобе Р.А. Абдразаков просил об отмене судебных постановлений и вынесении нового решения об удовлетворении встречного иска, полагает, что установленные недостатки работ являются существенными, в связи с чем договор подряда может быть расторгнут.

Согласно статье 387 ГПК Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум считает, что такие нарушения правовых норм допущены при рассмотрении настоящего дела.

Судами установлено и подтверждается материалами дела, что 20 мая 2008 года между сторонами заключен договор на строительство индивидуального жилого дома, оплата должна быть произведена до 31 декабря 2010 года.

30 сентября 2008 года составлен акт приемки работ, подписанный сторонами, стоимость работ указана 6515569,5 рубля.

Р.А. Абдразаков стоимость работ не оплатил.

Как следует из заключения судебной строительной экспертизы, установлены дефекты в конструкциях подземной части дома (в виде трещин фундаментной плиты, трещин во всех наружных стенах и внутренней стене), а также наземной части первого этажа дома (трещины в стенах и перекрытии). Причинами образования перечисленных дефектов являются недоработки, допущенные ООО "Нефтепроводстройинвест" на стадии выполнения работ, предусмотренных договором и не предусмотренных договором.

Согласно выводам эксперта, при строительстве требования СНиП нарушались, качество скрытых работ не определялось в связи с отсутствием необходимой документации, по мнению эксперта, перечисленные недостатки работ устранимы, однако определить стоимость работ по устранению недостатков без инженерных изысканий и проектных разработок по увеличению несущей способности фундаментной плиты и грунтового основания, не представляется возможным.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что появившиеся после сдачи дома дефекты допущены по вине ООО "Нефтепроводстройинвест", но не являются существенными, поскольку могут быть устранены, по мнению суда, Р.А. Абдразаков избрал ненадлежащий способ защиты, он вправе требовать безвозмездного устранения недостатков.

Суд апелляционной инстанции согласился с указанными выводами.

Вместе с тем в соответствии с частью 1 статьи 29 Закона Российской Федерации 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

В соответствии с содержанием пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что под существенным недостатком товара (работы, услуги), при возникновении которого наступают правовые последствия, предусмотренные статьями 18 и 29 Закона, следует понимать, в том числе:

- неустранимый недостаток работы (недостаток, который не может быть устранен посредством проведения мероприятий по его устранению и приводящий к невозможности или недопустимости использования работы);

- недостаток работы, который не может быть устранен без несоразмерных расходов (недостаток, расходы на устранение которого приближены к стоимости или превышают стоимость самой работы);

- недостаток товара, работы, который не может быть устранен без несоразмерной затраты времени (недостаток, на устранение которого затрачивается время, превышающее установленный соглашением сторон в письменной форме и ограниченный сорока пятью днями срок устранения недостатка товара).

Как следует из смысла указанной нормы и её толкования, для признания недостатка существенным необходимо наличие хотя бы одного из перечисленных признаков.

В то же время, для выводов о несущественности недостатка, необходимо установить отсутствие каждого из этих признаков.

Следовательно, для разрешения настоящего спора, обстоятельствами, имеющими значение для дела, наряду с установлением устранимости недостатка, являлись также обстоятельства стоимости работ по устранению недостатков, соразмерности расходов по устранению недостатков работы со стоимостью работ по строительству дома, и соразмерности затрат времени для их устранения.

Из материалов дела видно, что размер необходимых расходов для устранения недостатков работы судами не устанавливался, соответственно, размер данных расходов не соотносился с полной стоимостью выполненных работ, не устанавливались допустимые затраты времени для устранения названных недостатков работ.

Таким образом, суд пришёл к выводу о несущественности недостатков работы без установления необходимых обстоятельств, в связи с чем неправильно применил нормы материального права.

Президиум приходит к выводу, что допущенные нарушения норм материального права являются существенными, поскольку они повлияли на результаты разрешения иска, без отмены судебных постановлений заявитель лишен возможности защитить нарушенное право, судебные постановления подлежат отмене.

При новом рассмотрении дела суду необходимо, установить необходимые расходы для устранения недостатков работы, размер данных расходов по отношению к полной стоимости выполненных работ, допустимые затраты времени для устранения названных недостатков работ, другие обстоятельства, имеющие значение для дела, применить нормы материального права в соответствии с их толкованием, приведённом в постановлении Пленума Верховного Суда РФ "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей".

Президиумом отменены судебные постановления, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

1. При установлении факта неправомерности действий пенсионного органа относительно оценки пенсионных прав по представленным для назначения пенсии документам, перерасчет пенсии производится за прошедшее время без ограничения каким-либо сроком.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 29 августа 2013 года по делу N 33-10198/2013 (изложение)

Л.И. Жонина обратился к ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Набережные Челны Республики Татарстан (далее - УПФР) с иском о перерасчете размера трудовой пенсии.

В обоснование указала, что 26.07.2007 ей назначена трудовая пенсия по старости. При назначении пенсии в общий страховой стаж ответчиком не зачтён период работы в научно-производственной компании "ТриАК и Л" с 05.07.1996 по 07.07.2000 по тем основаниям, что оттиск печати при оформлении записи об увольнении не соответствует оттиску печати при оформлении записи о приёме на работу.

В записях в трудовой книжке под N 22-26 записей о приёме на работу стоит оттиск печати научно-производственной компании "ТриАК и Л", а при увольнении - оттиск печати филиала этой организации, находящегося в городе Муроме, где она работала, поэтому просила обязать ответчика включить спорный период работы в страховой стаж и произвести перерасчёт размера трудовой пенсии с момента её назначения.

Решением Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 7 июня 2013 года иск удовлетворен частично, УПФР обязано включить в страховой стаж спорный период, постановлено перерасчёт пенсии произвести с момента вступления в законную силу решения.

Принимая решение в части обязывания произвести перерасчет пенсии со дня вступления решения суда в законную силу, суд первой инстанции исходил из того, что перерасчет производится в заявительном порядке, что обстоятельство необоснованности отказа включения в страховой стаж спорного периода является новым обстоятельством, установленным решением суда, руководствовался при этом правилами статьи 20 Федерального закона от 17.12.2001 N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".

В апелляционной жалобе Л.И. Жонина оспаривала решение суда в той части, в которой пенсионные органы обязывались произвести перерасчет пенсии со дня вступления в силу судебного постановления, а не со дня назначения пенсии - 26.07.2007, указывая, что документы, подтверждающие стаж, изначально представлялись в УПФР и по вине данного органа спорный стаж не учитывался при расчете пенсии.

Проверив обжалуемое судебное постановление, судебная коллегия пришла к выводу, что решение в части включения спорного периода в трудовой стаж истицы основано на полном исследовании и оценке представленных доказательств.

Вместе с тем судебная коллегия не согласилась с выводом суда об отсутствии оснований для удовлетворения требований истицы о перерасчете пенсии со дня её фактического назначения.

Указывая дату перерасчета - с момента вступления решения суда в законную силу - суд первой инстанции исходил из того, что заявление пенсионера о перерасчете размера пенсии и необходимые документы подаются в территориальный орган пенсионного фонда РФ по месту нахождения пенсионного дела получателем пенсии, соответственно определяется и день перерасчета пенсии в зависимости от даты приема заявления со всеми необходимыми документами, подтверждающими наличие основания для проведения перерасчета.

В силу статьи 23 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" трудовая пенсия (часть трудовой пенсии по старости) выплачивается за прошедшее время без ограничения каким-либо сроком, если она не была получена своевременно по вине органа, осуществляющего пенсионное обеспечение.

По делу видно, что пенсионный орган, получив документы от истицы для назначения пенсии, произвел неверную оценку содержащимся в трудовой книжке сведениям, и, не выявив их недостоверность, бездоказательно не включил спорный период работы в страховой стаж, тогда как в рамках предоставленных полномочий вправе был истребовать дополнительные документы от истицы или непосредственно от работодателя для устранения возникших сомнений.

Таким образом, по мнению судебной коллегии, в результате неправомерных действий ответчика размер пенсии Л.И. Жониной был исчислен без учета спорного периода ее работы. Следовательно, по вине пенсионного органа истица получала пенсию в меньшем размере, поэтому она имеет право на перерасчет размера пенсии за прошедшее время.

При установлении факта неправомерности действий пенсионного органа относительно оценки пенсионных прав по представленным для назначения пенсии документам, правило о заявительном характере правоотношений, связанных с перерасчетом пенсии, не применяется.

Судебная коллегия определила обязать ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Набережные Челны Республики Татарстан произвести перерасчет размера трудовой пенсии Л.И. Жониной с 26 апреля 2007 года.

2. Основанием для назначения компенсации инвалиду в соответствии с Федеральным законом N 306-ФЗ от 7 ноября 2011 года "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" является справка федерального учреждения медико-социальной экспертизы, подтверждающая факт установления инвалидности и ее причину.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 25 ноября 2013 года по делу N 33-14128/2013 (изложение)

О.А. Разаков обратился к Военному комиссариату Республики Татарстан с иском о возобновлении выплаты ежемесячной денежной компенсации.

В обоснование указал, что является инвалидом II группы, причина инвалидности - военная травма. В соответствии с Федеральным законом N 306-ФЗ от 7 ноября 2011 года "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" ему была назначена и выплачивалась ежемесячная денежная компенсация в счет возмещения вреда здоровью в размере 7000 рублей.

Однако письмом Военного комиссариата Республики Татарстан N БР-66472 от 20 декабря 2012 года он был уведомлен о приостановлении компенсационной выплаты до предоставления справки медико-социальной экспертизы, полученной в Российской Федерации.

По мнению О.А. Разакова, данное решение является неправомерным, так как место проведения медико-социальной экспертизы не может влиять на право получения компенсационной выплаты, в связи с этим просил признать решение о приостановлении выплаты ежемесячной денежной компенсации незаконным, возложив обязанность возобновить выплаты с даты приостановления - с 1 февраля 2013 года.

Решением Советского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 23 августа 2013 года иск удовлетворен.

В апелляционной жалобе ответчик просил решение отменить как незаконное и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных истцом требований.

Судами установлено и подтверждается материалами дела, что О.А. Разакову в соответствии с Федеральным законом N 306-ФЗ от 7 ноября 2011 года "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" назначена и выплачивалась ежемесячная денежная компенсация в счет возмещения вреда здоровью в размере 7000 рублей.

Основанием для назначения компенсации явилось решение органов Государственной службы медико-социальной экспертизы Министерства труда и социальной защиты населения Республики Таджикистан об установлении II группы инвалидности с военной травмой.

Письмом ответчика N БР-66472 от 20 декабря 2012 года истец уведомлен о приостановлении ему данной выплаты с 1 февраля 2013 года до предоставления справки учреждения медико-социальной экспертизы об установлении группы инвалидности, выданной на территории Российской Федерации.

Принимая решение, суд первой инстанции исходил из того, что Соглашением о гарантиях независимых государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения и Конвенцией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, закрепляющей, что документы, которые на территории одной из договаривающихся сторон изготовлены или засвидетельствованы учреждением или специально на то уполномоченным лицом в пределах их компетенции и по установленной форме и скреплены печатью, принимаются на территориях других договаривающихся сторон без какого-либо специального удостоверения, рассматриваются как официальные и пользуются на территории других государств-участников договора (конвенции) доказательственной силой официальных документов без какого-либо удостоверения.

В связи с этим пришёл к выводу, что истец имеет право на получение компенсации на основании справки об установлении группы инвалидности, выданной ему органами Государственной службы медико-социальной экспертизы Министерства труда и социальной защиты населения Республики Таджикистан.

Судебная коллегия с данными выводами суда не согласилась по следующим основаниям.

1 января 2012 года вступил в силу Федеральный закон от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", который определил порядок производства отдельных выплат, связанных с установлением военнослужащему или гражданину, призванному на военные сборы, в период прохождения военной службы (военных сборов) либо после увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов) инвалидности вследствие военной травмы.

В соответствии с частью 13 статьи 3 указанного Федерального закона при установлении военнослужащему или гражданину, призванному на военные сборы, в период прохождения военной службы (военных сборов) либо после увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов) инвалидности вследствие военной травмы ему выплачивается ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда, причиненного его здоровью, в размере: 1) 14000 рублей - инвалиду I группы; 2) 7000 рублей - инвалиду II группы; 3) 2800 рублей - инвалиду III группы.

Частью 17 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" закреплено, что порядок финансирования и осуществления выплат, установленных частями 9, 10 и 13 данной статьи, определяется Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации N 142 от 22 февраля 2012 года утверждены Правила выплаты ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9, 10 и 13 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", военнослужащим, гражданам, призванным на военные сборы, и членам их семей, пенсионное обеспечение которых осуществляется Пенсионным фондом Российской Федерации (далее - Правила).

Согласно подпункту "а" пункта 2 Правил, ежемесячная денежная компенсация выплачивается военнослужащим или гражданам, призванным на военные сборы, которым в период прохождения военной службы (военных сборов) либо после увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов) установлена инвалидность вследствие военной травмы.

Пунктом 4 данных Правил предусмотрено, что для назначения ежемесячной денежной компенсации заявитель подает в уполномоченный орган по месту жительства заявление с указанием места жительства либо реквизитов счета, открытого в организации (филиале, структурном подразделении) Сберегательного банка Российской Федерации, а также, в числе прочих документов, копию справки федерального учреждения медико-социальной экспертизы, подтверждающей факт установления инвалидности вследствие военной травмы.

В соответствии с положениями, закрепленными в статье 12 Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", признание гражданина инвалидом и установление группы инвалидности производятся федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы в порядке, предусмотренном Федеральным законом "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации".

Статьей 1 Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" определено, что инвалидом является лицо, которое имеет нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами, приводящее к ограничению жизнедеятельности и вызывающее необходимость его социальной защиты.

В зависимости от степени расстройства функций организма и ограничения жизнедеятельности лицам, признанным инвалидами, устанавливается группа инвалидности.

Признание лица инвалидом осуществляется федеральным учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок и условия признания лица инвалидом устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации N 95 от 20 февраля 2006 года "О порядке и условиях признания лица инвалидом" утверждены Правила признания лица инвалидом, согласно пункту 1 которых, признание лица инвалидом осуществляется федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы: Федеральным бюро медико-социальной экспертизы, главным бюро медико-социальной экспертизы, а также бюро медико-социальной экспертизы в городах и районах, являющимися филиалами главного бюро.

Признание лица инвалидом осуществляется при проведении медико-социальной экспертизы исходя из комплексной оценки состояния организма гражданина на основе анализа его клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых и психологических данных с использованием классификаций и критериев, используемых Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации (пункт 2).

Таким образом, документом, необходимым для определения размера и выплаты денежной компенсации, является справка федерального учреждения медико-социальной экспертизы, подтверждающая факт установления инвалидности и ее причину на условиях и в порядке, предусмотренных действующим в Российской Федерации правовым регулированием.

Однако истцом в Военный комиссариат Республики Татарстан такая справка представлена не была.

Имеющаяся в деле справка об инвалидности, выданная истцу в 2010 году органами Государственной службы медико-социальной экспертизы Министерства труда и социальной защиты населения Республики Таджикистан, не может расцениваться в качестве документа, имеющего доказательную силу применительно к данным правоотношениям, поскольку Российская Федерация не имеет международных соглашений о взаимном признании Порядка и условий установления лицу инвалидности.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции по данному делу отменено, как постановленное с нарушением норм материального права, с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении иска О.А. Разакова, которому разъяснено, что он не лишен права на проведение медико-социальной экспертизы для установления группы инвалидности в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации.

1. Признание иска ответчиком должно быть отражено в протоколе судебного заседания и удостоверено его подписью, юридическая неграмотность и незнание закона не являются уважительными причинами пропуска срока принятия наследства.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 28 октября 2013 года по делу N 33-12904/2013 (изложение)

А.А. и Т.М. Григорьевы обратились к С.В. Архипову с иском о восстановлении срока для принятия наследства и признании принявшими наследство.

Требования мотивировали тем, что 14 апреля 2000 года умерла дочь истцов - О.А. Архипова, после смерти которой открылось наследство в виде доли жилого дома.

Данное наследство было принято супругом умершей - С.В. Архиповым.

Истцы не оформили свои наследственные права в установленный законом срок ввиду юридической неграмотности, поэтому просили суд восстановить срок для принятия наследства и признать их принявшими наследство после смерти дочери О.А. Архиповой.

Ответчик С.В. Архипов иск признал.

Решением Спасского районного суда Республики Татарстан от 21 августа 2013 года иск удовлетворен.

В апелляционной жалобе С.В. Архипов ставит вопрос об отмене решения суда ввиду нарушения норм материального и процессуального права, указывая, что заявленные истцами требования не признавал, а юридическая неграмотность и незнание закона истцами не являются уважительными причинами для восстановления срока для принятия наследства.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Согласно пункту 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Как следует из приведенных норм, требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности обстоятельств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока, так и обстоятельств обращения в суд с требованием о восстановлении в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока.

Данный шестимесячный срок, как разъяснено в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 9 от 29 мая 2012 г. "О судебной практике по делам о наследовании" не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Из материалов дела следует, что 14 апреля 2000 года умерла дочь истцов О.А. Архипова, после смерти которой, открылось наследство в виде доли жилого дома.

Согласно сообщению нотариуса Спасского нотариального округа РТ, после смерти О.А. Архиповой заведено наследственное дело N 62/2013.

Наследниками первой очереди после смерти О.А. Архиповой являются ее супруг - С.В. Архипов, принявший наследство в установленном законом порядке, а также родители Т.М. и А.А. Григорьевы, которые в установленный законом срок для оформления наследственных прав на наследственное имущество не обращались.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции принял признание иска ответчиком и признал уважительными причины пропуска срока, предусмотренного для принятия наследства.

Судебная коллегия считает, что выводы суда о необходимости удовлетворения иска основаны на неверном применении норм процессуального и материального права.

Согласно положениям статьи 173 ГПК Российской Федерации, признание иска ответчиком заносится в протокол судебного заседания и подписывается ответчиком. В случае если признание иска выражено в адресованных суду заявлениях в письменной форме, эти заявления приобщаются к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания. Суд разъясняет ответчику или сторонам последствия признания иска.

Как следует из материалов дела, признание ответчиком иска принято судом с нарушением указанной нормы - занесенное в протокол судебного заседания от 21 августа 2013 года признание ответчиком исковых требований не удостоверено подписью С.В. Архипова. Признания иска в письменной форме в адресованном суду заявлении С.В. Архиповым также не имеется.

Более того, исходя из положений статьи 1155 ГК Российской Федерации, срок для принятия наследства может быть восстановлен наследникам только в случае, если он пропущен по уважительной причине.

Согласно статье 56 ГПК Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из разъяснений пункта 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" следует, что требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние (статья 205 Гражданского кодекса Российской Федерации), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Истцами не представлялось доказательств наличия уважительных причин пропуска срока, доводы о юридической неграмотности и незнании закона не являются уважительными причинами для восстановления пропущенного срока.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения иска.

Судебная коллегия отменила решение районного суда и приняла новое решение об отказе в удовлетворении иска.

1. Соединение в одном исковом заявлении требований о признании сделки недействительной, применении последствий её недействительности и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, либо предъявление только требований о применении последствий недействительности сделки, когда фактически имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, не препятствует разрешению дела по существу по правилам статей 301 и 302 ГК Российской Федерации.

Постановление президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 27 ноября 2013 года по делу N 44-Г-109 (извлечение)

Прокурор Верхнеуслонского района Республики Татарстан обратился к М.А. Евстафьевой, Н.А. Корневой и В.В. Данильченко с заявлением о признании недействительными государственных актов на землю, договоров купли-продажи земельных участков и истребовании земельных участков.

В обоснование указал, что приговором Верхнеуслонского районного суда Республики Татарстан от 19 февраля 2013 г. М.А. Астафьева признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК Российской Федерации.

Согласно приговору М.А. Астафьева, работая специалистом земельного комитета Верхнеуслонского района Республики Татарстан, осенью 1995 года изготовила два подложных государственных акта N РТ-15-05-13-37 и N РТ-15-05-13-38 на право собственности на земельные участки, указав в данных документах, что постановлением главы администрации N 170 от 18 октября 1995 года М.А. Астафьевой и её сестре Н.А. Корневой выделены земельные участки площадью по 0,20 га с кадастровыми номерами 16:15:050114:291 и 16:15:050114:292 в с. Верхний Услон.

Впоследствии, в 2011 г., указанными лицами зарегистрировано право собственности на земельные участки, 31 августа 2011 г. заключены договоры купли-продажи данных земельных участков с В.В. Данильченко, который также зарегистрировал право собственности на указанные земельные участки.

В связи с перечисленными обстоятельствами прокурор заявил требования о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности и истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Решением Верхнеуслонского районного суда Республики Татарстан от 5 июня 2013 г. заявление удовлетворено.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 12 сентября 2013 г., указанное решение отменено, принято новое решение об отказе в удовлетворении заявления.

В кассационном представлении прокурор просил отменить апелляционное определение и оставить в силе решение суда первой инстанции.

Согласно статье 387 ГПК Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Судами установлено и подтверждается материалами дела, что М.А. Астафьева, используя служебное положение, изготовила подложенные документы, подтверждающие право собственности М.А. Астафьевой и Н.А. Корневой на земельные участки.

Указанные действия, согласно приговору суда, вступившему в законную силу, расценены как хищение имущества путём мошенничества (часть 4 статьи 159 УК Российской Федерации).

31 августа 2011 года похищенное М.А. Астафьевой и Н.А. Корневой имущество в виде земельных участков продано В.В. Данильченко.

Разрешая спор, суд второй инстанции исходил из того, что предъявление прокурором одновременно требований о признании сделки недействительной, применении последствий её недействительности и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, исключает возможность удовлетворения их как одновременно, так и в отдельности. В обоснование данного толкования закона судебная коллегия сослалась на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 N 6-П.

Вместе с тем согласно пункту 2 статьи 167 ГК Российской Федерации (в редакции Федерального закона действовавшей до 01.09.2013) при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В силу пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

По смыслу указанной нормы, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от того, является ли лицо добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения в результате хищения.

Приведённое толкование закона закреплено в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав".

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 21.04.2003 N 6-П "По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан О.М. Мариничевой, А.В. Немировской, З.А. Скляновой, Р.М. Скляновой и В.М. Ширяева", права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ, Пленума ВАС РФ "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", даже если заявлены только требования о признании соответствующей сделки недействительной и применении последствий её недействительности, но фактически имеет место приобретение имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, суд должен рассматривать дело по правилам статей 301 и 302 ГК Российской Федерации.

Как следует из приведённой правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и толкования правовых норм, надлежащим способом защиты права, когда имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, является предъявление требований об истребовании имущества на основании статей 301 и 302 ГК Российской Федерации.

В то же время, соединение в одном исковом заявлении требований о признании сделки недействительной, применении последствий её недействительности и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, либо предъявление только требований о применении последствий недействительности сделки, когда фактически имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, не препятствует разрешению дела по существу по правилам статей 301 и 302 ГК Российской Федерации.

Таким образом, судом апелляционной инстанции допущено существенное нарушение норм материального права, связанное с его ошибочным толкованием, что повлияло на результаты разрешения иска, защита публичных интересов невозможна без отмены обжалуемого судебного акта, апелляционное определение подлежит отмене.

При разрешении дела судом первой инстанции, установлены все обстоятельства, имеющие значение для дела, исследованные доказательства оценены в соответствии с правилами статьи 67 ГПК Российской Федерации, правильно применены нормы материального права, данное решение подлежит оставлению в силе.

Президиум отменил апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 12 сентября 2013 г. и оставил в силе решение Верхнеуслонского районного суда Республики Татарстан от 5 июня 2013 г.

1. Имущество может быть истребовано из незаконного владения добросовестного приобретателя, если данное имущество выбыло из владения собственника в результате хищения. Требования об исключении имущества из состава доказательств по уголовному делу подлежат рассмотрению в порядке уголовного судопроизводства.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 14 января 2013 года по делу N 33-63/2013 (изложение)

А.В. Кузнецов обратился к ООО "ПП "Сфера-трейдинг" с иском о признании добросовестным приобретателем, признании права собственности на транспортное средство, об исключении автомашины из состава вещественных доказательств по уголовному делу и передачи ее истцу без взимания платы за хранение на штрафной стоянке.

В обоснование указал, что по договору купли-продажи транспортного средства от 13 мая 2011 года приобрел у ООО "ПП "Сфера-трейдинг" автомобиль, обязательство об оплате исполнил.

24 декабря 2011 года ему стало известно, что дознаватель отдела полиции N 17 "Ямашевский" Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Казани возбудил уголовное дело в отношении неустановленных лиц в связи с обнаружением изменений маркировки данного автомобиля. Транспортное средство помещено на штрафную стоянку в качестве вещественного доказательства.

6 марта 2012 года уголовное дело приостановлено в связи с тем, что лицо, подлежащее привлечению в качестве подозреваемого, не установлено.

В момент совершения сделки купли-продажи он не знал и не мог знать, что ООО "ПП "Сфера-трейдинг" не имело право продавать указанную автомашину, просил суд признать себя добросовестным приобретателем, признать право собственности на автомобиль, исключить данную автомашину из состава вещественных доказательств по уголовному делу и возвратить автомашину со штрафной стоянки без взимания платы.

Решением Кировского районного суда города Казани от 24 октября 2012 года в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе представитель А.В. Кузнецова просил решение суда отменить.

Судами установлено и подтверждается материалами дела, что 13 мая 2011 года между сторонами заключен договор купли-продажи автомобиля.

21 декабря 2011 года дознавателем отдела полиции N 17 "Ямашевский" Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Казани возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 326 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении неустановленного лица, которое незаконно изменило маркировку на автомашине, принадлежащей А.В. Кузнецову.

Согласно заключению эксперта N 84 Экспертно-криминалистического центра Министерства внутренних дел по Республике Татарстан от 30 мая 2012 года первоначальное содержание идентификационной маркировки (идентификационного номера) представленного на экспертизу автомобиля было изменено.

В соответствии с базой данных разыскиваемого автотранспорта в розыске числится автомобиль с данными первоначального содержания идентификационной маркировки (идентификационного номера), автомобиль разыскивается по каналам Интерпола, инициатор розыска - НЦБ Интерпола Германии.

Согласно части 1 статьи 302 ГК Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что хотя А.В. Кузнецов и является добросовестным приобретателем, поскольку на возмездной основе приобрел спорный автомобиль, но имущество может быть у него истребовано, так как выбыло из владения собственника в результате хищения. В связи с этим согласился с выводами суда первой инстанции о необходимости отказа в удовлетворении данной части иска.

Кроме того, судебная коллегия пришла к выводу, что исковые требования об исключении автомашины из состава вещественных доказательств по уголовному делу не подлежали рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с частью 3 статьи 29 УПК Российской Федерации суд правомочен в ходе досудебного производства рассматривать жалобы на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя в случаях и порядке, которые предусмотрены статьей 125 УПК Российской Федерации.

В силу статьи 123 УПК Российской Федерации действия (бездействие) и решения органа дознания, дознавателя, начальника подразделения дознания, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и суда могут быть обжалованы в установленном УПК Российской Федерации порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.

В соответствии с частью 1 статьи 125 УПК Российской Федерации постановления дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту производства предварительного расследования.

При этом правом на обжалование в порядке статьи 125 УПК Российской Федерации обладают как участники уголовного судопроизводства, так и иные лица, права и законные интересы которых были ущемлены в результате действий или бездействия должностных лиц, ведущих уголовный процесс.

По смыслу названной нормы права, с заявлением в суд в порядке статьи 125 УПК Российской Федерации могут обратиться как участники уголовного судопроизводства, так и граждане, чьи права и свободы нарушены.

Как усматривается из материалов дела, в рамках уголовного дела N 755137 по постановлению дознавателя отдела полиции N 17 "Ямашевский" Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Казани от 9 февраля 2012 года спорный автомобиль, принадлежащий на праве собственности А.В. Кузнецову, признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела, автомашина оставлена на хранение на штрафной стоянке.

Таким образом, требования об исключении автомашины из состава вещественных доказательств по уголовному делу подлежали рассмотрению в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством, и в силу статьи 220 ГПК Российской Федерации дело в данной части подлежало прекращению.

Судебная коллегия определила решение Кировского районного суда города Казани от 24 октября 2012 года в части требований об исключении автомашины из состава вещественных доказательств по уголовному делу отменить и производство по делу в этой части прекратила. В остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

1. Судебное разбирательство в интересах гражданина может быть инициировано другим гражданином только в случаях, когда это предусмотрено законом, либо имеются документы, подтверждающие процессуальные полномочия для представительства интересов другого лица.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 28 марта 2013 года по делу N 33-3721/2013 (изложение)

Г.И. Бачиш обратилась с заявлением об оспаривании решения Управления Федеральной миграционной службы Российской Федерации по Республике Татарстан.

В обоснование указала, что в 1995 году они с сыном, переехали из Украины на постоянное место жительство в город Набережные Челны.

Ввиду отсутствия у ее сына гражданства Российской Федерации он не может воспользоваться полагающимися ему льготами участника войны в Афганистане. При этом сын болен, уже 16 лет находится на иждивении заявительницы, которая сама является пенсионером и инвалидом 2 группы по зрению.

В заявлении Г.И. Бачиш просила Управление Федеральной миграционной службы Российской Федерации по Республике Татарстан дать разрешение на регистрацию ее сына по месту жительства, на его проживание совместно с ней, а также просила заменить сыну паспорт на паспорт гражданина Российской Федерации и дать ему возможность получать льготы, предусмотренные законодательством для участников войны в Афганистане.

Решением Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 24 января 2013 года в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе Г.И. Бачиш просила отменить решение на том основании, что суд не принял во внимание исключительность сложившейся в их семье ситуации, поскольку сын болен хроническим заболеванием, она является его единственным близким человеком, оказывающим помощь, однако ее пенсии не хватает на нужды семьи.

Судебная коллегия пришла к выводу, что решение суда подлежит отмене.

В соответствии с частью 1 статьи 254 ГПК Российской Федерации гражданин, организация вправе оспорить в суде решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если считают, что нарушены их права и свободы.

Статьей 255 ГПК Российской Федерации установлено, что к решениям, действиям (бездействию) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, оспариваемым в порядке гражданского судопроизводства, отнесены коллегиальные и единоличные решения и действия (бездействие), в результате которых нарушены права и свободы гражданина; созданы препятствия к осуществлению гражданином его прав и свобод; на гражданина незаконно возложена какая-либо обязанность или он незаконно привлечен к ответственности.

Судом первой инстанции разрешен вопрос о правомерности отказа Управления Федеральной миграционной службы Российской Федерации по Республике Татарстан в выдаче сыну заявительницы разрешения на временное проживание на территории Российской Федерации, а также о наличии либо отсутствии нарушений прав сына заявительницы в регистрации по месту жительства, выдаче паспорта гражданина Российской Федерации, получении соответствующих льгот.

Из материалов дела видно, что сын заявительницы, являясь совершеннолетним, обладает дееспособностью и правоспособностью, имеющееся хроническое заболевание не является психическим.

Заявление в суд подано Г.И. Бачиш от своего имени, фактически заявляется о нарушении прав её совершеннолетнего сына, интересы которого она могла представлять при соответствующем оформлении процессуальных полномочий.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 134 ГПК Российской Федерации судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявление рассматривается и разрешается в ином судебном порядке; заявление предъявлено в защиту прав, свобод или законных интересов другого лица государственным органом, органом местного самоуправления, организацией или гражданином, которым настоящим Кодексом или другими федеральными законами не предоставлено такое право; в заявлении, поданном от своего имени, оспариваются акты, которые не затрагивают права, свободы или законные интересы заявителя.

В силу статьи 220 ГПК Российской Федерации суд прекращает производство по делу в случае, если дело не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации.

Как следует из содержания данных норм, если заявление подано в суд в интересах другого лица, гражданином, который такого права не имеет, возбужденное гражданское дело подлежит прекращению.

На основании приведённых положений закона, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что поскольку А.Н. Бачиш инициировала судебное рассмотрение заявления о защите прав и законных интересов своего сына, который является дееспособным, и который не предоставлял ей процессуальные полномочия для представительства своих интересов, производство по делу подлежит прекращению.

Апелляционным определением решение суда отменено, производство по делу прекращено.

2. При наличии достаточных оснований прокурор вправе вынести гражданину предостережение о недопустимости нарушения требований Федерального закона от 25 июля 2002 года N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности"

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 2 декабря 2013 года по делу N 33-1436/2013 (изложение)

Р.Ф. Гаффаров обратился с заявлением о признании незаконным и необоснованным предостережения, вынесенного в его адрес исполняющим обязанности Альметьевского городского прокурора 8 августа 2013 года о недопустимости нарушения требований Федерального закона от 25 июля 2002 года N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности", просил данное предостережение отменить.

Согласно предостережению Р.Ф. Гаффаров указан как последователь радикального течения в исламе - международной террористической организации, и, возможно, вовлечен в экстремистскую деятельность, что может впоследствии привести к совершению им преступлений.

Заявитель с предостережением не согласился в связи с отсутствием фактических данных, которые могли бы позволить вынести в отношении него такое предостережение, полагает, что предостережение не содержит сведений о том, что он является организатором или членом экстремистского сообщества.

Решением Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 26 сентября 2013 года заявление удовлетворено.

С решением суда прокурор не согласился, в апелляционном представлении поставил вопрос о его отмене.

Судебная коллегия пришла к выводу о необходимости отмены решения по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 254 ГПК Российской Федерации гражданин, организация вправе оспорить в суде решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если считают, что нарушены их права и свободы.

Согласно статье 25.1 Федерального закона от 17 января 1992 года N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" в целях предупреждения правонарушений и при наличии сведений о готовящихся противоправных деяниях прокурор или его заместитель направляет в письменной форме должностным лицам, а при наличии сведений о готовящихся противоправных деяниях, содержащих признаки экстремистской деятельности, руководителям общественных (религиозных) объединений и иным лицам предостережение о недопустимости нарушения закона.

Статьей 6 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности" предусмотрено, что при наличии достаточных и предварительно подтвержденных сведений о готовящихся противоправных действиях, содержащих признаки экстремистской деятельности, и при отсутствии оснований для привлечения к уголовной ответственности Генеральный прокурор Российской Федерации или его заместитель либо подчиненный ему соответствующий прокурор или его заместитель направляет руководителю общественного или религиозного объединения либо руководителю иной организации, а также другим соответствующим лицам предостережение в письменной форме о недопустимости такой деятельности с указанием конкретных оснований объявления предостережения. В случае невыполнения требований, изложенных в предостережении, лицо, которому было объявлено данное предостережение, может быть привлечено к ответственности в установленном порядке. Предостережение может быть обжаловано в суд в установленном порядке.

Федеральный закон "О противодействии экстремистской деятельности" в целях защиты прав и свобод человека и гражданина, основ конституционного строя, обеспечения целостности и безопасности Российской Федерации определяет правовые и организационные основы противодействия экстремистской деятельности, устанавливает ответственность за ее осуществление.

Так, согласно пункту 1 статьи 1 указанного Закона к экстремистской деятельности (экстремизму) отнесено, в частности, публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность, возбуждение религиозной розни, пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его отношения к религии, воспрепятствование осуществлению гражданами их избирательных прав и права на участие в референдуме или нарушение тайны голосования, соединенные с насилием либо угрозой его применения, публичные призывы к осуществлению указанных деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения, организация и подготовка указанных деяний, а также подстрекательство к их осуществлению.

На основании решения Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2003 года организация "Хизб-ут-Тахрир аль-Ислами" признана террористической, и ее деятельность на территории Российской Федерации была запрещена.

Поводом для вынесения предостережения послужило обращение на имя Альметьевского городского прокурора Республики Татарстан руководителя группы Центра по противодействию экстремизму Министерства внутренних дел по Республике Татарстан (с дислокацией в городе Альметьевске) от 7 августа 2013 года, в котором сообщается, что ЦПЭ МВД России по Республике Татарстан совместно с отделом УФСБ России по Республике Татарстан в городе Альметьевске осуществляется комплекс организационных, оперативно-розыскных и профилактических мероприятий по противодействию экстремистским и террористическим проявлениям.

В ходе проводимой данными органами оперативной работы выявлено, что Р.Ф. Гаффаров является последователем радикального течения в исламе, представленного организацией "Хизб-ут-Тахрир аль-Ислами". Анализ полученных данных позволяет сделать вывод о том, что Р.Ф. Гаффаров возможно вовлечен в экстремистскую деятельность, что впоследствии может привести к совершению им преступлений, предусмотренных статьями 282, 282.1, 282.2 УК Российской Федерации.

Судебная коллегия пришла к выводу, что при указанных обстоятельствах у прокурора имелись достаточные основания для вынесения гражданину предостережения о недопустимости нарушения закона, решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявления отказано.

1. Отсутствие сведений об извещении потерпевшего о дате, времени, месте рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении является основанием для отмены решения суда.

Определение судьи Верховного Суда Республики Татарстан по делу N 77-611/2013 от 15 мая 2013 года (извлечение)

25 марта 2013 года на перекрестке ул. Зорге - Даурская г. Казани произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки "Ауди А4" под управлением И.Г. Ахметзянова и автомобиля марки "Шевроле-Нива" под управлением А.Н. Абдурахманова.

Постановлением начальника отделения по Советскому району ОГИБДД Управления МВД России по городу Казани от 1 апреля 2013 года И.Г. Ахметзянов признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 500 рублей.

Решением судьи Советского районного суда города Казани, постановление должностного лица в отношении И.Г. Ахметзянова отменено, производство по делу прекращено за отсутствием в действиях И.Г. Ахметзянова состава административного правонарушения.

А.Н. Абдурахманов обратился с жалобой в Верховный Суд Республики Татарстан на указанное решение, просил его отменить, указывая, что не был надлежащим образом извещен о дате и месте рассмотрения дела в суде, решение, по мнению заявителя, вынесено без тщательного исследования обстоятельств дела.

Проверив административный материал, изучив доводы жалобы, судья Верховного Суда Республики Татарстан, пришел к выводу о необходимости отмены решения суда по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 25.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях потерпевшим является физическое лицо или юридическое лицо, которым административным правонарушением причинен физический, имущественный или моральный вред.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" разъяснено, что право потерпевшего на участие в деле об административном правонарушении должно быть обеспечено независимо от того, является ли наступление последствий признаком состава административного правонарушения.

Из материалов дела следует, что заявитель является одним из участников дорожно-транспортного происшествия, и в результате данного происшествия имуществу обоих участников причинен вред.

По факту дорожно-транспортного происшествия постановлением должностного лица ГИБДД оба участника признаны виновными в совершении административного правонарушения, предусмотренного части 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Соответственно, на момент рассмотрения судьей районного суда жалобы И.Г. Ахметзянова на постановление должностного лица оба участника дорожно-транспортного происшествия по отношению друг к другу являлись потерпевшими.

Согласно части 3 статьи 25.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях дело об административном правонарушении рассматривается с участием потерпевшего.

В его отсутствие дело может быть рассмотрено лишь в случаях, если имеются данные о надлежащем извещении потерпевшего о времени и месте рассмотрения дела и если от потерпевшего не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения.

Как следует из материалов дела, перечисленные требования закона при рассмотрении дела не выполнены.

Рассмотрение дела в отсутствие потерпевшего без его надлежащего извещения о дате, месте и времени судебного заседания является существенным процессуальным нарушением, принятое решение нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене.

Определением судьи Верховного Суда Республики Татарстан решение судьи Советского районного суда города Казани от 18 апреля 2013 года, вынесенное в отношении И.Г. Ахметзянова по делу об административном правонарушении, отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Советский районный суд города Казани.

2. Истечение срока давности привлечения к административной ответственности исключает производство по делу об административном правонарушении.

Определение судьи Верховного Суда Республики Татарстан по делу N 77-599/2013 от 15 мая 2013 года (извлечение)

Постановлением заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы России по Республике Татарстан от 15 ноября 2012 года генеральный директор ООО "Моби Сервис" С.В. Грязнов привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 14.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение рекламодателем, рекламопроизводителем или рекламораспространителем законодательства о рекламе), наложен штраф в размере 4000 рублей.

Решением судьи Вахитовского районного суда города Казани Республики Татарстан от 1 марта 2013 года указанное постановление оставлено без изменения, жалоба С.В. Грязнова - без удовлетворения.

В жалобе, поданной в Верховный Суд Республики Татарстан, заявитель просит отменить решение судьи как незаконное и необоснованное.

Судья Верховного Суда Республики Татарстан пришел к выводу о необходимости отмены решения судьи.

Как усматривается из материалов дела, обстоятельства, послужившие основанием для возбуждения в отношении генерального директора ООО "Моби Сервис" С.В. Грязнова дела об административном правонарушении, имели место 15 июля 2011 года.

Срок давности привлечения к административной ответственности, установленный частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел, составляет один год, по настоящему делу истек 15 июля 2012 года.

Исходя из положений части 1 статьи 4.5 и пункта 6 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, по истечении установленных сроков давности привлечения к административной ответственности вопрос об административной ответственности лица обсуждаться не может.

Из материалов дела видно, что постановление по делу вынесено 15 ноября 2012 года, то есть после истечения сроков давности привлечения к административной ответственности.

Истечение срока давности привлечения к административной ответственности в соответствии с требованиями п. 6 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Исходя из положений ч. 1 ст. 4.5 и п. 6 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, по истечении срока давности привлечения к административной ответственности производство по делу об административном правонарушении в отношении С.В. Грязнова подлежало прекращению.

Определением судьи Верховного Суда Республики Татарстан постановление заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы России по Республике Татарстан от 15 ноября 2012 года и решение судьи Вахитовского районного суда города Казань Республики Татарстан от 1 марта 2013 года отменены, производство по делу прекращено.