Апелляционное определение СК по гражданским делам Челябинского областного суда от 12 августа 2014 г. по делу N 11-8170/2014 (ключевые темы: договор дарения - сроки исковой давности - залог - применение последствий недействительности - сделки)

Апелляционное определение СК по гражданским делам Челябинского областного суда от 12 августа 2014 г. по делу N 11-8170/2014

судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе: председательствующего: Никитенко Н.В., судей: Беломестновой Ж.Н., Чаус И.А.,

при секретаре: Бабкине С.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Челябинске гражданское дело по апелляционной жалобе Грибовой Н.А. на решение Южноуральского городского суда Челябинской области от 02 июня 2014 года по иску Грибовой Н.А. к Саблину С.Г., Антошиной П.С.о признании сделки недействительной (притворной) и применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Заслушав доклад судьи Никитенко Н.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, пояснения представителя истца Грибовой Н.А. - Дитятьева Д.Н., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, ответчиков Саблина С.Г., А.П.Ю., полагавших решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА

Грибова Н.А. обратилась в суд с иском к Саблину С.Г., Антошиной П.С. о признании ничтожным договором дарения от 11 февраля 2010 года комнаты N **** в квартире N **** дома N **** по ул. **** в г. Южноуральске Челябинской области, заключенным между Саблиным С.Г. и Валеевой (Грибовой) Н.А., применении последствий недействительности (ничтожности) сделки, о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи указанной комнаты от 11 июня 2013 года, заключенного между Саблиным С.Г. и А.П.Ю. и применении последствий недействительности (ничтожности) сделки.

В обоснование иска указала, что по просьбе знакомой Ч.Е.С. истец заняла для нее деньги в сумме **** рублей у Саблина С.Г. с условием оформления на него принадлежащей Грибовой Н.А. комнаты в качестве залога. 11 февраля 2010 года между Грибовой (Валеевой) Н.А. и Саблиным С.Г. был заключен договор дарения, по которому в собственность Саблина С.Г. была передана комната N **** в квартире N **** дома N **** по ул. **** в г. Южноуральске Челябинской области. После чего Саблин С.Г. передал Грибовой Н.А. деньги в сумме **** рублей, которые та передала Ч.Е.С. Ч.Е.С. впоследствии

1

деньги Грибовой Н.А. не вернула. Саблин С.Г. продал спорную комнату А.П.Ю. по договору купли-продажи от 11 июня 2013 года. Договор дарения от И февраля 2010 года является недействительным, так как был подписан с целью прикрытия сделки займа денежных средств между Саблиным С.Г. и Грибовой Н.А., является ничтожной сделкой, так как имеет притворный характер. Комната была оформлена на Саблина С.Г. в качестве обеспечения обязательств Грибовой Н.А. по возврату взятой в долг денежной суммы. Соответственно, договор купли-продажи от 11 июня 2013 г. заключен со стороны продавца лицом, которое не может считаться собственником объекта недвижимости, а указанное имущество не являлось объектом прав.

Истец Грибова Н.А. в судебное заседание не явилась.

Представитель истца Грибовой Н.А. - Дитятьев Д.Н. в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме.

Ответчик Саблин С.Г. исковые требования не признал, просил применить последствия пропуска истцом срока исковой давности.

Ответчик Антошина П.С. в судебное заседание не явилась.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Челябинской области в судебное заседание не явился.

Суд постановил решение, которым в иске Грибовой Н.А. о признании ничтожным договором дарения от 11 февраля 2010 года комнаты N **** в квартире N **** дома N **** по ул. **** в г. Южноуральске Челябинской области, заключенным между Саблиным С.Г. и Валеевой (Грибовой) Н.А., применении последствий недействительности (ничтожности) сделки, о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи указанной комнаты от 11 июня 2013 года, заключенного между Саблиным С.Г. и А.П.Ю. и применении последствий недействительности (ничтожности) сделки отказал.

В апелляционной жалобе Грибова Н.А. просит решение суда отменить, ссылаясь на наличие уважительных причин пропуска срока исковой давности. Указывает на необоснованность выводов суда об отсутствии доказательств притворности договора дарения от 11 февраля 2010 года.

Истец Грибова Н.А., представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и

2

картографии по Челябинской области в суд апелляционной инстанции не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, причин неявки не сообщили.

Судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие на основании ст. ст. 167, 327 ГПК РФ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает решение суда первой инстанции подлежащим изменению в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела, неверным применением норм материального права.

Из материалов дела следует, что 11 февраля 2010 года между Грибовой (Валеевой) Н.А. и Саблиным С.Г. заключен договор дарения комнаты N **** в квартире N **** дома N **** по ул. **** в г. Южноуральске Челябинской области (л.д. 8).

Право собственности Саблина С.Г. на указанное жилое помещение зарегистрировано 10 марта 2010 года.

11 июня 2013 года Саблин С.Г. продал спорную комнату А.П.Ю. по договору купли-продажи.

Право собственности А.П.Ю. зарегистрировано 15 октября 2013 года.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции указал на отсутствие доказательств притворности договора дарения, пришел к выводу о его действительности.

Однако судебная коллегия не может согласиться с такими выводам суда, поскольку они основаны на неправильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела, неверном применении норм материального права.

В соответствии со ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке,

з

которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу данной нормы, по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель на достижение последствий иной сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Приговором Южноуральского городского суда Челябинской области от 06 декабря 2012 года, вступившим в законную силу Ч.Е.С. признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных ст. 159 ч. 4 УК РФ, мошенничества - хищения чужого имущества путем обмана, ей назначено наказание в виде лишения свободы.

Указанным приговором установлено, что Грибова Н.А, заняла у Саблина С.Г. для Ч.Е.С. денежные средства в размере **** рублей, при этом Саблин С.Г. попросил Грибову Н.А. в качестве гарантии возвращения ему денег оформить на него дарственную на комнату N **** в квартире N **** дома N **** по ул. **** в г. Южноуральске Челябинской области.

Как следует из объяснений Саблина С.Г., действительно он дал в долг Грибовой Н.А. денежные средства в размере **** рублей, а договор дарения комнаты был заключен в качестве гарантии возврата денег (л.д. 66).

При указанных обстоятельствах доводы истца о том, что фактически денежные средства ей выданы взамен передачи прав на спорное жилое помещение, то есть договор дарения является возмездной притворной сделкой, фактически прикрывающей договор займа и залога (ипотеки) являются обоснованными.

Таким образом, фактические обстоятельства указывают, что при совершении договора дарения воля сторон была направлена на заключение договора займа и залога комнаты, то есть имело место несовпадение сделанного волеизъявления с действительной волей сторон, которая была направлена на установление сторонами совершенной сделки гражданско-правовых отношений иных по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон, так как истец и ответчик преследовали общую цель и с учетом правил ст. 432 ГК достигли соглашения по условиям договора залога доли квартиры, то есть сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

4

Поскольку указанная сделка не являлась безвозмездной, в силу закона такой договор не может быть признан дарением, поскольку прикрывает сделку залога доли квартиры в счет обеспечения договора займа. При таких обстоятельствах вывод суда о том, что оспариваемый договор является действительным является не правильным.

Исходя из изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что при заключении спорного договора стороны имели целью обеспечить исполнение обязательств Грибовой Н.А. по договору займа путем передачи комнаты в залог. Таким образом, совершенная между сторонами сделка дарения прикрывала договор залога. Договор дарения от 11 февраля 2010 года является притворным и ничтожным.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает необходимым исключить из мотивировочной части решения суда вывод суда о действительности договора дарения комнаты N **** в квартире N **** дома N **** по ул. **** в г. Южноуральске Челябинской области от 11 февраля 2010 года, заключенного между Валеевой Н.А. и Саблиным С.Г..

Вместе с тем, исключение указанного вывода не влечет отмену решения суда в части отказа Грибовой Н.А. в удовлетворении исковых требований.

Согласно ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в п. 26 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 г. N 15 и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2001 г. N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В силу ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь,

5

беспомощное состояние, неграмотность и т.п.) нарушенное право гражданина подлежит защите.

Разрешая вопрос о пропуске истицей срока исковой давности, суд исходил из того, что истицей заявлены требования по применению последствий недействительности ничтожной сделки, срок исковой давности по которой в соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ составляет три года. При этом, течение срока исковой давности по заявленным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Учитывая, что истица является стороной сделки, а исполнение сделки началось с момента регистрации договора дарения, то срок исковой давности в данном случае следует исчислять с 10 марта 2010 года.

С настоящим иском Грибова Н.А. обратилась 02 апреля 2014 года (л.д. 3), то есть по истечению трехлетнего срока, предусмотренного п. 1 ст. 181 ГК РФ. При этом, допустимых доказательств наличия обстоятельств, препятствующих своевременному обращению в суд, Грибовой Н.А. суду в нарушение ст. 56 ГПК РФ представлено не было.

Учитывая изложенное, суд обоснованно указал на пропуск истицей срока исковой давности.

Судебная коллегия указанные выводы суда находит правильными, поскольку они основаны на установленных в судебном заседании фактических обстоятельствах дела и правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Истечение срока исковой давности, то есть срока, в пределах которого суд общей юрисдикции обязан предоставить защиту лицу, право которого нарушено, является самостоятельным основанием для отказа в иске. В этом случае принудительная (судебная) защита прав гражданина независимо от того, имело ли место в действительности нарушение его прав, невозможна, вследствие чего исследование иных обстоятельств спора не может повлиять на характер вынесенных судебных решений.

В рассматриваемом случае причины пропуска срока исковой давности, на которые ссылается истец, не относятся к обстоятельствам, перечисленным в ст. 205 ГК РФ, и не могут быть приняты во внимание в качестве оснований для восстановления пропущенного срока.

Поскольку доказательств в подтверждение таких обстоятельств

б

истцом представлено не было, оснований для восстановления срока у суда не имелось. Юридическая неграмотность, заблуждение, на которые истец ссылается в апелляционной жалобе, не могут расцениваться в качестве уважительных причин пропуска срока исковой давности. Кроме того, данные причины пропуска срока не заявлялись в суде первой инстанции.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Южноуральского городского суда Челябинской области от 02 июня 2014 года изменить.

Исключить из мотивировочной части решения вывод суда о действительности договора дарения комнаты N **** в квартире N **** дома N **** по ул. **** в г. Южноуральске Челябинской области от 11 февраля 2010 года, заключенного между Валеевой Н.А. и Саблиным С.Г..

В остальной части указанное решение оставить без изменения, апелляционную жалобу Грибовой Н.А. - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

7