Апелляционное определение СК по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия от 24 июля 2013 г. по делу N 33-1736/2013 (ключевые темы: недостача - договор о полной материальной ответственности - товарно-материальные ценности - прямой действительный ущерб - наличные денежные средства)

Апелляционное определение СК по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия от 24 июля 2013 г. по делу N 33-1736/2013

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего Душкова С.Н.,

судей Коршуновой С.Т., Немежикова А.П.,

при секретаре Туртугешеве А.Т.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика на решение Таштыпского районного суда Республики Хакасия от 29 апреля 2013 года по делу по иску ФГУП "Почта России" в лице Бейского почтамта УФПС Республики Хакасия - филиала ФГУП "Почта России" к Егоян Р.Г. о возмещении материального ущерба, которым иск удовлетворен.

Заслушав доклад судьи Немежикова А.П., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФГУП "Почта России" в лице Бейского почтамта УФПС Республики Хакасия - филиала ФГУП "Почта России" (далее истец) предъявил к Егоян Р.Г. иск о возмещении материального ущерба в размере "данные изъяты", указывая в исковом заявлении, что 18.07.2011 г. ответчик принята на работу начальником отделения почтовой связи Малые Арбаты, в этот день с ней был заключен договор о полной материальной ответственности. 02.04.2012 г. в ходе проверки была выявлена недостача наличных денежных средств по её подотчету на требуемую к взысканию сумму, образовавшаяся в период с 18.07.2011 г. по 02.04.2012 г. (л.д.5-7 том 1).

В судебном заседании представители истца требования поддержали, ссылаясь на факт выявленной недостачи в подотчете ответчика и на заключение с нею договора о полной материальной ответственности.

Ответчик иск не признала и, возражая на требования, пояснила суду, что она получала в подотчет материальные ценности, полагает, что недостачу приписали по подписке на сумму более четырех тысяч рублей и на 1 апреля поставили в подотчет товаров на "данные изъяты" рублей больше и, кроме того, в электронном журнале было удвоение кассы, видимо в связи с тем, что она дважды нажала кнопку на компьютере. Также считает, что недостача возникла по статьям денежных переводов. В период образования недостачи краж в отделении не было.

Суд постановил решение, которым иск удовлетворил (л.д.96-99 том 4).

С решением суда не согласна ответчик, в апелляционной жалобе просит решение суда отменить и принять новое решение об отказе в иске, указывая, что факт причинения ею материального ущерба при исполнении трудовых обязанностей не доказан, не установлена её вина в причинении ущерба и причинно-следственная связь между её действиями и наступившим ущербом. Согласно заключению экспертизы ущерб имеется, но установить причины возникновения недостачи не представляется возможным и, кроме того, ни она, ни её представитель не были уведомлены о проведении экспертизы и не могли принять в ней участие. Также указывает о нарушениях при производстве инвентаризации, ссылаясь на Положение о бухгалтерском учете и отчетности и нормы Федерального закона "О бухгалтерском учете", предусматривающие правила её проведения (л.д.109-110 том 4).

В возражениях на апелляционную жалобу истец выражает согласие с решением суда (л.д.116-118 том 4).

Выслушав объяснения представителя истца, ответчика и её представителя, проверив материалы дела, законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно статье 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу статьи 242 ТК Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии со статьей 243 ТК Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в перечисленных в данной статье случаях. Одним из таких случаев является указанная в пункте 2 её части 1 недостача ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора.

В статье 244 ТК Российской Федерации предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной материальной ответственности заключаются с работниками, достигшими возраста 18 лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 16 ноября 2006 г. N52 (в ред. от 28 сентября 2010 г.) "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснил, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, относятся, в частности, наличие прямого действительного ущерба и его размер, и соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности (абзац первый пункта 4).

Как установлено судом и видно из материалов дела, ответчик достигла возраста 18 лет, с 18.07.2011 г. принята на должность начальника отделения почтовой связи Малые Арбаты, и в этот день с ней был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности (л.д.30, 32-34, 31 том 1).

Согласно должностной инструкции её обязанностями являлись, в частности, прием и выдача денег по переводам, выплата пенсий и пособий, продажа товаров, печатной продукции, ведение учета по товарам сетевым и товарам собственным с ежемесячной подачей отчетов в бухгалтерию, ведение учетов по различным видам услуг, обеспечение полной сохранности денежных сумм, почтовых отправлений, товарно-материальных ценностей, документации, обеспечение ежедневного контроля оприходования, своевременной сдачи денег и составления сводки о доходах, прием подписки на газеты и журналы, составление заказов (л.д.35-39 том 1), то есть она выполняла работы, указанные в Перечне должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденный постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85.

Правовая природа договора о полной материальной ответственности, как следует из статей 244 и 245 Трудового кодекса Российской Федерации, предполагает, что работники, заключившие такой договор, должны обеспечить сохранность вверенного им имущества.

Ответчик, как следует из объяснений сторон, приступив к работе начальником отделения почтовой связи Малые Арбаты, являлась материально ответственным лицом в этом отделении, получала в подотчет деньги и товарно-материальные ценности, которых в этом отделении почтовой связи до её приема на работу не было, что следует из представленной истцом бухгалтерской справки (л.д.58 том 3).

Приказом начальника Бейского почтамта УФПС Республики Хакасия от 02.04.2012 г. N52 назначено проведение проверки отделения связи Малые Арбаты, создана комиссия по её проведению, и в ходе проверки была выявлена недостача денег и товарно-материальных ценностей на сумму "данные изъяты", о чем составлен акт, подписанный членами комиссии и начальником этого почтового отделения - ответчиком Егоян Р.Г. (л.д.57 том 3 и л.д.40 том 1);

при этом в ходе этой проверки подвергались инвентаризации касса, лотерея, газеты, гофротара, фототовары, собственные товары, карты оплаты, долги, комиссионные товары, арт-дизайн, что видно из инвентаризационных описей (л.д.42-95 том 1).

В письменном объяснении по факту возникновения недостачи ответчик указала, что недостачу она сама обнаружила 28.02.2012 г., так как в наличии имелось "данные изъяты" рублей, а в дневнике формы N130 - "данные изъяты", в компьютере была удвоена касса, причина ей неизвестна (л.д.41 том 1).

Инструкцией о порядке применения классификатора разделов и статей дневника ф.130, заполнения ежедневных отчетов и оформления дневника ф.130 в обособленных структурных подразделениях ФГУП "Почта России", утвержденной приказом этого предприятия от 10.06.2009 г. N201-п, предусмотрено ведение дневника формы N130, в котором отмечается ежедневный отчет о движении денежных средств и сумм реализации услуг, материальных ценностей и товаров, подтвержденный документами, при этом ответственность за достоверность и полноту внесенных в этот дневник данных несет начальник отделения почтовой связи (л.д.102-120 том 1).

При оценке доказательств, представленных сторонами, в том числе о размере причиненного ущерба, суд исследовал как эти дневники, составленные ответчиком за период с июля 2011 г. по март 2012 г. (л.д.96-101 том 1, 17-156 том 2, 1-56 том 3), так и назначил проведение судебно-бухгалтерской экспертизы.

Согласно заключению этой экспертизы недостача по личному подотчету Егоян Р.Г. имеется, образовалась она в период с 01.12.2011 г. по 02.04.2012 г., основная сумма недостачи по наличным денежным средствам в размере "данные изъяты", которая могла образоваться в результате необоснованного документального оформления расходования денежных средств из кассы, в результате ошибки принимающего денежные средства или хищения (л.д.6-66 том 4).

Пункт 2 части 1 статьи 243 ТК Российской Федерации, предусматривающий возложение на работника полной материальной ответственности при условии заключения с ним соответствующего письменного договора, согласуется с задачами трудового законодательства по созданию необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений (статья 1 данного Кодекса), допускает привлечение работника к полной материальной ответственности лишь в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей, т.е. при условии его виновного противоправного поведения (статья 233 данного Кодекса).

В абзаце втором пункта 4 приведенного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 16 ноября 2006 г. N52 разъяснено, что если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Из этого разъяснения и положений трудового законодательства, регулирующего вопросы материальной ответственности работника, следует, что законодателем установлена презумпция вины работника при условии доказанности работодателем правомерности заключения с работником договора о полной материальной ответственности и самого факта недостачи, и в этом случае работник обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Установив приведенные выше фактические обстоятельства, правильно применив нормы материального права, регулирующие спорные отношения, суд, исходя из совокупности исследованных доказательств, пришел к правильному выводу, что работодатель (истец) доказал перед судом правомерность заключения с работником (ответчиком) договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, и её размер, а ответчик доказательств об отсутствии своей вины в причинении ущерба не представила, и принял законное и обоснованное решение об удовлетворении заявленных истцом требований.

Доводы апелляционной жалобы ответчика и в части не согласия с инвентаризацией, и в части отсутствия её вины в причинении ущерба, и все иные доводы, в том числе и приведенные дополнительно в суде апелляционной инстанции о исправлениях в бухгалтерских документах, которые были предметом исследования и оценки суда, сводятся к переоценке установленных судом фактических обстоятельств дела, оснований для переоценки которых судебная коллегия не усматривает, эти доводы не содержат правовых оснований к отмене обжалуемого решения, поскольку не опровергают выводов суда, а выражают несогласие с ними, повторяют правовую позицию, выраженную в возражениях на иск и судебном заседании, являвшуюся предметом исследования и нашедшую отражение и правильную оценку в решении суда.

Судом первой инстанции правильно определены обстоятельства дела, подтвержденные имеющимися доказательствами, им дана надлежащая оценка в их совокупности, правильно применены нормы материального права и не допущено нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного решения, и оснований для изменения или отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА

:

решение Таштыпского районного суда Республики Хакасия от 29 апреля 2013 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика Егоян Р.Г. ? без удовлетворения.

Председательствующий С.Н. Душков

Судьи С.Т. Коршунова

А.П. Немежиков