Апелляционное определение Николаевский-на-Амуре городского суда Хабаровского края от 18 декабря 2018 г. по  делу  N  11-41/2018

городской суд Хабаровского края в составе председательствующего судьи Федоренко Н.В.,
с участием истца Тишковец Т.А, представителя ответчика КГБУЗ "НЦРБ" Емельяненко А.М, действующего на основании доверенности от 09.01.2018,
при секретаре Мартыновой А.И,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Тишковец Татьяны Анатольевны к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Николаевска-на-Амуре центральная районная больница" министерства здравоохранения Хабаровского края о взыскании убытков, компенсации морального вреда,
по апелляционной жалобе КГБУЗ "Николаевская-на-Амуре центральная районная больница" министерства здравоохранения Хабаровского края на решение мирового судьи судебного района "г. Николаевск-на-Амуре и Николаевский район Хабаровского края" судебного участка N 43 от 17.10.2018,
УСТАНОВИЛ:
Истец Тишковец Т.А. обратилась в суд с иском к КГБУЗ "Николаевская-на-Амуре центральная районная больница" министерства здравоохранения Хабаровского края о взыскании убытков, компенсации морального вреда.
В обоснование требований истец указала, что ее отец, ФИО5, 01.03.2018 был госпитализирован в кардиологическое отделение КГБУЗ "Николаевская-на-Амуре центральная районная больница" М3 ХК с диагнозом инфаркт мозга. ДД.ММ.ГГГГ ее отец скончался. В период пребывания ее отца в стационаре согласно медицинским документам врачом были назначены препараты, необходимые для лечения. Ей сообщили, что лекарства в больнице отсутствуют, в связи с чем, как ей сказал врач, их необходимо приобретать за счет личных денежных средств. Поскольку она переживала за здоровье отца, она была вынуждена покупать препараты за счет своих личных денежных средств. В последующем она обратилась в медицинскую организацию за возмещением затраченных средств, предоставила документы, подтверждающие понесенные расходы в общей сумме 12 661 руб. В ответ на ее письмо она получила отказ в возмещении средств. По ее обращению Хабаровским филиалом АО "Страховая компания "СОГАЗ-Мед" организована медико-экономическая экспертиза (МЭЭ), поскольку одной из функций СМО является функция контроля за медицинской помощью, которую оказывают в рамках обязательного медицинского страхования (в том числе путем организации проведения МЭЭ) согласно статье 40 Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", Порядку организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий помощи по обязательному медицинскому страхованию (утвержден Приказом ФФОМС от 01.12.2010 N 230).
По результатам проведенной страховой организацией медико-экономической экспертизы со стороны КГБУЗ "НЦРБ" выявлено нарушение, ограничивающее доступность медицинской помощи, а именно приобретение лицом, действовавшим в интересах пациента, лекарственных препаратов в период пребывания в стационаре по назначению врача, включенных в Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств, на основании стандартов медицинской помощи. В соответствии с записями в медицинской карте среди назначенных врачом препаратов ею были приобретены следующие лекарства:
02.03.2018: мексидол (раствор), цитофлавин (раствор) на сумму 2 137,50 руб, 16.03.2018: магния сульфат (раствор), цитофлавин (раствор), цераксон (раствор) на сумму 3 689 руб, 18.03.2018: цитофлавин (раствор), актовегин (раствор), цераксон (раствор) на сумму 5 145,50 руб, 22.03.2018: цераксон (раствор) на сумму 1 689 руб, итого: 12 661 руб. Считает, что со стороны ответчика был необоснованный отказ в обеспечении ее отца лекарственными препаратами, которые были назначены к применению во время нахождения ее отца на лечении в стационаре больницы. В соответствии с положениями раздела 5 Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Хабаровского края на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов (утвержден Постановлением Правительства Хабаровского края от 28.12.2017 N 545) при оказании в рамках Территориальной программы первичной медико-санитарной помощи в условиях дневного стационара и в неотложной форме, специализированной медицинской помощи, в том числе высокотехнологичной, скорой медицинской помощи, и том числе скорой специализированной, паллиативной медицинской помощи обеспечение граждан лекарственными препаратами, медицинскими изделиями, включенными в утверждаемый Правительством Российской Федерации перечень медицинских изделий, имплантируемых в организм человека, лечебным питанием, в том числе специализированными продуктами лечебного питания, по назначению врача, а также донорской кровью и ее компонентами по медицинским показаниям в соответствии со стандартами медицинской помощи, осуществляется бесплатно для пациента. Как следует из ответа ответчика (N 01-19-837 от 26.04.2018), которым ей отказано возмещении средств, медицинская помощь ее отцу была оказана в соответствии со Стандартом специализированной медицинской помощи при инфаркте мозга (утвержден Приказом Минздрава России от 29.12.2012 N 1740н).
Назначенные препараты входят в указанный Стандарт и входят в Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов для медицинского применения на 2018 год (утвержден Распоряжением Правительства РФ от 23.10.2017 N 2323-р). Следовательно, медицинская организация обязана была обеспечить ее отца препаратами без взимания платы, в связи с чем, врач необоснованно вынудил ее приобрести указанные препараты в интересах пациента (ее отца) за счет личных средств. Данными действиями грубейшим образом была нарушена статья 41 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой каждый имеет право на охрану здоровья и помощь. Согласно статье 18 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" право на охрану здоровья обеспечивается охраной окружающей среды, созданием безопасных условий труда, благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан, производством и реализацией продуктов питания соответствующего качества, качественных, безопасных и доступных лекарственных препаратов, а также оказанием доступной и качественной медицинской помощи. Как следует из статьи 37 Закона об охране здоровья медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.
Согласно части 2 статьи 80 Закона об охране здоровья при оказании в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи первичной медико-санитарной помощи в условиях дневного стационара и в неотложной форме, специализированной медицинской помощи, в том числе высокотехнологичной, скорой медицинской помощи, в том числе скорой специализированной, паллиативной медицинской помощи в стационарных условиях осуществляется обеспечение граждан лекарственными препаратами для медицинского применения, включенными в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов в соответствии с Федеральным законом от 12.04.2010 N 61-ФЗ "Об обращении лекарственных средств", и медицинскими изделиями, включенными в утвержденный Правительством Российской Федерации перечень медицинских изделий, имплантируемых в организм человека. Частью 3 статьи 80 Закона об охране здоровья предусмотрено, что при оказании медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и территориальных программ государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи не подлежат оплате за счет личных средств граждан: 1) оказание медицинских услуг, назначение и применение лекарственных препаратов, включенных в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, медицинских изделий, компонентов крови, лечебного питания, в том числе специализированных продуктов лечебного питания, по медицинским показаниям в соответствии со стандартами медицинской помощи; 2) назначение и применение по медицинским показаниям лекарственных препаратов, не входящих в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, - в случаях их замены из-за индивидуальной непереносимости, по жизненным показаниям.
Исходя из изложенного следует, что в силу действующего законодательства в сфере охраны здоровья граждан обеспечение пациентов лекарственными препаратами, назначенными врачом по показаниям и согласно стандартов, при оказании им специализированной медицинской помощи осуществляется бесплатно, запрещается оплата за счет личных средств граждан препаратов в указанном случае. Ответчик, нарушая положения законодательства, вынудил ее приобрести назначенные лекарства за счет личных средств в интересах пациента, в интересах ее отца. Согласно части 2 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья. В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Согласно части 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Поскольку денежные средства были затрачены ее в интересах пациента из-за необоснованного отказа в бесплатном обеспечении ее отца лекарственными препаратами, она требует возместить средства в размере 12 661 руб. Истец просила суд взыскать с ответчика в ее пользу денежные средства в размере 12 661 руб, компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.
Решением мирового судьи судебного района "г. Николаевск-на-Амуре и Николаевский район Хабаровского края" судебного участка N 43 от 17.10.2018 исковые требования Тишковец Т.А. к КГБУЗ "НЦРБ" удовлетворены частично: с КГБУЗ "НЦРБ" в пользу Тишковец Т.А. взысканы денежные средства в размере 12 661 руб, компенсация морального вреда в размере 10 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
В апелляционной жалобе КГБУЗ "НЦРБ" просит указанное решение мирового судьи отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать за необоснованностью, указывая на то, что судом не учтено, что правоотношения в сфере оказания медицинской помощи и охраны здоровья у ответчика непосредственно с истцом Тишковец Т.А. не возникали. Потребителем услуг являлся пациент ФИО5 Выводы суда о том, что лекарственные средства приобретены в день с датой госпитализации ФИО5 не подтверждают факт несения расходов самим пациентом. Оценивая выводы суда, и сопоставляя их с представленными письменными доказательствами, считают, что отсутствуют основания для удовлетворения указанных требований. В соответствии с требованиями Гражданского кодекса РФ стороны свободны в заключении договора (граждане и юридические лица). Представленные истцом товарные чеки лишь подтверждают факт заключения истцом договора розничной купли-продажи товара (статья 493 Гражданского кодекса РФ). Доказательств несения расходов на приобретение лекарственных средств непосредственно пациентом ФИО5 за счет его личных средств суду представлено не было, в связи с чем, выводы суда о том, что данные лекарственные средства приобретались для лечения ФИО5, считают не доказанными, так как они не подтверждены материалами дела. Кроме того, суд указывает в своем решении, что истцом не был в качестве доказательства представлен список лекарственных средств якобы представленный лечащим врачом истцу для приобретения медикаментов в пользу пациента ФИО5 В этой связи также считают несостоятельным выводы суда о понуждении истца лечащим врачом приобретать лекарства за счет собственных средств. Доказательств, подтверждающих указанный вывод, в материалах дела не имеется. В нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ иных доказательств, подтверждающих несение расходов непосредственно потребителем услуг истцом суду представлено не было.
Решением суда в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 10000 руб. Считают решение суда в этой части также не обоснованным. В материалах дела отсутствуют основания для удовлетворения требования о компенсации морального вреда, отсутствует вина медицинских работников, суд в решении не указывает, в чем именно заключается причинно-следственная связь между действиями медицинских работников КГБУЗ "НЦРБ" и причиненным моральным вредом. Переживания истца, как указывает суд, по поводу болезни её отца ФИО5, не имеют правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчика, что свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения иска в этой части. Судом не учтено, что учреждение не имеет средств и полномочий для осуществления компенсации стоимости лекарственных средств в пользу третьих лиц, не являющихся непосредственно пациентами и не связанных с учреждением здравоохранения правоотношениями в сфере оказания медицинской помощи. При совокупности изложенных обстоятельств правовые основания для удовлетворения заявленных истцом требований к КГБУЗ "НЦРБ" отсутствуют, в связи, с чем решение суда нельзя признать законным и обоснованным.
Определением мирового судьи судебного района "г. Амурск и Амурский район Хабаровского края" судебного участка N 45 от 31.08.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО "СОГАЗ-Мед".
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика КГБУЗ "НЦРБ" Емельяненко А.М. поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Дополнительно пояснил, что доказательств того, что врач проинформировал пациента о том, что в больнице имеются бесплатные препараты, которые могут быть использованы при лечении без взимания платы, не имеется. На момент назначения ФИО5 лечения препаратов, которые были назначены врачом, в больнице не имелось. В больнице имелись препараты, которые указаны в предоставленном списке, которые применяются при лечении заболевания, с которым поступил отец истца. Он полагает, что врач счел нужным предупредить истца о том, что помимо препаратов, которые имеются в больнице, в продаже имеются препараты, у которых более выраженный лечебный эффект. У них часто бывает такое, когда пациенты обращаются в больницу, им назначают одни лекарственные препараты, а они просят назначить зарубежные препараты.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец Тишковец Т.А. с доводами жалобы не согласилась по основаниям, изложенным в письменных возражениях относительно апелляционной жалобы, из которых следует, что ответчик указывает на отсутствие оснований для удовлетворения требований, поскольку представленные истцом товарные чеки лишь подтверждают факт заключения истцом договора розничной купли-продажи товара; доказательств несения расходов на приобретение лекарственных средств непосредственно пациентом ФИО5 за счет его личных средств суду представлено не было, в связи с чем выводы суда о том, что данные лекарственные средства приобретались для лечения ФИО5 считает не доказанными; не представлен список лекарств, что не подтверждает вывод суда о понуждении истца лечащим врачом приобрести медикаменты в пользу ФИО5 Данные доводы считает несостоятельными. Обстоятельства, изложенные в обоснование требований, подтверждаются совокупностью доказательств, которые были установлены и приняты судом при рассмотрении дела как допустимые, относимые и достаточные. Так, в судебном заседании установлено, что пациент, ее отец ФИО5, был доставлен 01.03.2018 в КГБУЗ "Николаевская-на-Амуре центральная районная больница" М3 ХК. Начиная с этого дня, согласно данным медицинской документации (лист назначения в медицинской карте стационарного больного) врачом назначались для применения лекарственные препараты, среди которых был мексидол (раствор), цитофлавин (раствор), магния сульфат (раствор), актовегии (раствор), цераксон (раствор), которые приобретались в интересах пациента в даты, совпадающие с датами назначений, что подтверждается товарными чеками, в которых указаны аналогичные наименования лекарств.
Тем самым подтверждается факт того, что приобретенные лекарственные препараты предназначались для применения и применялись ее отцу, пациенту ФИО5 Более того, ответчик подтвердил в письме от 26.04.2018 тот факт, что медицинская помощь ее отцу была оказана в соответствии со Стандартом специализированной медицинской помощи при инфаркте мозга (утвержден Приказом Минздрава России от 29.12.2012 N 1740н), назначенные препараты входят в указанный Стандарт и входят в Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов для медицинского применения на 2018 год (утверждён Распоряжением Правительства РФ от 23.10.2017 N 2323-р), в связи с чем, врач не вправе был инициировать и одобрять покупку данных лекарственных препаратов, так как имелись в наличии их аналоги. Факт необоснованного отказа в бесплатном лекарственном обеспечении пациента в период его пребывания в стационаре, который повлек личные расходы на приобретение назначенных лекарств в интересах пациента, был подтвержден актом медико-экономической экспертизы N 270088/2-000033/1 от 15.06.2018, проведенной Хабаровским филиалом АО "Страховая компания "СОГАЗ-Мед". Ответчиком не доказано то обстоятельство, что пациенту были предложены аналогичные препараты, которые имелись у ответчика, и что пациент отказался от их применения, в связи с чем бы врач назначил иные препараты, которых нет в наличии в больнице, и которые необходимо было приобрести за счет личных средств в интересах пациента. Отсутствие списка лекарств не опровергает перечисленные обстоятельства.
Кроме того, утверждение ответчика о том, что суду не представлены доказательства несения расходов на приобретение лекарственных средств непосредственно пациентом ФИО5 за счет его личных средств, как минимум некорректно, поскольку ответчику хорошо известно тяжелое состояние пациента и очевидно, что пациент, поступивший по экстренным показаниям с диагнозом острое нарушение мозгового кровообращения не в силах самостоятельно приобретать препараты, давать деньги под расписку кому-либо для покупки лекарств. Ответчик полагает, что также отсутствуют основания для компенсации морального вреда, отсутствие вины, прямой причинно-следственной связи между возникновением вреда и действием (бездействием) медицинского учреждения или его должностного лица является основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении вреда. Законодательством не предусмотрено наличии именно прямой причинно-следственной связи. Судом установлены все необходимые условия для наступления ответственности ответчика и обязанности компенсации морального вреда: вина ответчика установлена, выражается в пренебрежительном отношении ответчика к своим действиям (действиям работников), которые нарушают нормативно-правовые акты, в чем ответчик признался в письме от 26.04.2018; установлены действия (деяние), которые не соответствуют положениям законодательства, что также подтверждено ответчиком в письме от 26.04.2018; причинение морального вреда следует исходя из того, что неправомерные действия ответчика посягнули на принадлежащие ей нематериальные блага, связанные с правом на семейные связи, действия ответчика заставили ее особенно сильно переживать за здоровье отца из-за такого халатного, безразличного отношения врачей к здоровью и жизни человека, когда врачи с легкостью отказывают в необходимом для пациента лекарственном обеспечении; совокупностью доказательств подтверждена причинно-следственная связь между действиями и вредом.
Ее нравственные страдания связаны с перенесенными переживаниями из-за незаконного отказа в бесплатном обеспечении лекарствами близкого и родного ей человека, что усилило ее волнение за здоровье отца, за возможность его выздоровления. Считает, что судом дана надлежащая правовая оценка всем имеющим значение для дола обстоятельствам, которым соответствуют выводы суда, не доказанности установленных, судом обстоятельств не имеется. Доказательства по делу соответствуют принципам допустимости и относимости и являются достаточными.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции третье лицо "СОГАЗ-Мед" своего представителя не направил, о времени и судебного заседания извещались надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили.
В силу части 1 статьи 327, части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ неявка лиц, участвующих в деле, и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела в суде апелляционной инстанции. Учитывая изложенное, суд считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившегося представителя третьего лица.
Выслушав стороны, изучив материалы дела, оценив имеющиеся в нем доказательства, проверив решение мирового судьи в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, и возражениях относительно жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
В силу пункта 1 части 3 статьи 80 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ при оказании медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и территориальных программ государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи не подлежат оплате за счет личных средств граждан: оказание медицинских услуг, назначение и применение лекарственных препаратов, включенных в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, медицинских изделий, компонентов крови, лечебного питания, в том числе специализированных продуктов лечебного питания, по медицинским показаниям в соответствии со стандартами медицинской помощи.
В соответствии с частью 4 статьи 70 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах здоровья граждан в Российской Федерации" лечащий врач, рекомендуя пациенту лекарственный препарат, медицинское изделие, обязан информировать пациента о возможности получения им соответствующих лекарственного препарата без взимания платы в соответствии с законодательством Российской Федерации.
В силу пунктов 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ).
В силу пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, 01.03.2018 в 20 час. 45 мин. ФИО5 доставлен в КГБУЗ "НЦРБ" по экстренным показаниям с диагнозом острое нарушение мозгового кровообращения. В период с 01.03.2018 по ДД.ММ.ГГГГ (по день смерти) ФИО5 находился в указанном медицинском учреждении на стационарном лечении в кардиотерапевтическом отделении.
Из медицинской карты стационарного больного ФИО5, листа назначения, следует, что ФИО5 были назначены лекарственные препараты, в том числе: 01.03.2018 мексидол (раствор), магния сульфат (раствор), 02.03.2018 - цитофлавин (раствор), 06.03.2018 - цераксон (раствор), 18.03.2018 - актовегин (раствор).
Тишковец Т.А, которая является дочерью ФИО5, 02.03.2018, 16.03.2018, 18.03.2018 были приобретены лекарственные средства цераксон (раствор), мексидол (раствор), магния сульфат (раствор), цитофлавин (раствор), актовегин (раствор) на общую сумму 12 661 руб.
26.03.2018 истец обратилась к ответчику с письменным заявлением о возмещении денежных средств, потраченных на приобретение лекарств для ее отца ФИО5, назначенных лечащим врачом.
Из ответа главного врача КГБУЗ "НЦРБ" от 26.04.2018 на указанное заявление истца следует, что в возврате денежных средств, потраченных на приобретение лекарственных средств, отказано, рекомендовано обратиться в суд, со ссылкой на то, что на основании экспертизы медицинской карты стационарного больного на имя ФИО5 сделан вывод, что лечение было проведено в соответствии со стандартом специализированной медицинской помощи при инфаркте мозга, утвержденным Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ Nн. В период проведения стационарного лечения КГБУЗ "НЦРБ" располагало набором лекарственных препаратов для оказания необходимой медицинской помощи с церебро-васкулярным заболеванием и нарушением мозгового кровообращения в соответствии стандарту, включая психостимуляторы, ноотропы, статины, гипотензивные, антиаритмические препараты и антиагреганты, хотя в аптеке НЦРБ отсутствовали лекарственные препараты: цитофлавин, цераксон, мексидол, которые были приобретены истцом, за личные денежные средства, но врач не вправе был инициировать и одобрить покупку данных лекарственных препаратов, так как имелись в наличии их аналоги. Лечащий врач не в праве был инициировать и ободрять покупку лекарственных препаратов больному, находящемуся на лечении в условиях стационара при наличии в ЦРБ и получении им аналогов данных препаратов.
Разрешая требования истца о возмещении убытков, понесенных на приобретение лекарственных средств на лечение отца, суд первой инстанции пришел к выводу о неправомерности фактического понуждения истца лечащим врачом ФИО5 к приобретению лекарственных препаратов для осуществления лечения ФИО5 при наличии в медицинском учреждении препаратов аналогичного спектра действия и возможности их применения для лечения пациента.
С указанными выводами суда первой инстанции соглашается суд апелляционной инстанции.
В соответствии с требованиями части 4 статьи 70 Федерального закона "Об основах здоровья граждан в Российской Федерации" лечащий врач, рекомендуя пациенту ФИО5 лекарственные препараты, такие как мексидол (раствор), магния сульфат (раствор), цитофлавин (раствор), цераксон (раствор), актовегин (раствор), обязан был информировать пациента о возможности получения им лечения лекарствами аналогичного действия, имеющимися в лечебном учреждении.
Вместе с тем указанная обязанность лечащим врачом ФИО5 выполнена не была. Доказательств обратного ответчиком в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено.
При таких обстоятельствах, учитывая, что истцом подтвержден фактический размер затрат на приобретение лекарственных средств, назначенных лечащим врачом ФИО5 для его лечения, суд первой инстанции правомерно взыскал с ответчика в пользу истца понесенные ею убытки в размере 12 661 руб.
Доводы ответчика о том, что понесённые истцом расходы на покупку лекарственных средств для лечения ФИО5, не подлежат возмещению, поскольку правоотношения в сфере оказания медицинской помощи и охраны здоровья у ответчика непосредственно с истцом Тишковец Т.А. не возникли, не могут быть приняты во внимание.
Действительно как следует из материалов дела правоотношения в сфере оказания медицинской помощи и охраны здоровья у ответчика непосредственно с истцом Тишковец Т.А. не возникли.
Вместе с тем, отсутствие правоотношений в сфере оказания медицинской помощи и охраны здоровья между ответчиком и истцом само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований истца о взыскании убытков, понесенных ею на приобретение лекарственных средств для лечения отца.
Как следует из материалов дела ФИО5 поступил в лечебное учреждение КГБУЗ "НЦРБ" с диагнозом инфаркт мозга, весь период с 01.03.2018 по день его смерти - ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении с постельным режимом.
Очевиден и не требует доказательств тот факт, что пациент ФИО5, поступивший в лечебное учреждение с указанным диагнозом, и находящийся на стационарном лечении, не мог самостоятельно, без посторонней помощи, приобрести себе лекарственные средства, назначенные ему лечащим врачом.
В судебном заседании установлено, что истец в период нахождения отца в больнице находилась там вместе с ним, осуществляла уход за ним, общалась с лечащим врачом, по рекомендации которого в интересах пациента за счет собственных средств приобрела назначенные лечащим врачом лекарственные средства на сумму 12 661 руб.
Истец, обращаясь с иском о возмещении убытков, обязан доказать наличие совокупности необходимых для возложения ответственности за причиненный вред условий, таких, как противоправность действий (бездействия), наличие вреда в доказанном размере, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у потерпевшего неблагоприятными последствиями.
Материалами дела установлен факт нарушения лечащим врачом ФИО5 требований действующего законодательства при назначении лекарственных препаратов и инициировании покупки данных препаратов больному, находящемуся на стационарном лечении в условиях стационара, без информирования пациента о возможности получения им аналогичных лекарственных препаратов бесплатно.
Покупка указанных лекарственных средств, назначенных для лечения лечащим врачом, не самим пациентом ФИО5, находящемся на стационарном лечении с диагнозом инфаркт мозга, а его близким родственником - дочерью, при указанных выше обстоятельствах не освобождает ответчика от обязанности возместить понесённые истцом расходы на покупку данных лекарственных средств.
Ссылка ответчика на то, что истцом не доказан факт, что данные лекарственные средства приобрелись именно для лечения ФИО5, является несостоятельной.
Как верно указал мировой судья даты приобретения лекарственных средств, указанные в товарных чеках, совпадают с датами, когда эти лекарственные средства были назначены ФИО5 лечащим врачом, что в совокупности со сведениями о наличии родственной связи между ФИО5 и истцом и постоянным нахождением истца в больнице во время лечения ее отца, свидетельствует о том, что лекарственные препараты, указанные в этих чеках приобретены истцом именно для лечения ФИО5, так как были назначены именно ему лечащим врачом. Доказательств обратного ответчиком в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено.
Учитывая, что истец доказала наступление убытков, их размер, противоправность действий лечащего врача и юридически значимую причинно-следственную связь между этими фактами, суд первой инстанции правомерно взыскал с ответчика в пользу истца расходы, понесенные на приобретение лекарственных средств, назначенных лечащим врачом для лечения ФИО5
Вместе с тем суд апелляционной инстанции находит заслуживающими внимания доводы ответчика о необоснованном взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.
Разрешая требования истца в указанной части, мировой судья исходил из того, что действиями ответчика истцу причинены нравственные страдания, выразившиеся в длительном переживании психотравмирующей ситуации, связанной в том числе с болезнью отца и отказом ответчика компенсировать денежные средства, затраченные истцом на его лечение.
В силу статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Согласно пункту 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
При разрешении требований в указанной части мировым судьей не учтено, что в данном случае нарушены имущественные права истца, и законом не предусмотрена возможность возмещения морального вреда в таких случаях.
Переживания истца, связанные с болезнью ее отца, в данном случае не имеют правового значения для рассмотрения данного спора.
Учитывая изложенное оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания компенсации морального вреда у суда первой инстанции не имелось.
В связи с изложенным, на основании пункта 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ решение суда подлежит отмене в указанной части с вынесением в отменённой части нового решения об отказе в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд апелляционной инстанции,
ОПРЕДЕЛИЛ:
Решение мирового судьи судебного района "г. Николаевск-на-Амуре и Николаевский район Хабаровского края" судебного участка N 43 от 17.10.2018 по гражданскому делу по иску Тишковец Татьяны Анатольевны к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Николаевска-на-Амуре центральная районная больница" министерства здравоохранения Хабаровского края о взыскании убытков, компенсации морального вреда отменить в части взыскания компенсации морального вреда и принять в отмененной части новое решение.
В удовлетворении исковых требований Тишковец Татьяны Анатольевны к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Николаевска-на-Амуре центральная районная больница" министерства здравоохранения Хабаровского края о взыскании компенсации морального вреда отказать.
В остальной части решение мирового судьи судебного района "г. Николаевск-на-Амуре и Николаевский район Хабаровского края" судебного участка N 43 от 17.10.2018 оставить без изменения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в президиум Хабаровского краевого суда течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21.12.2018.

Судья Н.В.Федоренко