Апелляционное определение СК по гражданским делам Свердловского областного суда от 26 апреля 2018 г. по делу N 33-7309/2018 (ключевые темы: увольнение - статья 77 тк - возбуждение уголовного дела - свидетель - частное охранное предприятие)
Апелляционное определение СК по гражданским делам Свердловского областного суда от 26 апреля 2018 г. по делу N 33-7309/2018

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Волковой Я.Ю., судей Ивановой Т.С., Кокшарова Е.В.
с участием прокурора Удаловой К.С.
при секретаре Маршихиной И.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Шаларова Сергея Александровича к обществу с ограниченной ответственностью "Частное охранное предприятие "ФОРС" о признании незаконным приказа о расторжении трудового договора по соглашению сторон, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда
по апелляционной жалобе ответчика на решение Сухоложского городского суда Свердловской области от 01.02.2018.
Заслушав доклад судьи Волковой Я.Ю, объяснения представителей ответчика Ведерникова М.Ю. (по доверенности от 23.01.2018), Савчука А.А. (на основании выписки из ЕГРЮЛ), поддержавших доводы жалобы, объяснения представителя истца Тимофеева А.Ю, возражавшего против доводов жалобы, заключение прокурора Удаловой К.С, считавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия
установила:
Шаларов С.А. обратился с иском к ООО "Частное охранное предприятие "ФОРС" (далее по тексту - ООО "ЧОП "ФОРС") с указанными требованиями. В обоснование иска указал, что с 01.07.2006 состоял в трудовых отношениях с ответчиком, на момент увольнения замещал должность начальника службы охраны Сухоложского подразделения. Уволен по приказу ответчика от 12.12.2017 N 301-к по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с заключением между сторонами соглашения о расторжении трудового договора. Увольнение полагал незаконным, ссылаясь на то, что у него (истца) отсутствовало добровольное волеизъявление на расторжение трудового договора и прекращение трудовых отношений. Указал, что работодатель в лице директора Савчука А.А. и начальника отдела кадров Савчук Е.С. вынудили его (истца) 12.12.2017 подписать соглашение о расторжении трудового договора, под угрозой увольнения его и его супруги ( / / )8, которой остался один год до пенсии, по порочащим основаниям и под угрозой передачи в правоохранительные органы материалов о совершении им, супругой и иными работниками хищения средств работодателя путем проставления смен ( / / )8 не отработанных ею, но оплаченных. В этот же день он направил ответчику заявление о подписании соглашения о расторжении трудового договора под принуждением, просил считать его заявление недействительным.
Решением Сухоложского городского суда Свердловской области от 01.02.2018 приказ ответчика от 12.12.2017 N 301-к о прекращении (расторжении) трудового договора с Шаларовым С.А. по соглашению сторон по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации признан незаконным, истец восстановлен на работе в прежней должности начальника службы охраны Сухоложского подразделения ответчика, с ответчика в пользу истца взыскана заработная плата за время вынужденного прогула 51898 руб. 65 коп, компенсация морального вреда - 5000 руб, в возмещение расходов по оплате услуг представителя - 10000 руб, всего - 66898 руб. 65 коп, с ответчика в доход местного бюджета взыскана госпошлина 2057 руб.
В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе истцу в иске. Указывает на неправильное определение судом юридически значимых обстоятельств, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального закона.
В возражениях на жалобу сторона истца указывает на законность решения суда.
В заседание судебной коллегии истец не явился, о рассмотрении дела уведомлен надлежащим образом, что подтвердил его представитель. С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определиларассмотреть дело при данной явке.
Проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Разрешая спор, суд, с учетом объяснений сторон, письменных доказательств и показаний 13 допрошенных судом свидетелей, учитывая разъяснения, содержащиеся в п.п. 20, 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", пришел к выводу об отсутствии волеизъявления истца на увольнение по соглашению сторон 12.12.2017, отсутствии взаимного согласия сторон на расторжение трудового договора, проявленной ответчиком инициативе в расторжении трудового договора, вынужденности подписания истцом соглашения о расторжении трудового договора (с учетом опасения направления ответчиком материалов проверки в отношении него и супруги в правоохранительные органы). По изложенным мотивам суд указал на незаконность увольнения по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, восстановил истца на работе, взыскал оплату вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Из материалов дела следует, что истец длительное время работал у ответчика, из объяснений сторон, показаний свидетелей следует, что до 12.12.2017 истец не высказывал намерения уволиться, семья истца имеет кредитные обязательства сроком исполнения до 2019 г.
12.12.2017 истец и ответчик подписали соглашение о расторжении трудового договора с этой же даты, ответчиком издан приказ об увольнении истца по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по соглашению сторон), истцу выдана трудовая книжка.
Никем не оспаривается, что 12.12.2017 истец ознакомлен ответчиком с приказом от 30.11.2017 о проведении проверки, в котором указано на организацию проверки информации о наличии преступного сговора истца, его заместителя ( / / )9, начальника караула ( / / )13, начальника караула ( / / )10 с целью хищения средств ответчика путем внесения ложных сведений в табель учета рабочего времени и журналы служебной документации.
В этот же день, по утверждениям истца, Савчук А.А. (руководитель ответчика) предложил ему уволиться по соглашению сторон 12.12.2017, указав, что в ином случае состоится его увольнение и увольнение супруги по порочащему основанию, в органы внутренних дел будет передано заявление о возбуждении уголовного дела в отношении него и супруги, в случае увольнения его (истца) супруга до пенсии (1 год) сможет доработать у ответчика.
Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о достоверности этих объяснений истца, свидетельствующих об отсутствии добровольности подписания истцом соглашения о расторжении трудового договора, вынужденности подписания такого соглашения под угрозой подачи ответчиком заявления о возбуждении уголовного дела, увольнения, в т.ч. супруги истца по порочащим основаниям. Поскольку соглашение о расторжении трудового договора истцом подписано вынужденно (о чем было заявлено ответчику в этот же день при направлении заявления), принуждение к увольнению имело место со стороны работодателя, суд правомерно указал на незаконность увольнения по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Приходя к выводу о достоверности объяснений истца о вынужденности увольнения, судебная коллегия учитывает как предшествующее увольнению поведение истца (который намерения уволиться не высказывал, что подтверждено всеми свидетелями, имел кредитные обязательства до 2019 г.), так и обстоятельства 12.12.2017, а также направление истцом в адрес ответчика в этот же день заявления о вынужденности увольнения.
При этом судебная коллегия принимает в качестве достоверных доказательств показания свидетеля ( / / )13, пояснившего, что ему в этот же день 12.12.2017 Савчук А.А. предлагал подписать соглашение о расторжении трудового договора, сказав, что если он отказывается уволиться, то материалы передают в правоохранительные органы. Эти показания подтверждены и свидетелем ( / / )12 (очевидцем этим событий). В заседании судебной коллегии Савчук А.А. подтвердил, что разговор с ( / / )13 12.12.2017 по содержанию был аналогичен разговору с истцом. Из изложенного судебная коллегия делает вывод, что и в отношении истца предложение ответчика о расторжении трудового договора по соглашению сторон было обусловлено непередачей материалов о возбуждении уголовного дела.
Тот факт, что ( / / )13 отказался от подписания соглашения о расторжении договора, а истец его в этот день подписал, не свидетельствует о добровольном волеизъявлении истца, учитывая, что истец опасался не только за себя, но и за увольнение своей супруги и привлечение ее к уголовной ответственности (что следует из показаний свидетеля ( / / )8, объяснений истца, факта истребования объяснений в рамках проверки 12.12.2017 у ( / / )8).
По приведенным мотивам доводы жалобы ответчика о недоказанности вынужденности подписания истцом соглашения о расторжении трудового договора отклоняются.
Ссылка в жалобе на то, что мотивы подписания истцом соглашения о расторжении трудового договора не имеют правового значения, не может быть признана обоснованной, т.к. при отсутствии воли одной стороны договора на расторжение договора соглашение о расторжении договора не может быть признано законным. В той ситуации, если в отсутствие желания прекратить трудовые отношения работник подписывает соглашение о расторжении трудового договора, находясь перед поставленным работодателем выбором либо увольнения, либо наступления негативных последствий не только для него, но и для супруги (подача заявления о возбуждении уголовного дела, увольнение по порочащим основаниям супруги предпенсионного возраста), мотивы подписания работником такого соглашения не могут быть юридически безразличны.
Указание в жалобе на то, что дефекты восприятия и психики истца не могут являться основанием для наступления неблагоприятных последствий для ответчика, который своим правом не злоупотреблял, не может быть принято во внимание, т.к. вынужденность подписания истцом соглашения о расторжении трудового договора была следствием действий именно ответчика. В такой ситуации именно не соответствующие закону действия ответчика по принуждению истца к увольнению стали причиной предъявления иска.
После предъявления истцом настоящего иска ответчик 15.01.2018 подал заявление о возбуждении уголовного дела в отношении истца, его супруги ( / / )8, работников предприятия ( / / )13, ( / / )10, указывая на хищение ими более 670000 руб. В заседание судебной коллегии ответчик представил постановления следователя от 14.02.2018 о возбуждении в отношении истца уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, и признании ответчика потерпевшим по этому уголовному делу с учетом причинения ущерба на сумму порядка 22000 рублей.
Обращение ответчика в правоохранительные органы по результатам проверки, о которой истцу было сообщено 12.12.2017, также свидетельствует о достоверности позиции истца о том, что он уволился вынужденно, такое условие ему было поставлено работодателем, обещавшем не передавать материалы в правоохранительные органы.
Судебная коллегия учитывает, что очевидцы подписания истцом соглашения о расторжении трудового договора, допрошенные в качестве свидетелей по ходатайству ответчика, - ( / / )7 (супруга директора ответчика, инспектор отдела кадров ответчика), ( / / )14 (начальник службы охраны ответчика в Асбестовском подразделении), не подтверждали доводы истца о вынужденности подписания истцом соглашения об увольнении, указывая на то, что инициатива увольнения исходила именно от истца. Судебная коллегия критически оценивает показания этих свидетелей, учитывая, что оба свидетеля являются работниками ответчика, находящимися у Савчука А.А. в подчинении, ( / / )7 является супругой директора ответчика, а потому они не могут быть признаны незаинтересованными в исходе дела. Как пояснил директор ответчика Савчук А.А. в заседании судебной коллегии, он мог бы подготовить свидетелей, но этого не делал, так как не было необходимости. Изложенное свидетельствует о том, что директор ответчика, в принципе, допускает возможность подготовки свидетелей к даче нужных показаний. Кроме того, показания этих свидетелей о том, что инициатива в вопросе расторжения трудового договора исходила от истца, противоречат не только объяснениям истца и показаниям иных свидетелей об отсутствии у истца намерения увольняться до 12.12.2017, но и тем обстоятельствам, что у ответчика, территориально расположенного в другом городе, при выезде в г. Сухой Лог 12.12.2017 с собой был подготовленный текст соглашения о расторжении трудового договора, проект приказа об увольнении истца по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовая книжка истца.
Доводы жалобы ответчика о том, что не имеет правового значения вопрос о том, от кого исходила инициатива расторжения трудового договора, обоснованны, но они не свидетельствуют о незаконности решения суда, т.к. юридически значимым является вопрос о воли каждой из сторон на расторжение трудового договора, а в рассматриваемом деле суд правильно установил, что такая воля на увольнение у истца отсутствовала, он вынужденно подписал соглашение о расторжении трудового договора, действуя под принуждением со стороны ответчика.
Доводы жалобы ответчика о несоответствии обстоятельствам дела вывода о вынужденности подписания истцом соглашения о расторжении трудового договора отклоняются как основанные на иной оценке доказательств, при том, что судом первой инстанции правила ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при оценке доказательств не нарушены. Подача истцом ответчику в день увольнения 12.12.2017 заявления о вынужденности увольнения не подтверждает, как полагает истец, необоснованности позиции истца об увольнении из-за опасения привлечения к уголовной ответственности. Вывод о доказанности вынужденности подачи заявления истцом выше подробно мотивирован, так же он мотивирован и в решении суда первой инстанции. Из показаний всех свидетелей следует, что увольнение истца состоялось в день ознакомления его с приказом о проведении проверки. Соглашение о расторжении трудового договора, заранее изготовленное ответчиком, подписано истцом через непродолжительное время после ознакомления с приказом о проверке 12.12.2017. Свидетели подтвердили, что истец находился в подавленном состоянии, когда уходил с работы. Из объяснений стороны истца и показаний свидетеля ( / / )8 следует, что после ухода с работы истец имел возможность спокойно проанализировать ситуацию, посоветоваться с близкими, в т.ч. с женой, относительно произошедшего, после чего им и было направлено заявление работодателю о вынужденности увольнения.
Ссылка в жалобе на неправильное применение судом норм материального права не может быть признана состоятельной, т.к. она по существу сводится к несогласию с выводами суда о доказанности вынужденности увольнения истца. Оценка этим доводам дана в настоящем определении.
Указание в жалобе на судебную практику областного суда по иным делам, решения по которым для сторон спора не имеют преюдициального значения, безосновательно, т.к. обстоятельства увольнения в этом случае отличны от обстоятельств увольнения иных истцов другими работодателями.
Иных доводов жалоба не содержит.
Предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований к отмене решения суда по доводам жалобы не имеется, равно как не имеется и названных в ч. 4 этой же статьи оснований к отмене решения суда независимо от доводов жалобы.
Руководствуясь п. 1 ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Сухоложского городского суда Свердловской области от 01.02.2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Председательствующий Я.Ю. Волкова

Судья Е.В. Кокшаров

Судья Т.С. Иванова
...