Новости и аналитика Правовые консультации Гражданское право Заключенный между немецкой фирмой (покупатель) и российской организацией (продавец) договор международной купли-продажи содержал положение о залоговом праве продавца на переданный покупателю товар до момента его полной оплаты. По договору споры должны были рассматриваться в Арбитражном суде города Москвы. Применимое право не определено. Поскольку немецкая фирма не полностью расплатилась за товар, российская организация предъявила иск об оплате полной стоимости товара. Как определить применимое право? Распространяется ли применимое к договору право на залоговое обязательство?

Заключенный между немецкой фирмой (покупатель) и российской организацией (продавец) договор международной купли-продажи содержал положение о залоговом праве продавца на переданный покупателю товар до момента его полной оплаты. По договору споры должны были рассматриваться в Арбитражном суде города Москвы. Применимое право не определено. Поскольку немецкая фирма не полностью расплатилась за товар, российская организация предъявила иск об оплате полной стоимости товара.
Как определить применимое право? Распространяется ли применимое к договору право на залоговое обязательство?

Прежде всего отметим, что согласно разъяснениям, данным в п. 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2017 N 23 "О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом", выбор сторонами договора в качестве места рассмотрения споров арбитражного суда в Российской Федерации не означает автоматического подчинения договорных отношений сторон российскому материальному праву. Отсутствие волеизъявления сторон в отношении применимого права означает, что его определяет суд, компетентный рассматривать данный спор, руководствуясь при этом применимыми коллизионными нормами международных договоров или федеральных законов.
Данные разъяснения основаны в том числе и на положениях п. 1 ст. 1186 ГК РФ, согласно которым право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, определяется на основании международных договоров Российской Федерации, указанного Кодекса, других законов (пункт 2 статьи 3) и обычаев, признаваемых в Российской Федерации.
При этом из п. 3 ст. 1186 ГК РФ следует, что если международный договор Российской Федерации содержит материально-правовые нормы, подлежащие применению к соответствующему отношению, определение на основе коллизионных норм права, применимого к вопросам, полностью урегулированным такими материально-правовыми нормами, исключается.
В частности, необходимо иметь в виду, что ФРГ и Российская Федерация выступают участниками Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (Вена, 11 апреля 1980 г.) (далее Конвенция), подлежащей применению к договорам купли-продажи товаров, заключенных между сторонами, коммерческие предприятия которых находятся в разных государствах - участниках этой Конвенции (пп. "а" п. 1 ст. 1 этой Конвенции).
Следовательно, в рассматриваемом случае отношения сторон по договору купли-продажи, указанному в вопросе, регулируются в первую очередь нормами указанной Конвенции.
Так, положения ст. 59 Конвенции обязывают покупателя уплатить цену в день, который установлен или может быть определен согласно договору и данной Конвенции, без необходимости какого-либо запроса или выполнения каких-либо формальностей со стороны продавца, а п. 1 ст. 61 Конвенции предоставляет продавцу право в случае неисполнения покупателем обязанности по оплате товара прибегнуть к способам защиты, предусмотренным ст.ст. 62-64 Конвенции, и потребовать возмещения убытков, как это предусмотрено в ст.ст. 74-77 Конвенции.
Например, в силу ст. 62 Конвенции продавец может потребовать от покупателя уплаты цены, если только он не прибег к средству правовой защиты, не совместимому с таким требованием.
Вместе с тем следует учитывать, что указанная Конвенция, если иное прямо не предусмотрено ее положениями, не регулирует вопросы действительности самого договора или каких-либо из его положений или любого обычая, а также не касается последствий, которые может иметь договор в отношении права собственности на проданный товар (ст. 4 Конвенции).
Кроме того, даже те вопросы, которые согласно вышеуказанной статье попадают в сферу регулирования Конвенции, то есть заключение договора купли-продажи, и те права и обязательства продавца и покупателя, которые возникают из такого договора, могут быть не в полной мере охвачены ее нормами.
В этом случае в соответствии с п. 2 ст. 7 Конвенции, п. 1 ст. 1186 ГК РФ и разъяснениями, содержащимися в п. 3 и п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2019 N 24 "О применении норм международного частного права судами Российской Федерации" (далее - Постановление N 24), применимое право должно определяться российским арбитражным судом исходя из коллизионных норм, содержащихся в международных договорах Российской Федерации, а при отсутствии таковых коллизионных норм российского законодательства.
Поскольку международные соглашения, содержащие применимые в рассматриваемом случае коллизионные нормы, участниками которых являлись бы ФРГ и Российская Федерация, отсутствуют, постольку для определения применимого к договору купли-продажи права в части, не урегулированной Конвенцией, необходимо ориентироваться на коллизионные нормы российского законодательства.
В свою очередь, согласно п. 1 ст. 1211 ГК РФ, если иное не предусмотрено указанным Кодексом или другим законом, при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, где на момент заключения договора находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора.
При этом пп. 1 п. 2 той же статьи признает стороной, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора купли-продажи, сторону, являющуюся продавцом.
Таким образом, в рассматриваемом случае к договору купли-продажи в части, не урегулированной Конвенцией, подлежат применению нормы российского законодательства.
В то же время следует принимать во внимание, что Конвенция не затрагивает вопросов заключения соглашения о залоге в обеспечение исполнения обязательства покупателя по оплате товара, в том числе и в случаях, когда в залог передается товар, являющийся предметом договора купли-продажи, а коллизионные нормы российского законодательства по общему правилу определяют в качестве права, применимого к отношениям сторон договора о залоге, право страны, где на момент заключения такого договора находится место жительства или основное место деятельности залогодателя (п. 1 и пп. 17 п. 2 ст. 1211 ГК РФ). Залогодателем же в рассматриваемой ситуации является покупатель, место деятельности которого находится в Германии.
Однако необходимо помнить и о том, что по смыслу п. 1 и п. 2 ст. 1211 ГК РФ изложенные в них коллизионные нормы подлежат применению лишь при отсутствии иных специальных правил. В частности, из п. 10 ст. 1211 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 37 Постановления N 24, вытекает, что при заключении сторонами смешанного договора, содержащего элементы различных договоров, применяется право страны, с которой этот договор, рассматриваемый в целом, наиболее тесно связан.
Поскольку в ситуации, изложенной в вопросе, положение о залоговом праве покупателя было включено в договор купли-продажи, такое право обеспечивает исполнение обязательства, вытекающего из указанного договора, а предметом залога является товар, проданный по этому договору, а не какое-либо иное имущество, принадлежащее покупателю или третьему лицу, постольку, на наш взгляд, такой договор является смешанным, то есть содержащим элементы договора купли-продажи и залога.
Причем, как это уже отмечалось выше, стороной, исполнение которой имеет решающее значение для содержания договора купли-продажи, являющегося, по сути, основой смешанного договора, выступает продавец, место основной деятельности которого Российская Федерация.
В связи с изложенным мы полагаем, что в рассматриваемой ситуации к отношениям, вытекающим из договорного условия о нахождении товара в залоге у продавца до его полной оплаты покупателем подлежит применению также российское законодательство.
Дополнительным аргументом в пользу данного вывода являются положения п. 5 ст. 488 ГК РФ, содержащие правило о возникновении залога на товар в силу закона при продаже этого товара в кредит (то есть с условием его оплаты после передачи покупателю), при отсутствии соглашения сторон об ином. Ведь если бы стороны в рассматриваемом случае не предусмотрели своим соглашением установление залога на товар, то он, в силу применения к договору купли-продажи в части, не урегулированной Конвенцией, российского права, все равно возник бы на основании прямого указания закона, за исключением того случая, когда стороны прямо бы отказались в договоре от применения этого правила.
Тем не менее следует учитывать, что из условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела может вытекать, что применимое право подлежит определению для элементов смешанного договора отдельно (п. 10 ст. 1211 ГК РФ). Поэтому в рассматриваемой ситуации нельзя окончательно исключить того, что арбитражный суд, рассматривающий дело, принимая во внимание конкретные его обстоятельства и содержание договора купли-продажи, может применить к отношениям его сторон в части, касающейся залога, право ФРГ.
В заключение отметим, что согласно разъяснениям, данным в п. 13 Постановления N 24, при рассмотрении споров, вытекающих из отношений, осложненных иностранным элементом, судам следует разграничивать сферу действия права, подлежащего применению к договору или иному правоотношению, и сферу действия иных специальных коллизионных норм, в том числе личного закона физического и юридического лица, права, подлежащего применению к вещным правам, права, подлежащего применению к отношениям представительства.
Поскольку обращение взыскания на заложенное имущество неизбежно приводит к тому, что затрагивается вопрос о прекращении права собственности или иного вещного права залогодателя на это имущество, постольку в этой ситуации по смыслу п.п. 5-7 ст. 1205.1 ГК РФ следует обращать внимание и на те коллизионные нормы, которые определяют право, применимое к вещным правам.
В связи с этим на основании ст. 1205 ГК РФ и согласно разъяснениям, содержащимся в п. 21 Постановления N 24, к вопросам обращения взыскания на вещи, являющиеся предметом залога, а также реализации предмета залога подлежит применению право той страны, где такие вещи находятся, вне зависимости от того, какое право применяется к договору залога согласно статьям 1210 и 1211 ГК РФ.
Таким образом, принимая во внимание, что в рассматриваемом случае после передачи товара покупателю этот товар находится на территории Германии, порядок обращения взыскания на него и порядок его реализации в любом случае определяются законодательством указанного государства.

Ответ подготовил:
Эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ
кандидат юридических наук Широков Сергей

Ответ прошел контроль качества

8 декабря 2020 г.

Материал подготовлен на основе индивидуальной письменной консультации, оказанной в рамках услуги Правовой консалтинг.