Продукты и услуги Информационно-правовое обеспечение ПРАЙМ Документы ленты ПРАЙМ Постановление Суда по интеллектуальным правам от 12 августа 2020 г. N С01-874/2020 по делу N А63-19725/2019 Суд оставил без изменения вынесенные ранее судебные решения о частичном взыскании компенсации за нарушение исключительного права на знак обслуживания, поскольку суд первой инстанции обоснованно исходил из доказанности принадлежности обществу исключительного права на знак обслуживания и факта использования предпринимателем данного знака после прекращения действия лицензионного договора

Обзор документа

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 12 августа 2020 г. N С01-874/2020 по делу N А63-19725/2019 Суд оставил без изменения вынесенные ранее судебные решения о частичном взыскании компенсации за нарушение исключительного права на знак обслуживания, поскольку суд первой инстанции обоснованно исходил из доказанности принадлежности обществу исключительного права на знак обслуживания и факта использования предпринимателем данного знака после прекращения действия лицензионного договора

Резолютивная часть постановления объявлена 11 августа 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 августа 2020 года.

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего судьи Снегура А.А.,

судей Мындря Д.И., Химичева В.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Волд Экспресс" (ул. Московская, д. 109, г. Пятигорск, Ставропольский край, 357500, ОГРН 1122651014276) на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 05.03.2020 по делу N А63-19725/2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2020 по тому же делу

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "Волд Экспресс"

к индивидуальному предпринимателю Помазановой Ольге Станиславовне (г. Новосибирск, ОГРНИП 317547600024612),

о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на знак обслуживания и штрафа за нарушение условий лицензионного договора.

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью "Волд Экспресс" - Дорожняк А.А. и Разумов П.В. (по доверенности от 19.09.2019);

от индивидуального предпринимателя Помазановой Ольги Станиславовны - Суркова И.С. (по доверенности от 25.10.2019 54АА N 3452973).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Волд Экспресс" (далее - общество) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю Помазановой Ольге Станиславовне (далее - предприниматель) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на знак обслуживания " " по свидетельству Российской Федерации N 500726 в размере 500 000 рублей и штрафа за нарушение условий лицензионного договора от 22.02.2017 N 26/17 в размере 500 000 рублей.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 05.03.2020 исковые требования удовлетворены частично: с предпринимателя в пользу общества взыскано 50 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на спорный знак обслуживания и 50 000 рублей штрафа в соответствии с пунктом 8.7 лицензионного договора от 22.02.2017 N 26/17. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2020 решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.11.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поданной в Суд по интеллектуальным правам, общество, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и норм процессуального права, на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит обжалуемые решение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование кассационной жалобы общество указывает на то, что при рассмотрении дела по существу суды первой и апелляционной инстанций оставили без внимания обстоятельства и доказательства, на которые оно ссылалось и которые, по его мнению, свидетельствуют о недобросовестном отношении предпринимателя к последствиям расторжения лицензионного договора от 22.02.2017 N 26/17, в соответствии с которыми после расторжения названного договора предприниматель был не вправе использовать любые элементы спорного знака обслуживания как на досках, так и на интернет-сайте.

С точки зрения предпринимателя, судами первой и апелляционной инстанций применены не подлежащие применению нормы материального права при снижении по своему усмотрению установленного лицензионным договором от 22.02.2017 N 26/17 размера штрафа, поскольку согласно разъяснению, данному в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7), бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика и, как полагает общество, в рассматриваемом случае такие обстоятельства ответчиком не были доказаны.

Общество считает неправомерным вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для снижения размера штрафа до 50 000 рублей, поскольку позиция о неравенстве возможностей сторон при заключении лицензионного договора от 22.02.2017 N 26/17 является необоснованной и не подтвержденной никакими доказательствами по делу.

Общество также возражает против определенного судами первой и апелляционной инстанций размера компенсации, который, по его мнению, является несоразмерным последствиям нарушения, в связи с чем полагает, что подобное снижение размера заявленной компенсации способствует недобросовестному поведению лиц, желающих использовать спорный знак обслуживания, так как незаконное использование будет выгоднее заключения соответствующих договоров по закону.

Кроме того, общество ставит под сомнение правомерность действий судов первой и апелляционной инстанций, связанных с отказом в удовлетворении ходатайства об истребовании у предпринимателя налоговой отчетности, так как, с его точки зрения, судам следовало удовлетворить заявленное ходатайство в целях надлежащего исследования обстоятельств, подтверждающих размер понесенных убытков в результате незаконного использования предпринимателем спорного знака обслуживания.

В отзыве на кассационную жалобу предприниматель, ссылаясь на необоснованность изложенных в кассационной жалобе доводов и на то, что они направлены на переоценку выводов судов первой и апелляционной инстанций, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании, состоявшемся 11.08.2020, представители общества поддержали изложенные в кассационной жалобе доводы.

Представитель предпринимателя возражал против удовлетворения кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве на кассационную жалобу.

Законность обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и отзыве на нее.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, общество является правообладателем знака обслуживания " " по свидетельству Российской Федерации N 500726, зарегистрированного 26.11.2013 с приоритетом от 24.04.2012 по заявке N 2012713254 в отношении услуг "дублирование; издание книг; информация по вопросам воспитания и образования; обучение заочное; обучение практическим навыкам [демонстрация]; организация выставок с культурно-просветительной целью; организация досуга; организация и проведение коллоквиумов; организация и проведение конгрессов; организация и проведение конференций; организация и проведение мастер-классов [обучение]; организация и проведение семинаров; организация и проведение симпозиумов; организация конкурсов [учебных или развлекательных]; ориентирование профессиональное [советы по вопросам образования или обучения]; проведение экзаменов; публикации с помощью настольных электронных издательских систем; публикация интерактивная книг и периодики; публикация текстовых материалов, за исключением рекламных; услуги клубов [развлечение или просвещение]; редактирование текстов, за исключением рекламных; субтитрование; услуги образовательно-воспитательные; услуги переводчиков; услуги репетиторов, инструкторов [обучение]; услуги устных переводчиков" 41-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.

Между обществом (лицензиар) и предпринимателем (лицензиат) 22.02.2017 был заключен лицензионный договор N 26/17 (далее - лицензионный договор), по условиям которого предпринимателю передано на период действия договора право на использование знака обслуживания по свидетельству N 500726, а также право на использование объектов авторского права ("Авторской системой "London Express", объектов дизайна, конфиденциальной информации (коммерческой тайны), программ обучения), для их использования в деятельности предпринимателя по адресу: ул. Мясниковой, дом 22, г. Новосибирск.

В последующем предприниматель уведомил о намерении расторгнуть лицензионный договор от 22.02.2017 N 26/17 с 18.05.2019.

В ответ на уведомление общество направило предпринимателю подтверждение о расторжении данного договора с 23.06.2019, в связи с чем лицензионный договор от 22.02.2017 N 26/17 считается расторгнутым по истечении календарного месяца в соответствии с пунктом 8.6 лицензионного договора от 22.02.2017 N 26/17.

Сотрудник общества 24.07.2019 провел проверку школы предпринимателя и установил факты использования принадлежащего обществу знака обслуживания, авторской системы "London Express", объектов дизайна, конфиденциальной информации (коммерческой тайны), программ обучения. В частности, было установлено, что доски обучения, документация и информационный материал предпринимателя содержали изображения спорного знака обслуживания.

Полагая, что предприниматель не прекратил использовать спорный знак обслуживания, в том числе на интернет-сайте с доменным именем "novosibirsk.flarap.ru", а также переданную по лицензионному договору от 22.02.2017 N 26/17 авторскую систему обучения и конфиденциальную информацию, общество обратилось в адрес предпринимателя с претензией, содержащей требование о выплате 1 515 000 рублей. Требования данной претензии были также обусловлены пунктом 8.7 лицензионного договора от 22.02.2017 N 26/17, согласно которому предприниматель обязался в течение 1 месяца с даты досрочного прекращения указанного договора прекратить всякое использование знака обслуживания, объектов авторского права, конфиденциальной информации, при этом в случае невыполнения данного обязательства, предприниматель кроме ответственности, предусмотренной действующим законодательством Российской Федерации, обязался уплатить обществу штраф в размере 500 000 рублей.

В связи с тем, что предприниматель добровольно не удовлетворил изложенные в претензии требования, общество обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с настоящим исковым заявлением.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности принадлежности обществу исключительного права на знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 500726 и факта использования предпринимателем данного знака после прекращения действия лицензионного договора от 22.02.2017 N 26/17.

При определении размера компенсации с учетом того, что обществом заявлено о взыскании компенсации на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также принимая во внимание однократность и незначительность допущенного предпринимателем нарушения и отсутствие со стороны общества обоснования причинения крупного размера убытков, суд первой инстанции счел возможным снизить заявленный размер компенсации до 50 000 рублей.

При этом суд первой инстанции установил, что предусмотренный лицензионным договором от 22.02.2017 N 26/17 размер неустойки является чрезмерно высоким, а также принял во внимание, что определенная по названному договору сумма штрафа превышает минимальный размер пользования знаком обслуживания (300 000 рублей); при подписании лицензионного договора от 22.02.2017 N 26/17 предприниматель как лицензиат поставлен в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания соответствующих условий договора; общество как лицензиар имеет более выгодное положение по включению условий договора, оспаривание которых осложнено особенностями процедуры предоставления в пользование знака обслуживания, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для снижения предусмотренного лицензионным договором от 22.02.2017 N 26/17 штрафа до 50 000 рублей на основании статьи 333 ГК РФ.

Кроме того, суд первой инстанции отклонил заявленное обществом ходатайство об истребовании у предпринимателя доказательств (налоговой отчетности) со ссылкой на то, что испрашиваемые доказательства не входят в предмет исследования по настоящему спору.

Суд апелляционной инстанции признал выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, отметив, что судом первой инстанции исследованы все обстоятельства дела и им дана надлежащая правовая оценка.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, выслушав мнение присутствующих в судебном заседании представителей сторон, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено данным Кодексом.

Наличие у общества исключительного права на знак обслуживания " " по свидетельству Российской Федерации N 500726, в защиту которого оно обратилось в суд, равно как и нарушение данного права действиями предпринимателя по использованию названного знака обслуживания в деятельности школы по изучению английского языка после расторжения лицензионного договора установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании оценки представленных в материалы дела доказательств в их совокупности и взаимной связи, что обществом не оспаривается.

Изложенные в кассационной жалобе общества доводы сводятся к несогласию с порядком определения и размером компенсации и штрафа, присужденных судами первой и апелляционной инстанций за допущенное предпринимателем нарушение исключительного права на спорный знак обслуживания и за несоблюдение пункта 8.7 лицензионного договора от 22.02.2017 N 26/17.

Вместе с тем суд кассационной инстанции не может признать указанные доводы обоснованными в силу следующего.

Из искового заявления следует, что размер компенсации рассчитан обществом на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за нарушение исключительного права на товарный знак (в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения), который обоснован использованием предпринимателем данного знака в деятельности школы по изучению английского языка и на сайте с доменным именем "novosibirsk.flarap.ru", и возможностью возникновения ассоциаций у потребителей относительно деятельности предпринимателя по оказанию образовательных услуг с сетью принадлежащих обществу школ "Legal Express".

Определяя размер компенсации за нарушение исключительного права на знак обслуживания " " по свидетельству Российской Федерации N 500726, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 N 305-ЭС16-7224, вопросы о наличии у истца исключительного права и нарушении ответчиком этого исключительного права являются вопросами факта, которые устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств. Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Вопреки доводу заявителя кассационной жалобы о необоснованности вывода судов в части размера присужденной компенсации, суды первой и апелляционной инстанций, определяя размер компенсации в размере 50 000 рублей, исходили из однократности и незначительности нарушения, а также отсутствия обоснования причинения крупного размера убытков, а также приняли во внимание принципы разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Ссылки заявителя кассационной жалобы на то, что суды не в полной мере исследовали представленные им доказательства и не дали правовой оценки соответствующим обстоятельствам отклоняются судом кассационной инстанции как противоречащие текстам обжалуемых судебных актов.

Так, на странице 5 обжалуемого решения суда первой инстанции и на странице 8 постановления суда апелляционной инстанции имеется указание на то, что при установлении судами факта нарушения исключительного права на спорный товарный знак исследовались представленные обществом скриншоты и видеозапись.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что судами первой и апелляционной инстанций в обжалуемых судебных актах не отражены в полном объеме все доводы общества не свидетельствует о наличии достаточных оснований для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку отсутствие в судебном акте дословного перечисления всех доводов общества не означает, что указанные доводы не исследовались судами первой и апелляционной инстанций.

Доводы кассационной жалобы по сути повторяют позицию общества по спору, направлены на переоценку доказательств и установление по делу иных фактических обстоятельств, что не может служить основанием для их отмены.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2018 N 305-КГ18-17913 по делу N А40-206114/2016.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации всю совокупность представленных в материалы дела доказательства в их взаимной связи, с учетом характера допущенного нарушения, степени вины нарушителя, срока незаконного использования товарного знака истца, руководствуясь принципами разумности, обоснованности и соразмерности компенсации допущенному нарушению, пришли к обоснованному выводу о том, что компенсация в размере 50 000 рублей за допущенное ответчиком нарушение исключительного права на принадлежащий истцу знак обслуживания отвечает юридической природе института компенсации.

При этом Суд по интеллектуальным правам отмечает, что определение размера компенсации относится к компетенции судов, рассматривающих спор по существу. Суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по переоценке фактических обстоятельств дела, установленных нижестоящими судами на основании собранных по делу доказательств.

Кроме того, судебная коллегия также признает несостоятельной ссылку заявителя кассационной жалобы на неправомерный отказ судов первой и апелляционной инстанций в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств (налоговой отчетности) у ответчика в силу следующего.

Как полагает общество, истребованная у предпринимателя налоговая отчетность за третий и четвертый кварталы 2019 года позволила бы установить его доход в результате незаконного использования спорного знака обслуживания в своей деятельности.

Рассмотрев данное ходатайство, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно указали, что испрашиваемые доказательства не относятся к предмету исследования по настоящему делу.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления N 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Как следует из установленных судами обстоятельств спора, общество выявило нарушение 24.07.2019, то есть по истечении одного месяца с момента расторжения лицензионного договора от 22.02.2017 N 26/17.

Таким образом, с учетом заявленных требований и установленных обстоятельств спора, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о неотносимости к предмету спора налоговой отчетности предпринимателя за третий и четвертый кварталы 2019 года.

При этом судебная коллегия отмечает, что данный довод заявлен без учета компетенции суда кассационной инстанции, который в силу определенных законом пределов рассмотрения дела не вправе давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (статьи 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В отношении содержащегося в кассационной жалобе довода общества о необоснованном снижении судами первой и апелляционной инстанций установленного лицензионным договором от 22.02.2017 N 26/17 размера неустойки, Суд по интеллектуальным правам отмечает следующее.

Ссылаясь на пункт 73 Постановления N 7, общество указывает на то, что, заявляя о снижении размера компенсации, предприниматель надлежащим образом не обосновал и не представил никаких доказательств, на основании которых суды могли правомерно снизить размер штрафа.

Как следует из имеющего в материалах дела ходатайства о снижении штрафа за незаконное использование знака обслуживания, предприниматель указывал на то, что не установлено каких-либо убытков общества вследствие действий предпринимателя.

Согласно статье 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Пунктом 1 статьи 333 ГК РФ предусмотрено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформированной при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 ГК РФ (определение от 21.12.2000 N 263-0), предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств направлена на установление баланса применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

В рассматриваемом случае также применима правовая позиция, изложенная в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 N 5467/14 по делу N А53-10062/2013, согласно которой неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Исследовав и оценив по правилам статей 71 и 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в материалах дела доказательства, в частности лицензионный договор от 22.02.2017 N 26/17, по условиям которого единовременный взнос за пользование спорным знаком составляет 300 000 рублей, а штраф за непрекращение использования данного знака и других объектов интеллектуальной собственности общества - 500 000 рублей, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что сумма данного штрафа является чрезмерной высокой и несоответствующей последствиям допущенного нарушения, в связи с чем снизили размер штрафа до 50 000 рублей с учетом в том числе отсутствия доказательств несения убытков обществом от допущенного предпринимателем нарушения.

При этом суд первой инстанции в обжалуемом решении указал на то, что включение в подготовленный истцом лицензионный договор явно несправедливого договорного условия, ухудшающего положение стороны в договоре (лицензиата), оспаривание которого осложнено особенностями процедуры предоставления в пользование товарного знака, поставило истца в более выгодное положение, и позволило бы истцу извлечь необоснованное преимущество.

Таким образом, изложенные в кассационной жалобы доводы были предметом правовой оценки со стороны судов первой и апелляционной инстанций и обжалуемые судебные акты содержат результаты исследования заявленных доводов общества.

Судебная коллегия отмечает, что содержащиеся в кассационной жалобе доводы в целом повторяют доводы, изложенные в апелляционной жалобе общества, которые были полно и всесторонне исследованы судом апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 N 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 N 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов первой и апелляционной инстанций не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя кассационной жалобы с судебными актами не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для отмены этих судебных актов.

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах изложенных в ней доводов, судебная коллегия полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Судом кассационной инстанции также принимается во внимание правовая позиция, содержащаяся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 16549/12, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебных актов судов первой и апелляционной инстанций в любом случае, судом кассационной инстанции не установлено.

Таким образом, обжалуемые судебные акты являются законными и отмене не подлежат. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя этой жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 05.03.2020 по делу N А63-19725/2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Волд Экспресс" - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий судья А.А. Снегур
Судья Д.И. Мындря
Судья В.А. Химичев

Обзор документа


Общество выяснило, что ИП после расторжения с ним лицензионного договора продолжал использовать знак обслуживания организации, поэтому потребовало компенсацию и штраф. Сумма последнего была прописана в лицензионном договоре, а компенсация может быть затребована с учетом показателей бухгалтерской и налоговой отчетности ИП. Суд по интеллектуальным правам согласился с нижестоящими судами, которые снизили обе суммы.

В данном случае размер штрафа существенно превышает минимальный размер пользования знаком обслуживания. При подписании лицензионного договора ИП был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания условий договора. Заявляя компенсацию, общество должно обосновать размер взыскиваемой суммы. Суд учитывает характер нарушения, степень вины нарушителя и срок незаконного использования знака. Отчетность предпринимателя к предмету спора не относится.