Продукты и услуги Информационно-правовое обеспечение ПРАЙМ Документы ленты ПРАЙМ Решение Суда по интеллектуальным правам от 19 марта 2020 г. по делу N СИП-948/2019 Суд признал недействительным решение Роспатента, принятое по результатам рассмотрения возражения на его решение о регистрации товарного знака, поскольку Роспатент пришел к необоснованному выводу о том, что заявленная форма упаковки товара не обладает различительной способностью

Обзор документа

Решение Суда по интеллектуальным правам от 19 марта 2020 г. по делу N СИП-948/2019 Суд признал недействительным решение Роспатента, принятое по результатам рассмотрения возражения на его решение о регистрации товарного знака, поскольку Роспатент пришел к необоснованному выводу о том, что заявленная форма упаковки товара не обладает различительной способностью

Именем Российской Федерации

Резолютивная часть решения объявлена 12 марта 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 19 марта 2020 года.

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего судьи Погадаева Н.Н.,

судей Рогожина С.П., Четвертаковой Е.С.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Беляевым П.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании заявление иностранного лица - HOCHLAND SE (Kemptener Str. 17, 88178 Heimenkirch, Germany) о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН 1047730015200) от 30.08.2019, принятого по результатам рассмотрения возражения от 13.05.2019 на решение Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 12.07.2018 по заявке N 2016750724.

В судебном заседании приняли участие представители:

от иностранного лица - HOCHLAND SE - Кольцова Т.В. (по доверенности от 02.10.2019);

от Федеральной службы по интеллектуальной собственности - Козача А.С. (по доверенности от 26.04.2019).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

иностранное лицо - HOCHLAND SE (далее - компания, заявитель) обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) от 30.08.2019, принятого по результатам рассмотрения возражения от 13.05.2019 на решение Роспатента от 12.07.2018 по заявке N 2016750724.

В заявлении компания оспаривает вывод Роспатента о том, что представленное им для регистрации в качестве товарного знака обозначение не обладает различительной способностью, а также что данное обозначение представляет собой объект традиционной формы для товаров 29 класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ) "сыры, а именно творожные сыры" и не способно индивидуализировать товары определенного вида, в связи с чем, по мнению заявителя, оспариваемое решение противоречит пунктам 1 и 1.1 статьи 1483 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Кроме этого, заявитель обращает внимание суда на то, что при принятии оспариваемого решения Роспатентом было допущено нарушение процедуры рассмотрения возражения, так как Роспатент не рассмотрел весь объем представленных в материалы административного дела доказательств, подтверждающих приобретение формой заявленного обозначения различительной способности.

В судебном заседании представитель компании поддержал доводы, изложенные в заявлении, просил отменить решение, принятое Роспатентом 30.08.2019 по результатам рассмотрения возражения от 13.05.2019 на решение Роспатента от 12.07.2018 по заявке N 2016750724.

Представитель Роспатента, выступил по доводам, изложенным в отзыве, просил отказать в удовлетворении заявленных требований.

Судом по интеллектуальным правам установлено, что 30.12.2016 компания обратилась в Роспатент с заявкой N 2016750724 за государственной регистрацией обозначения в качестве товарного знака в отношении товаров 29-го класса МКТУ "продукты молочные, в частности сыры, продукты, приготовленные из сыра; паста бутербродная, приготовленная с использованием сыра и/или продуктов из сыра с использованием ингредиентов, не содержащих молока; масло; масла и жиры пищевые; заменители молочных продуктов на основе растительных жиров; блюда готовые с использованием сыра; салаты готовые".

В ходе проведении экспертизы указанной заявки, 12.07.2018 Роспатентом принято решение о государственной регистрации указанного обозначения в качестве товарного знака в отношении всех товаров 29-го класса МКТУ с исключением из правовой охраны формы упаковки и словесных элементов "Сливочный творожный сыр", "из натурального молока и сливок", так как Роспатент посчитал, что данное объемное обозначение представляет собой изображение пластикового стаканчика традиционной формы, используемой в качестве упаковки для пищевых продуктов, не обладающее различительной способностью, в связи с чем является неохраняемым на основании пункта 1 статьи 1483 ГК РФ, поскольку определяется главным образом свойствами и назначением товара.

На данное решение компанией в Роспатент 13.05.2019 было подано возражение, мотивированное тем, что данная форма существенно отличается от форм упаковок мягких сыров и паст из сыра, используемых иными производителями, так как отличительными особенностями формы заявленной упаковки являются: вытянутая вверх форма упаковки в виде ведерка, нехарактерная для товаров соответствующего вида; выступ оригинальной формы, имитирующий ручку ведерка; неразрывное сочетание формы упаковки в виде ведерка с графической стилизацией его поверхности под деревянную, являющиеся результатом единого творческого замысла, обусловливающего восприятие упаковки потребителями как деревянного ведерка, которые создают завершенный внешний вид дизайна упаковки как деревянного ведерка, который является уникальным и легко запоминается потребителями, в этой связи обладает различительной способностью, достаточной для индивидуализации соответствующих товаров конкретного производителя.

Вышеуказанное, по мнению компании, подтверждается в том числе отзывами потребителей, сведениями об объемах продаж, затрат на рекламу, наличия наград, а кроме того ранее Роспатентом уже была предоставлена правовая охрана такому обозначению путем регистрации его в качестве товарных знаков по международным регистрациям N 736770, N 673008, N 906255.

Помимо этого, компания ссылалась на результаты социологического исследования, показавшего, что подавляющая часть потребителей соответствующих товаров воспринимает заявленную форму упаковки саму по себе без иных индивидуализирующих элементов как упаковку творожного сыра "Almette", то есть в качестве указания на продукцию заявителя и, что 96% потребителей не смогли назвать творожные сыры иных производителей, которые выпускались бы в упаковке подобной (сходной) формы, что также свидетельствует о приобретении формой заявленной упаковки различительной способности.

Как указал Роспатент, для подтверждения своих доводов, к возражению были представлены следующие документы: отчет о социологическом исследовании (1); сведения о лицензионных договорах по международным регистрациям N 479511, 673008 (2); выдержки из решений Роспатента (3); отзывы потребителей в сети Интернет (4); рекламные видеоролики на USB-флеш-накопителе (5); сведения о веб-сайте www.almette.ru (6); справка компании "Mediascope" об аудиторных показателях (7); страницы публикации ВОИС "Ведение в интеллектуальную собственность" (8); совместные рекомендации, касающиеся лицензий на товарные знаки (9); частичный перевод пояснительных комментариев, подготовленных Международным бюро ВОИС (10); практика Суда по интеллектуальным правам (11).

В ходе рассмотрения возражения компанией был уточнен перечень товаров, для индивидуализации которых испрашивается предоставление правовой охраны заявленному обозначению до товаров 29-го класса МКТУ "сыры, а именно творожные сыры".

Роспатент, учитывая положения ГОСТа Р 51760-2011 "Тара потребительская полимерная. Общие технические условия", утвержденного Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 24.11.2011 N 599-ст (далее - ГОСТ Р 51760-2011), посчитал обоснованным вывод экспертизы о том, что указанная упаковка является традиционной для изделий подобного вида, а значит у заявленного обозначения отсутствует какая-либо оригинальность, так как большая часть признаков направлена на обеспечение функциональности для использования потребителями.

Роспатент отклонил довод компании о том, что форма заявленного обозначения существенно отличается от форм упаковок мягких сыров и паст из сыра, используемых иными производителями, посчитав, что он не подтвержден документально и ссылки компании на сведения о товарных знаках по международным регистрациям N 736770, 673008, 906255, указав, что делопроизводство по каждой заявке проводится отдельно.

Доводы компании о том, что заявленное обозначение приобрело различительную способность в результате его активного использования заявителем и аффилированными с ним лицами, Роспатент признал неподтвержденным, так как посчитал, что представленные доказательства (4-7) свидетельствуют об известности потребителям словесного элемента "Almette" до даты подачи заявки N 2016750724, а не самого заявленного обозначения, поскольку не доказано, что потребитель ассоциирует товар, маркируемый заявленным обозначением, с каким-либо конкретным лицом.

Роспатент также посчитал, что представленный социологический опрос (1) содержит взаимоисключающие выводы, в связи с чем он не учитывался, в том числе и потому, что объектом исследования было объемное обозначение без каких-либо изобразительных и словесных обозначений.

На основании чего Роспатент пришел к выводу о том, что заявленная форма упаковки не обладает различительной способностью, поскольку не способна индивидуализировать товары конкретного лица и может быть включена в объемное обозначение только в качестве неохраняемого элемента обозначения.

Принятие Роспатентом указанного решения послужило основанием для обращения компании в Суд по интеллектуальным правам с рассматриваемым заявлением.

Изучив материалы дела, выслушав мнение представителей лиц, участвующих в деле, и оценив все доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Под ненормативным актом, который в соответствии со статьей 13 ГК РФ и статьей 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации может быть оспорен и признан судом недействительным, понимается документ властно-распорядительного характера, вынесенный уполномоченным органом, содержащий обязательные предписания, распоряжения, нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы юридического лица и влекущий неблагоприятные юридические последствия.

Оспариваемое решение относится к ненормативным правовым актам, поскольку вынесено уполномоченным лицом (Роспатентом), которым было отказано в удовлетворении поданного возражения, в результате чего может затрагивать права и законные интересы заявителя.

Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом (часть 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Установленный законом срок заявителем соблюден.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Полномочия Роспатента установлены частью 4 ГК РФ и Положением о Федеральной службе по интеллектуальной собственности, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 21.03.2012 N 218, исходя из которых рассмотрение возражения и принятие решения по результатам его рассмотрения входят в компетенцию Роспатента.

Таким образом, оспариваемое решение принято Роспатентом в пределах своей компетенции.

Согласно пункту 6 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" и пункту 138 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление от 23.04.2019 N 10), основанием для признания судом ненормативного акта государственного органа недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом прав и охраняемых законом интересов заявителя, а отсутствие данных условий в совокупности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Из изложенного следует, что основанием для удовлетворения заявления о признании ненормативного правового акта недействительным является обязательное одновременное наличие в совокупности двух условий:

1) нарушение им прав и охраняемых законом интересов заявителя;

2) несоответствие ненормативного правового акта закону или иному правовому акту.

При этом в случае, если судом будет установлено отсутствие какого-либо из двух указанных условий, то оспариваемый ненормативный правовой акт не может быть признан недействительным.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 27 постановления от 23.04.2019 N 10, по возражениям против выдачи патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара основания для признания недействительным патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара определяются исходя из законодательства, действовавшего на дату подачи заявки в Роспатент или в федеральный орган исполнительной власти по селекционным достижениям. Основания для признания недействительным патента на изобретение, выданного по международной заявке на изобретение или по преобразованной евразийской заявке, признания недействительным предоставления правовой охраны промышленному образцу или товарному знаку по международной регистрации определяются исходя из законодательства, действовавшего на дату поступления соответствующей международной или преобразованной евразийской заявки в Роспатент, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации.

Вместе с тем подлежит применению порядок рассмотрения соответствующих возражений, действующий на момент обращения за признанием недействительными патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров.

Учитывая разъяснения, изложенные в пункте 27 постановления от 23.04.2019 N 10, суд полагает, что Роспатент обоснованно исходил из того, что с учетом даты поступления заявки N 2016750724 (30.12.2016) правовая база для оценки охраноспособности заявленного обозначения включает в себя ГК РФ (в соответствующей редакции), а также Правила составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденные приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила).

Суд по интеллектуальным правам считает, что Роспатент при принятии оспариваемого решения необоснованно исходил из того, что заявленное компанией на регистрацию в качестве товарного знака обозначение не соответствует требованиям пункта 1 статьи 1483 ГК РФ, по следующим основаниям.

Как указывалось выше, регистрация обозначению по заявке N 2016750724 в качестве товарного знака испрашивалась для индивидуализации товаров 29-го класса МКТУ "сыры, а именно творожные сыры".

Заявленное на регистрацию обозначение по заявке N 2016750724 представляет собой трехмерную упаковку в форме ведерка, выполненного в виде расширяющегося кверху конуса, которая содержит выступ в виде прямоугольника с прорезью в форме овала в виде ручки ведерка, а также изобразительные элементы в виде стилизованного изображения гор, цветка, ложки с продуктами и листиком, и словесные элементы "Almette", "рецепт, рожденный в Альпах", "сливочный", "творожный сыр", "из натурального молока и сливок".

Как следует из пункта 1 статьи 1483 ГК РФ, не допускается государственная регистрация в качестве товарных знаков обозначений, не обладающих различительной способностью или состоящих только из элементов, представляющих собой форму товаров, которая определяется исключительно или главным образом свойством либо назначением товаров.

Указанные элементы могут быть включены в товарный знак как неохраняемые элементы, если они не занимают в нем доминирующего положения.

Согласно пункту 1.1. статьи 1483 ГК РФ положения пункта 1 настоящей статьи не применяются в отношении обозначений, которые:

1) приобрели различительную способность в результате их использования;

2) состоят только из элементов, указанных в подпунктах 1 - 4 пункта 1 настоящей статьи и образующих комбинацию, обладающую различительной способностью.

Как указано в пункте 34 Правил, к обозначениям, не обладающим различительной способностью, относятся: простые геометрические фигуры, линии, числа; отдельные буквы и сочетания букв, не обладающие словесным характером или не воспринимаемые как слово; общепринятые наименования; реалистические или схематические изображения товаров, заявленных на регистрацию в качестве товарных знаков для обозначения этих товаров; сведения, касающиеся изготовителя товаров или характеризующие товар, весовые соотношения, материал, сырье, из которого изготовлен товар.

К обозначениям, не обладающим различительной способностью, относятся также обозначения, которые на дату подачи заявки утратили такую способность в результате широкого и длительного использования разными производителями в отношении идентичных или однородных товаров, в том числе в рекламе товаров и их изготовителей в средствах массовой информации.

При этом также устанавливается, в частности, не является ли заявленное обозначение или отдельные его элементы вошедшими во всеобщее употребление для обозначения товаров определенного вида.

В пункте 35 Правил отмечено, что для доказательства приобретения обозначением различительной способности, предусмотренной подпунктом 1 пункта 1.1 статьи 1483 Кодекса, могут быть представлены содержащиеся в соответствующих документах фактические сведения: о длительности, интенсивности использования обозначения, территории и объемах реализации товаров, маркированных заявленным обозначением, о затратах на рекламу, ее длительности и интенсивности, о степени информированности потребителей о заявленном обозначении и изготовителе товаров, включая результаты социологических опросов; сведения о публикациях в открытой печати информации о товарах, сопровождаемых заявленным обозначением и иные сведения.

В отношении документов, представленных для доказательства приобретения обозначением различительной способности, проводится проверка, в рамках которой учитывается вся совокупность фактических сведений, содержащихся в соответствующих документах.

Документы, представленные заявителем для доказательства приобретения обозначением различительной способности, учитываются при принятии решения о государственной регистрации товарного знака в том случае, если они подтверждают, что заявленное обозначение до даты подачи заявки воспринималось потребителем как обозначение, предназначенное для индивидуализации товаров определенного изготовителя.

Как указывалось ранее, в оспариваемом решении Роспатент полагал, что данная упаковка является традиционной для изделий подобного вида, а значит у заявленного обозначения отсутствует какая-либо оригинальность, так как большая часть признаков направлена на обеспечение функциональности для использования потребителями.

Свой вывод Роспатент основывал на положениях ГОСТа Р 51760-2011, а также исходил из того, что прямоугольный выступ с овальной прорезью обусловлен функциональным назначением, так как предназначен для удобного открывания крышки товара и обеспечения легкости извлечения содержимого.

Суд по интеллектуальным правам признает указанный вывод Роспатента несостоятельным, так как содержащиеся в данном нормативном документе рисунки А.36 ( ) и А.37 ( ) (том 6, л.д. 85), существенно отличаются от заявленной на регистрацию по вышеуказанной заявке упаковки , поскольку, как видно, они имеют утолщение в верхней части формы, однако не имеют прямоугольного выступа с овальной прорезью, который, по мнению коллегии судей, обусловлен не только функциональным назначением, но и представляет собой отличительный признак в форме, имитирующей "ручку ведерка", который, в свою очередь, отсутствует в рисунках А.36 А.37, тогда как сочетание формы упаковки в виде ведерка с графической стилизацией его поверхности под деревянное изделие, в совокупности образуют оригинальный дизайн, не известный потребителю в результате широкого и длительного его использования разными производителями в отношении идентичных или однородных товаров, согласно представленным в материалы дела доказательствам. К тому же из чертежей рисунков А.36 А.37 не представляется возможным определить, являются ли данные упаковки изделиями округлой формы или же представляют собой упаковку какой-либо иной формы.

Помимо этого Роспатентом не было учтено, что данный стандарт распространяется на полимерную потребительскую тару: банки, бутылки, канистры, тубы, стаканчики, ведра, коробки и пеналы, предназначенную для упаковывания и хранения продукции пищевой промышленности, лекарственных средств, парфюмерно-косметической продукции, товаров бытовой химии, лакокрасочных материалов, технических масел и смазок, продукции промышленного и бытового назначения, то есть для различных видов упаковочной продукции, а также для широкого спектра товаров, тогда как правовая охрана обозначению по заявке N 2016750724 испрашивалась для индивидуализации лишь товаров 29-го класса МКТУ "сыры, а именно творожные сыры".

Из чего следует, что охраноспособность заявленного обозначения должна была оцениваться Роспатентом в отношении тех товаров, для которых обозначение заявлено на регистрацию, и соответственно признак традиционной формы - применительно именно к данным товарам.

При этом из содержания указанного документа не следует, что приведенная в нем форма упаковки, отраженная на рисунках А.36 А.37 используется именно для творожных сыров.

Суд по интеллектуальным правам также отмечает, что оспариваемое решение Роспатента не содержит каких-либо ссылок на доказательства, позволяющих сделать однозначный вывод о том, что перечисленные выше оригинальные особенности заявленной формы обусловлены только лишь ее функциональным назначением, а следовательно, данный вывод не может быть признан обоснованным.

Кроме этого, Суд по интеллектуальным правам признает несостоятельным вывод Роспатента о том, что компанией не было представлено доказательств, подтверждающих, что заявленная на регистрацию форма упаковки существенно отличается от форм упаковок мягких сыров и паст из сыра, используемых иными производителями, поскольку он опровергается представленными в материалы дела сведениями из сети Интернет (том 1, л.д. 63-81), которые хотя и не были предметом исследования и оценки в Роспатенте при вынесении оспариваемого решения, однако принимаются судом для опровержения выводов этого органа, так как они лишь дополняют изначально поданное возражение и, тем самым, подтверждают доводы возражения от 13.05.2019 (пункт 137 постановления от 23.04.2019 N 10).

При этом согласно представленным в материалы дела доказательствам, ранее Роспатентом уже была предоставлена правовая охрана товарным знакам по свидетельствам Российской Федерации N 333106, N 444028 и по международным регистрациям N 673008, N 736770, действующим на территории Российской Федерации, правообладателем которых является компания.

У Суда по интеллектуальным правам также не имеется сведений о том, что предоставление правовой охраны указанным товарным знакам по основанию отсутствия различительной способности, равно как и по каким-либо иным основаниям, оспаривалось кем-либо на момент разрешения настоящего спора.

Из чего следует, что при регистрации иных товарных знаков на имя того же правообладателя, представляющих собой серию товарных знаков, ранее признанными обладающими различительной способностью обозначения, должны и далее признаваться административным органом в качестве обладающих такой способностью.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам по делу N СИП-619/2018.

Следовательно, вывод Роспатента о том, что компанией не подтвержден факт приобретения заявленным обозначением различительной способности в результате его активного использования заявителем и аффилированными с ним лицами, признается несостоятельным, в том числе потому, что Роспатент не проанализировал представленные в материалы дела справки об объемах рекламы и затратах на нее, о маркетинговом положении бренда, об объемах продаж, производства, сданных компанией в отдел 17 ФИПС 16.05.2018 Совцо А.А. (том 4, л.д. 123-140), которыми, в свою очередь, может подтверждаться факт длительности, интенсивности использования данного обозначения, территории и объемах реализации товаров, маркированных заявленным обозначением, о затратах на рекламу, ее длительности и интенсивности, о степени информированности потребителей о заявленном обозначении и изготовителе товаров.

Суд по интеллектуальным правам также считает, что Роспатент неправомерно не учитывал представленный в материалы дела социологический опрос (том 5, л.д. 67-81), так как согласно его данным, 80 % опрошенных потребителей считают, что в упаковке заявленной формы выпускается творожный сыр "Almette" и сама по себе заявленная форма упаковки известна 89 % опрошенных потребителей, а также 27% опрошенных потребителей знакомы с сыром, выпускаемом в данной упаковке с 2014 года, при этом 96 % опрошенных не смогли назвать творожные сыры иных производителей, которые выпускались бы в упаковке подобной (сходной) формы.

Следовательно, то обстоятельство, что объектом исследования в данном социологическом опросе было объемное обозначение без изобразительных и словесных обозначений, не свидетельствует о невозможности учета изложенных в нем данных для проверки доводов заявителя относительно того, воспринималось ли потребителем до даты подачи заявки N 2016750724 заявленное им на регистрацию обозначение, как обозначение, предназначенное для индивидуализации товаров определенного изготовителя - компании.

Из чего следует, что выводы Роспатента о том, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждается лишь известность потребителям словесного элемента "Almette" до даты подачи заявки N 2016750724, а не самого заявленного обозначения и, что компанией не доказан факт того, что потребитель ассоциирует товар, маркируемый заявленным обозначением с каким-либо конкретным лицом, а также что данное социологическое исследование содержит взаимоисключающие выводы, противоречит фактическим обстоятельствам дела.

На основании изложенного Суд по интеллектуальным правам признает необоснованным вывод Роспатента о том, что заявленная форма упаковки не обладает различительной способностью, поскольку не способна индивидуализировать товары конкретного лица и может быть включена в объемное обозначение только в качестве неохраняемого элемента обозначения, так как указанный вывод противоречит фактическим обстоятельствам дела и представленным в их подтверждение доказательствам, и в связи с этим противоречит положениям пункта 1 статьи 1483 ГК РФ.

Озвученный Роспатентом в отзыве на заявление довод о том, что сведениями из сети Интернет подтверждается факт того, что подобная упаковка в виде стаканчика используется различными производителями при производстве мягкого сыра, в том числе творожного, Судом по интеллектуальным правам во внимание не принимается, поскольку данные выводы отсутствуют в оспариваемом решении административного органа, тогда как доводы отзыва не могут восполнять выводы, содержащиеся в оспариваемом решении.

Ранее также указывалось, что заявитель обращал внимание суда на то, что при принятии оспариваемого решения Роспатентом было допущено нарушение процедуры рассмотрения возражения, так как административный орган не рассмотрел весь объем представленных компанией в материалы административного дела доказательств, подтверждающих приобретение формой заявленного обозначения различительной способности, а именно, не нашли своего отражения в оспариваемом решении и не получили какой-либо правовой оценки сданные в 17 отдел ФИПС 15.05.2018 исх. N 05483 доказательства (приложение на 731 листе), которые были представлены в материалы судебного дела, но данные документы отсутствуют в материалах административного дела.

Данный довод был признан представителем Роспатента в судебном заседании и не оспаривался.

Как следует из пункта 136 постановления от 23.04.2019 N 10, при рассмотрении таких дел судам следует учитывать, что нарушения Роспатентом процедуры рассмотрения возражений, заявлений против выдачи патента или против предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара или исключительного права на ранее зарегистрированное наименование места происхождения товара являются основанием для признания принятого ненормативного правового акта недействительным только при условии, если эти нарушения носят существенный характер и не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть указанные возражения, заявления.

Частью 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Таким образом, по мнению Суда по интеллектуальным правам, отсутствие правовой оценки в отношении документов, сданных в 17 отдел ФИПС 15.05.2018, а также направленных туда же 16.05.2018, не позволило Роспатенту полно и всесторонне рассмотреть возражение компании на решение экспертизы Роспатента от 12.07.2018, тем самым нарушение процедуры выразилось в том, что Роспатент не рассмотрел весь объем представленных заявителем документов, подтверждающих приобретение формой заявленного на регистрацию обозначения различительной способности.

Суд по интеллектуальным правам обращает внимание Роспатента на то, что пунктом 4.3 указанных Правил подачи возражений и заявлений и их рассмотрения в Палате по патентным спорам, утвержденных приказом Российского агентства по патентам и товарным знакам от 22.04.2003 N 56 предусмотрена обязанность палаты по патентным спорам обеспечить условия для полного и объективного рассмотрения дела.

Процедура рассмотрения и разрешения споров в административном порядке должна обеспечивать реальную возможность защиты каждому, чьи права на результат интеллектуальной деятельности оспариваются. Только в этом случае достигается основная цель деятельности федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности - обеспечение охраняемых законом прав и интересов заявителей и обладателей охранных документов на объекты интеллектуальной собственности, а также законных интересов иных физических и юридических лиц при принятии решений в административном порядке.

Роспатентом при рассмотрении возражения от 13.05.2019 на решение от 12.07.2018 не были установлены все обстоятельства, имеющие существенное значение для полного и обоснованного рассмотрения заявки N 2016750724 на предмет ее соответствия требованиям пункта 1 статьи 1483 ГК РФ.

Частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В пункте 138 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" содержится разъяснение, согласно которому, если при рассмотрении дела об оспаривании решения Роспатента, принятого по результатам рассмотрения возражения, судом установлено, что данный ненормативный правовой акт не соответствует закону или иному нормативному правовому акту и нарушает права и законные интересы заявителя, то суд на основании части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимает решение о признании этого акта недействительным и в резолютивной части на основании пункта 3 части 4 статьи 201 названного Кодекса указывает на обязанность административного органа устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в разумный срок.

При отмене решения Роспатента в связи с существенным нарушением процедуры его принятия или при наличии обстоятельств, которые не могут быть устранены на стадии судебного обжалования решения административного органа, суд вправе обязать Роспатент рассмотреть соответствующий вопрос повторно, с учетом решения суда.

Учитывая, что установлены обстоятельства, которые не могут быть устранены на стадии судебной проверки решения Роспатента (выводы административного органа не соответствуют материалам возражения и дела), суд обязывает Роспатент повторно рассмотреть возражение компании.

Поскольку оспариваемым решением затрагиваются права и законные интересы заявителя и оно признано судом несоответствующим законодательству, а именно - пункту 1 статьи 1483 ГК РФ, с учетом положений статьи 13 ГК РФ пункта 6 постановления от 01.07.1996 N 6/8 и пунктов 136, 138 постановления от 23.04.2019 N 10, решение Роспатента от 30.08.2019 является недействительным.

Пунктом 3 части 4 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должно содержаться, в том числе, указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

При названных обстоятельствах Суд по интеллектуальным правам приходит к выводу о необходимости обязать Роспатент повторно рассмотреть возражение компании, поступившее 13.05.2019 на решение Роспатента от 12.07.2018 по заявке N 2016750724.

Такой подход суда полностью соответствует правовой позиции, изложенной в пункте 138 постановления от 23.04.2019 N 10.

В соответствии со статьей 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

При новом рассмотрении Роспатенту с учетом настоящего решения и представленных в материалы дела доказательств в совокупности, а также подлежащих применению норм права обеспечить полную и всестороннюю процедуру рассмотрения возражения, в ходе проведения которой определить, соответствует ли спорное обозначение по заявке N 2016750724 требованиям пункта 1 статьи 1483 ГК РФ.

Судебные расходы распределены судом в соответствии с положениями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и отнесены на Роспатент.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

требования иностранного лица - HOCHLAND SE удовлетворить.

Признать недействительным решение Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 30.08.2019, принятое по результатам рассмотрения возражения от 13.05.2019 на решение Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 12.07.2018 о регистрации товарного знака по заявке N 2016750724, как не соответствующее пункту 1 статьи 1483 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обязать Федеральную службу по интеллектуальной собственности повторно рассмотреть возражение от 13.05.2019 против отказа в регистрации товарного знака по заявке N 2016750724.

Взыскать с Федеральной службы по интеллектуальной собственности (ОГРН 1047730015200) в пользу иностранного лица - HOCHLAND SE 3000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке в президиум Суда по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий
судья
Н.Н. Погадаев
Судья С.П. Рогожин
Судья Е.С. Четвертакова

Обзор документа


Роспатент отказал компании HOCHLAND в регистрации товарного знака в форме упаковки творожного сыра "Almette", поскольку заявленное обозначение имеет традиционную форму стаканчика для творожных сыров и не индивидуализирует товар. Однако Суд по интеллектуальным правам обязал ведомство пересмотреть заявку компании.

Спорная упаковка, стилизованная под деревянное ведерко с выступом в виде ручки, не используется другими производителями. Отклонен довод Роспатента о том, что этот выступ предназначен для открывания крышки, поскольку другие формы упаковок, на которые ссылалось ведомство, не имеют такого выступа. Следовательно, он имеет не только функциональное назначение, но и представляет собой отличительный признак. Не приняты во внимания и доводы о том, что представленные заявителем доказательства различительной способности обозначения относятся не к упаковке, а словесному элементу "Almette". Социсследование показало, что потребители узнают упаковку саму по себе без нанесенного на нее обозначения. Суд также учел, что ранее Роспатент уже зарегистрировал серию подобных товарных знаков заявителя.