Продукты и услуги Информационно-правовое обеспечение ПРАЙМ Документы ленты ПРАЙМ Постановление президиума Суда по интеллектуальным правам от 13 ноября 2018 г. № С01-907/2018 по делу N СИП-156/2018 Суд отказал в признании незаконным решения Роспатента об отказе в удовлетворении возражения на решение об отказе в государственной регистрации товарного знака, поскольку согласился с выводом Роспатента о недоказанности заявителем приобретения различительной способности спорным обозначением, носящим по отношению к товарам описательный характер

Обзор документа

Постановление президиума Суда по интеллектуальным правам от 13 ноября 2018 г. № С01-907/2018 по делу N СИП-156/2018 Суд отказал в признании незаконным решения Роспатента об отказе в удовлетворении возражения на решение об отказе в государственной регистрации товарного знака, поскольку согласился с выводом Роспатента о недоказанности заявителем приобретения различительной способности спорным обозначением, носящим по отношению к товарам описательный характер

Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 ноября 2018 года.

Президиум Суда по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего - председателя Суда по интеллектуальным правам Новоселовой Л.А.;

членов президиума: Данилова Г.Ю., Уколова С.М., Химичева В.А.;

судьи-докладчика Силаева Р.В. -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "АДВЕРСУС" (Шмитовский пр., д. 18А, стр. 1, пом. 1, комн. 1, оф. 406, Москва, 123317, ОГРН 1127746545090) на решение Суда по интеллектуальным правам от 31.07.2018 по делу N СИП-156/2018 (судьи Булгаков Д.А., Мындря Д.И., Рассомагина Н.Л.)

по заявлению общества с ограниченной ответственностью "АДВЕРСУС"

о признании незаконным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, ОГРН 1047730015200) от 22.12.2017 об отказе в удовлетворении возражения на решение от 11.07.2017 об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2016723891.

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью "АДВЕРСУС" - Робинов А.А. (по доверенности от 13.03.2018);

от Федеральной службы по интеллектуальной собственности - Нефедов А.В. (по доверенности от 16.04.2018 N 01/32-319/41) и Русаков И.А. (по доверенности от 15.05.2018 N 01/32-401/41).

Президиум Суда по интеллектуальным правам установил:

общество с ограниченной ответственностью "АДВЕРСУС (далее - общество) обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) от 22.12.2017, принятого по результатам рассмотрения возражения от 05.10.2017 на решение от 11.07.2017 об отказе в государственной регистрации товарного знака " " по заявке N 2016723891.

Решением Суда по интеллектуальным правам от 31.07.2018 требования общества оставлены без удовлетворения.

В кассационной жалобе, поданной в президиум Суда по интеллектуальным правам, общество, ссылаясь на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, а также на неправильное применение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, просит решение суда первой инстанции отменить, направить дело на новое рассмотрение в Суд по интеллектуальным правам в качестве суда первой инстанции.

Роспатент отзыв на кассационную жалобу не представил.

В судебное заседание президиума Суда по интеллектуальным правам явились представители общества и Роспатента.

Представитель общества доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал, просил ее удовлетворить.

Представители Роспатента против удовлетворения кассационной жалобы возражали, считая оспариваемое решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Законность обжалуемого судебного акта проверена президиумом Суда по интеллектуальным правам в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и в возражении на нее, а также на предмет наличия безусловных оснований для отмены обжалуемого судебного акта, предусмотренных частью 4 статьи 288 названного Кодекса.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, комбинированное обозначение " " по заявке N 2016723891 (дата приоритета - 01.07.2016) заявлено на регистрацию в качестве товарного знака на имя общества в отношении товаров 32, 33-го и услуг 35-го классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ).

Решением Роспатента от 11.07.2017 отказано в регистрации указанного обозначения в качестве товарного знака ввиду его несоответствия пункту 1 статьи 1483 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Общество 05.10.2017 обратилось в Роспатент с возражением на указанное решение, полагая, что Роспатентом были исследованы не все документы, которые свидетельствуют о приобретенной заявленным обозначением различительной способности.

Общество также уточнило перечень товаров, согласно которому правовая охрана заявленного обозначения испрашивалась лишь для товаров "напитки безалкогольные; напитки со вкусом кофе безалкогольные" 32-го класса МКТУ.

Решением Роспатента 22.12.2017 в удовлетворении возражения общества отказано.

Указанное решение Роспатента мотивировано тем, что спорное обозначение включает в себя два словесных элемента, которые в переводе с английского на русский язык имеют следующие значения:

Coffee (кофе) - напиток, приготовленный из семян (зерен, плодов тропического кофейного дерева (https://www.babla.ru/английский-русский/cofee);

Cola (кола) - тонизирующий напиток из семян тропического дерева кола (https://translate.academic.ru).

Роспатент, учитывая семантику названных слов, пришел к выводу о том, что указанные слова в отношении товаров "напитки безалкогольные; напитки со вкусом кофе безалкогольные" 32-го класса МКТУ характеризуют товар, указывая на его вид и состав.

Роспатент, проанализировав представленные в материалы административного дела документы, которые, по мнению общества, подтверждают наличие у заявленного обозначения приобретенной различительной способности, не принял их во внимание, поскольку эти документы либо не содержат указания на то, какие конкретно товары и под каким обозначением рекламировались, либо содержат информацию о продукции, выпускаемой под обозначением, существенно отличающимся от заявленного на регистрацию, либо датированы после 01.07.2016, то есть после даты приоритета заявленного на регистрацию обозначения.

Общество, полагая, что решение Роспатента от 22.12.2017 не соответствует требованиям действующего законодательства, обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании названного решения Роспатента недействительным.

Дело рассмотрено судом первой инстанции по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции установлено, что Роспатент, принимая оспариваемый ненормативный правовой акт, действовал в рамках предоставленных ему полномочий.

Суд первой инстанции согласился с выводом Роспатента о недоказанности обществом приобретения различительной способности спорным обозначением, носящим по отношению к вышеуказанным товарам 32-го класса МКТУ описательный характер.

Так, суд первой инстанции согласился с выводом Роспатента о том, что с учетом семантики слов "coffee" и "cola" в отношении указанных товаров 32-го класса МКТУ спорное обозначение без дополнительных рассуждений и домысливания ассоциируется с напитком, содержащим в своем составе кофе и колу; в целом носит описательный характер - указывает на вид и свойства (состав) безалкогольных кофесодержащих напитков, в отношении которых испрашивается правовая охрана товарного знака, и, следовательно, не обладает различительной способностью.

При этом суд первой инстанции, учитывая взаимное расположение словесных элементов "Coffee" и "Cola" в обозначении " ", констатировал, что они визуально разделяются на два отдельных слова, имеющих доминирующее положение и самостоятельную семантику.

С учетом этого суд первой инстанции поддержал вывод Роспатента о том, что спорному обозначению не может быть предоставлена правовая охрана, поскольку оно не обладает различительной способностью.

Что касается представленных обществом документов, которые, по его мнению, подтверждают приобретение различительной способности спорным обозначением в результате его активного, интенсивного использования, суд первой инстанции указал следующее: к договору на разработку дизайна логотипа товарного знака "Coffee Cola" от 15.01.2013 не приложен разработанный дизайн обозначения, а договор оказания услуг рекламного характера от 01.01.2013 не содержит указания на то, какие конкретно товары и под каким именно обозначением должны были рекламироваться, что не позволяет соотнести заявленное обозначение с тем обозначением, которое разработано по первому договору, и с обозначением, рекламируемым по второму договору. Суд первой инстанции также отметил, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие фактическое исполнение указанных выше договоров.

Суд первой инстанции принял во внимание на то, что в договоре поставки от 01.05.2016 N 01-6/3853 отсутствует информация о том, какие именно товары и под каким обозначением должны были поставляться, а транспортные накладные за январь - июнь 2016 года не содержат подписей и печатай грузоотправителя и грузополучателя.

В отношении распечаток с сайта coffeecola.ru, а также листовок, брошюр, фотографий продукции на рекламных мероприятиях и ее выкладки в розничных сетях суд первой инстанции установил, что названные документы датированы позднее даты приоритета спорного обозначения.

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции констатировал, что названные документы не могли служить подтверждением приобретения спорным обозначением различительной способности и обоснованно не приняты во внимание Роспатентом.

Суд первой инстанции отклонил довод общества о том, что для приобретения различительной способности необходимо учитывать фактическое использование обозначения в том числе после даты приоритета заявленного обозначения, поскольку указанный довод противоречит пункту 1 статьи 1491 ГК РФ.

Суд первой инстанции признал обоснованным вывод Роспатента о том, что печатная продукция рекламного характера (листовки, брошюра, информационные журналы супермаркета "Виктория" за апрель 2016 года и гипермаркета "МАГНИТ" за 2016 год N 7), а также фотографии товаров содержат информацию о продукции, маркированной иным обозначением, существенно отличающимся от заявленного на регистрацию по его композиционно-графическому исполнению.

К аналогичному выводу суд первой инстанции пришел по результатам исследования выборки договоров за 2014 - 2016 годы на поставку товаров, товарных накладных за ноябрь 2013 - июнь 2016 года.

При проверке довода заявления общества в отношении представленного им заключения от 07.04.2017 N 93-2017, подготовленного Институтом социологии Российской академии наук по результатам социологического исследования (далее - заключение от 07.04.2017 N 93-2017), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что данное заключение не могло подтверждать восприятие спорного обозначения потребителем именно на дату его приоритета (01.07.2016), поскольку исследование было проведено в период с 13.03.2017 по 28.03.2017. Суд первой инстанции также согласился с выводом Роспатента о том, что данное исследование нельзя признать абсолютно объективным доказательством, поскольку исследование производилось по заказу общества.

Кроме того, суд первой инстанции, оценив представленные обществом в подтверждение приобретения спорным обозначением различительной способности акты от 01.02.2013 о передаче авторских прав на заявленное обозначение, от 24.03.2015 о размещении заявленного обозначения в буклете "Товары к Посту" сети магазинов "Виктория" в период 25 февраля - 24 марта 2015 года; договор от 19.04.2016 о продвижении и позиционировании продукции заявителя в магазинах сети "МАГНИТ" в городе Москве в апреле 2016 года; копии электронных уведомлений 2014 - 2015 годов о приеме товара общества; заключение социологической экспертизы от 11.07.2018 N 229-2018, пришел к выводу, что и названные, дополнительно представленные обществом документы не опровергают выводов Роспатента.

Так, применительно к заключению социологической экспертизы от 11.07.2018 N 229-2018 суд указал, что названное заключение носит предположительный характер и не содержит сведений о возрасте опрошенных респондентов. Суд также принял во внимание результат сопоставления отдельных выводов социологической экспертизы: менее 20% опрошенных смогли правильно назвать производителя товаров, маркированных спорным обозначением.

При рассмотрении дела в порядке кассационного производства президиумом Суда по интеллектуальным правам на основании части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверено соблюдение судом первой инстанции норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта в любом случае, и таких нарушений не выявлено.

Президиум Суда по интеллектуальным правам, изучив материалы дела, рассмотрев доводы, содержащиеся в кассационной жалобе и в возражении на нее, выслушав мнения представителей сторон, проверив в порядке статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда обстоятельствам дела и представленным доказательствам, исходя из конкретных обстоятельств по делу, пришел к следующим выводам.

Судом первой инстанции верно определены нормы материального права, подлежащие применению при разрешении настоящего спора: статья 6.quinquies (с) Конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1883, статьи 1483 и 1491 ГК РФ, Правила составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденные приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), а также сложившиеся в правоприменительной практике правовые подходы, нашедшие отражение в Рекомендациях по отдельным вопросам экспертизы заявленных обозначений, утвержденные приказом Российского агентства по патентам и товарным знакам от 23.03.2001 N 39 (далее - Рекомендации N 39).

Так, в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 1483 ГК РФ не допускается государственная регистрация в качестве товарных знаков обозначений, не обладающих различительной способностью или состоящих только из элементов, характеризующих товары, в том числе указывающих на их вид, качество, количество, свойство, назначение, ценность, а также на время, место и способ их производства или сбыта.

Указанные элементы могут быть включены в товарный знак как неохраняемые элементы, если они не занимают в нем доминирующего положения.

Из подпункта 2 пункта 1.1 статьи 1483 ГК РФ следует, что приведенные положения пункта 1 названной статьи Кодекса не применяются в отношении обозначений, которые состоят только из элементов, указанных в подпунктах 1-4 пункта 1 данной статьи ГК РФ и образующих комбинацию, обладающую различительной способностью.

Как следует из пункта 34 Правил N 482, к обозначениям, не обладающим различительной способностью, относятся сведения, касающиеся изготовителя товаров или характеризующие товар, весовые соотношения, материал, сырье, из которого изготовлен товар.

Как отмечено в пункте 2.2 Рекомендаций N 39, заявленным обозначениям, состоящим только из описательных элементов (обозначений, используемых для указания вида товара, описания характеристик товара и сведений об изготовителе), не предоставляется правовая охрана, а производителям - исключительное право на их использование, так как у любого лица может возникнуть необходимость использовать в хозяйственном обороте обозначения, которые описывают товар. Такие обозначения называются описательными.

Необходимо различать обозначения описательные и обозначения, вызывающие в сознании потребителя представление о производимых товарах через ассоциации. Последним может быть предоставлена правовая охрана. В том случае, когда для формулирования описательной характеристики товара или характеристики сведений об изготовителе нужны дополнительные рассуждения, домысливания, ассоциации, можно признать, что анализируемый элемент не является описательным.

Для установления (подтверждения) того, что элемент является либо не является описательным, можно использовать любую информацию, касающуюся семантики анализируемого словесного элемента: энциклопедии, справочники, в том числе и специальную, в частности техническую, литературу, толковые и другие словари, сведения, полученные из баз данных, сети Интернет.

Суд первой инстанции, самостоятельно оценив спорное обозначение " " применительно к товарам "напитки безалкогольные; напитки со вкусом кофе безалкогольные", пришел к обоснованному выводу о том, что оно с учетом вышеприведенных значений слов "coffee" и "cola" относится к числу явных описательных обозначений.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, президиум Суда по интеллектуальным правам не усматривает оснований не согласиться с данным выводом суда первой инстанции, подтвердившим правомерность аналогичного вывода Роспатента.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что Роспатентом и судом первой инстанции, вопреки положениям пункта 2.8 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2018 N 128, не было учтено то обстоятельство, что неохраноспособные элементы в спорном обозначении соединены таким образом, что по отношению к заявленным товарам это сочетание будет восприниматься потребителем как необычное, оригинальное, подлежит отклонению как не соответствующий содержанию обжалуемого судебного акта и фактическим обстоятельствам дела.

Так, суд первой инстанции, давая оценку соответствующим доводам общества, указал, что словесные элементы в спорном обозначении четко и ясно разделяются визуально на два отдельных слова, имеющих самостоятельную семантику.

Президиум Суда по интеллектуальным правам соглашается с выводом суда первой инстанции и полагает, что соответствующие доводы заявителя кассационной жалобы о том, что по отношению к заявленным товарам это сочетание будет восприниматься потребителем как необычное, оригинальное, носят субъективный характер, обусловленный заинтересованностью общества в результатах спора.

Элементу, который исходя из вышеизложенного может быть отнесен к описательным, может быть предоставлена правовая охрана, если представленные заявителем материалы подтверждают, что заявленный описательный элемент воспринимался потребителем как обозначение товаров производителя до даты подачи заявки. В качестве такого подтверждения могут быть представлены сведения, указанные в пункте 2.1 Рекомендаций N 39.

При этом представленными доказательствами должны подтверждаться имеющиеся или вероятные ассоциативные связи именно той группы потребителей, которым адресованы товары, для которых обозначение заявлено на регистрацию или зарегистрировано.

Аналогичный подход отражен в постановлениях президиума Суда по интеллектуальным правам от 23.03.2015 по делу N СИП-546/2014, от 03.04.2015 по делу N СИП-547/2014, от 03.04.2015 по делу N СИП-548/2014, от 01.02.2016 по делу N СИП-383/2015 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2016 N 300-КГ16-4512 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано), от 24.03.2016 по делу N СИП-311/2015 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 19.07.2016 N 300-ЭС16-8048 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано), от 16.02.2017 по делу N СИП-415/2016 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 13.06.2017 N 300-ЭС17-6394 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано), от 19.03.2018 по делу N СИП-384/2017, от 23.07.2018 по делу N СИП-627/2017, от 15.08.2018 по делу N СИП-576/2017 и других.

Суд первой инстанции обосновано принял во внимание то, что в делах, связанных с доказыванием описательного характера обозначений, используемых для индивидуализации товаров и услуг, необходимо установить (доказать) возникновение ассоциативных связей у потребителей в отношении спорного обозначения и конкретного товара.

С учетом вышеприведенных правовых норм и методологических подходов суд первой инстанции, оценив представленные обществом доказательства возникновения на дату приоритета спорного обозначения у потребителей такой ассоциативной связи, пришел к выводу об отсутствии надлежащих доказательств данного обстоятельства.

Согласно пункту 35 Правил N 482 для доказательства приобретения обозначением различительной способности могут быть представлены в соответствующих документах фактические сведения: о длительности, интенсивности использования обозначения, о территории и объемах реализации товаров, маркированных заявленным обозначением, о затратах на рекламу, ее длительности и интенсивности, о степени информированности потребителей о заявленном обозначении и изготовителе товаров, включая результаты социологических опросов, о публикациях в открытой печати информации о товарах, сопровождаемых заявленным обозначением, и иные сведения.

Суд первой инстанции, исследовав в соответствии с положениями статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации собранные по делу доказательства, констатировал, что обществом не было доказано приобретение указанным обозначением различительной способности на дату приоритета спорного товарного знака именно в заявленном на регистрацию виде.

Президиум Суда по интеллектуальным правам соглашается с доводом общества о том, что представленные им в материалы судебного дела доказательства, в том числе заключения социологических экспертиз, подлежали оценке судом первой инстанции наряду с иными доказательствами по делу и у общества фактически отсутствовала возможность повторно обратиться в Роспатент с возражением на отказ в предоставлении правовой охраны спорному обозначению.

Так, согласно разъяснениям высшей судебной инстанции, приведенным пункте 78 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации" содержится подход, допускающий по публично-правовым спорам в случае представления одной стороной спора доказательств, которые не были предметом исследования административного органа при вынесении оспариваемого решения, представление другой стороной спора опровергающих их доказательств. Данный подход является универсальным и применяется в том числе в случае представления в суд доказательств, которые не исследовались Роспатентом.

Применительно к представленным обществом заключениям социологических экспертиз, проведенных во внесудебном порядке, судом должны применятся правовые позиции, изложенные в пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", согласно которым заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Указанная позиция должна применяться и к документам, называемым "заключение специалиста", а не "заключение эксперта".

Отклонение данных заключений на основании статей 55.1 и 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2012 N 59 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с принятием Федерального закона от 08.12.2011 N 422-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с созданием в системе арбитражных судов Суда по интеллектуальным правам" представляется неправильным.

Вместе с тем, как справедливо отметил суд первой инстанции в обжалуемом судебном решении, суд должен оценить, могут ли соответствующие доказательства быть положены в основу решения суда с учетом особенностей рассмотрения конкретного спора.

Суд кассационной инстанции отмечает, что, вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, судом первой инстанции дана оценка доказательствам, свидетельствующим, по мнению общества, о приобретенной спорным обозначением различительной способности. Так, оценку получили как доказательства, представленные обществом в Роспатент (страницы 11-14 решения), так и доказательства, дополнительно представленные обществом непосредственно в суд первой инстанции (страницы 16-20 решения). Судом первой инстанции была дана оценка в том числе и представленным обществом заключениям по результатам соцопросов от 07.04.2017 N 93-2017 и от 11.07.2018 N 229-2018.

Таким образом, вопреки мнению заявителя кассационной жалобы, выводы суда в отношении правомерности решения Роспатента сделаны основе исследования всей совокупности представленных обществом доводов и доказательств. Оценка доказательств на соответствие принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции именно суда первой инстанции.

Суд первой инстанции, указывая на невозможность в отсутствие первичных (анкетных) данных, положенных в основу выводов социологических экспертиз, убедиться в достоверности выводов экспертов, исходил лишь из невозможности в отсутствие первичных данных проверить итоговые величины (проценты), приведенные в выводах экспертов. Иного из обжалуемого судебного решения не следует.

При этом президиум Суда по интеллектуальным правам соглашается с мнением заявителя кассационной жалобы о том, что само по себе отсутствие опросных листов респондентов не может свидетельствовать о недостоверности (подложности) результатов таких опросов, на что указал в обжалуемом судебном акте и суд первой инстанции.

Вместе с тем с учетом установленных обстоятельств данного конкретного дела вывод суда первой инстанции о том, что представленные в материалы дела доказательства не подтверждают известность и различительную способность спорного обозначения до даты его приоритета, надлежащим образом мотивирован и оснований для его пересмотра не имеется.

Довод заявителя кассационной жалобы об ошибочности отдельных выводов суда первой инстанции об отсутствии в представленных заявителем в материалы дела доказательств исполнения договоров с иными хозяйствующими субъектами со ссылками на спорное обозначение (в том виде, в котором оно было заявлено на регистрацию) не опровергает общего вывода суда первой инстанции о недоказанности обществом активности и интенсивности использования спорного обозначения, обуславливающих возможность признания факта приобретения таким обозначением различительной способности.

Приведенные выше доводы кассационной жалобы общества направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных доказательств, которые получили надлежащую оценку суда. В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе общества, свидетельствуют о несогласии ее заявителя с правовой оценкой, которую дал суд первой инстанции доводам лиц, участвующих в деле, и доказательствам, представленным в материалы дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 N 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций. Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 N 300-ЭС18-3308.

Переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле. Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 N 305-ЭС16-7224.

Президиум Суда по интеллектуальным правам, рассмотрев кассационную жалобу в пределах изложенных в ней и в возражениях относительно кассационной жалобы доводов, полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

В рассматриваемом случае подлежит учету и правовая позиция, выраженная в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 16549/12 по делу N А20-3227/2011, согласно которой исходя из принципа правовой определенности решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Названная правовая позиция также подлежит учету судом кассационной инстанции при пересмотре в порядке кассационного производства вступившего в законную силу решения суда первой инстанции.

При названных обстоятельствах и исходя из положений части 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции не усматривается, поскольку доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии общества с выводами суда первой инстанции, направлены на переоценку доказательств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу части 2 статьи 287 указанного Кодекса.

Таким образом, оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемого решения суда первой инстанции не имеется.

Расходы общества по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя этой жалобы.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации излишне уплаченные обществом при подаче кассационной жалобы 1 500 рублей государственной пошлины за ее подачу (рассмотрение) подлежат возврату из федерального бюджета на основании справки суда.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Суда по интеллектуальным правам постановил:

решение Суда по интеллектуальным правам от 31.07.2018 по делу N СИП-156/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "АДВЕРСУС" - без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью "АДВЕРСУС" из федерального бюджета 1 500 (Одну тысячу пятьсот) рублей государственной пошлины, излишне уплаченной при подаче кассационной жалобы по платежному поручению от 11.09.2018 N 384.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий Л.А. Новоселова
Члены президиума Г.Ю. Данилов
    С.М. Уколов
    В.А. Химичев
    Р.В. Силаев

Обзор документа


Организация хотела зарегистрировать товарный знак "Coffee Cola" для безалкогольных напитков, но Роспатент отказал. Президиум Суда по интеллектуальным правам, как и первая инстанция, признал решение ведомства верным.

Заявленное обозначение не обладает различительной способностью. Оно явно описательное. Эти слова без дополнительных рассуждений и домысливания ассоциируются с напитком, содержащим кофе и колу, указывают на вид и свойства товара. Организация не доказала, что обозначение в заявленном виде приобрело различительную способность в результате использования.